Всего за 309 руб. Купить полную версию
Он мне ответил, но от окна не отошел, провожая взглядом мою машину. Наверняка запомнил, в котором часу я отъехала от дома, а вот спроси, зачем ему все это, вряд ли сможет ответить.
Однако через минуту я и думать забыла о соседе. Вторая Советская находилась на другом конце города. Ночью, когда движение практически отсутствует, а стражи порядка дремлют, я преодолела это расстояние за двадцать минут. Правда, свернула не на том светофоре и выехала на Первую Советскую, чертыхнулась и, немного поплутав среди совершенно одинаковых домов, наконец смогла найти нужный адрес.
Дом был двенадцатиэтажный, длинный, серый и явно требовал ремонта, хоть и был построен недавно. Возле четвертого подъезда стояли две милицейские машины и ядовито‑желтые “Жигули” последней модели. Виктор Павлович Волков слыл человеком положительным и даже консервативным, но мог иногда удивить неожиданной тягой к яркой цветовой гамме.
Я притормозила рядом с “Жигулями” и увидела самого Волкова. Он стоял возле подъезда в тени козырька и курил. Заметив меня, пошел навстречу. Я выбралась из машины и кивнула. Свет фонаря освещал пространство перед подъездом. Волков взглянул на меня, скривился и не придумал ничего лучшего, как заявить:
– Паршиво выглядишь.
– Спасибо.
– Нет, серьезно. Может, стоит завязать с выпивкой?
– Кому бы говорить, – фыркнула я.
– Когда пьет мужчина, это нормально, а вот когда женщина…
– Отвали, а? Когда я работаю, то о выпивке забываю.
– Надо посоветовать Деду завалить тебя работой.
– Не думай, что моя жизнь вечный праздник.
– В ближайшее время праздник точно не ожидается.
– Ну, так что тут за геморрой? – проявила я интерес.
– Сама увидишь…
– Может, ты наконец скажешь, на кой черт вытащил меня из постели?
– Все самое интересное на потом, – хмыкнул Волков. – Для начала взгляни, что там.
– А надо? – усомнилась я.
– Надо, – серьезно кивнул он.
Мы вошли в подъезд и поднялись на второй этаж. На лестничную клетку выходили двери четырех квартир. Одна была приоткрыта, рядом стояли двое мужчин и три женщины среднего возраста с испуганными лицами, должно быть, соседи. При виде нас они посторонились, мы вошли в прихожую, и Волков сказал:
– В комнате…
Я сделала еще несколько шагов. Квартира однокомнатная, правда комната большая, метров двадцать пять. Использовали ее одновременно как гостиную и как спальню. Тяжелые шторы на окнах задернуты, у противоположной стены низкая тахта, застеленная ковром с парчовыми подушками, антикварная мебель, за китайской ширмой кровать с деревянными спинками: приобретенная в недорогом магазине, она выглядела здесь как нечто инородное. Возле кровати стояли двое мужчин в штатском и что‑то лениво обсуждали. Еще двое, на первый взгляд бесцельно, двигались по комнате, молодой человек в очках, насвистывая, снимал отпечатки пальцев с двух бокалов чешского стекла, стоявших на низком столике. На полу у его ног валялась бутылка коньяка. Парень оглянулся, увидел меня и кивнул:
– Привет.
– Здравствуйте, – громко сказала я. Теперь все присутствующие обратили на меня внимание и недружно ответили:
– Здравствуй.
– Представлять друг другу вас не надо, – сказал Волков. – Дело у нас, скажем прямо… В общем, Ольга Сергеевна будет помогать нам по мере сил.
На лицах мужчин появились ухмылки, от которых они тут же поспешили избавиться и кивнули как ни в чем не бывало, только очкарик продолжал свою работу, радостно улыбаясь мне. Я покопалась в своей памяти и вспомнила, что парня зовут Вячеслав, отчество не помню, да оно и ни к чему.