Всего за 369 руб. Купить полную версию
Парень лежал без движений. «Скорая» вряд ли ему понадобится. Мне не раз приходилось видеть трупы, и я сразу поняла, что передо мной труп. На затылке кровь, я потянула его за плечо, чуть повернула и ничуть не удивилась, узнав своего недавнего спутника. Фотоаппарат ему теперь не нужен.
* * *
Следователь был молод и то ли страдал с перепоя, то ли торопился выпить. В общем, он здорово злился, в основном на меня.
– Все яснее ясного, – ораторствовал он, – парень – наркоман. Перебрал и свалился с лестницы. Не свалился бы, так от передозировки загнулся. Они все так кончают.
– Это точно, – не стала возражать я, уговаривая себя не злиться, а главное, не лезть не в свое дело, раз оно совершенно меня не касается. Но все‑таки не удержалась и съязвила:
– Только упал он как‑то затейливо, сначала хрястнулся затылком, потом на живот перевернулся и тогда уж лбом тюкнулся.
– Ну и что?
– Ничего. Говорю, затейливо падает.
– Очень умная, да?
– Почти что дура. А что по этому поводу думают гении?
– Я вот что думаю... – перешел он на зловещий шепот, но тут к нам подошел еще один мужчина, приехавший с ним. Лицо его было мне смутно знакомо, но фамилию я не смогла вспомнить.
– Вы утверждаете, что здесь был еще один человек?
– Утверждаю. Кстати, он потерял вот это. – Я протянула мужчине баночку с но‑шпой.
– Что это? – нахмурился он, с недоумением глядя на меня.
– Лекарство, – пожала я плечами. – Очень хорошее. Называется но‑шпа. От желудка помогает. У вас желудок не болит?
– Издеваешься? – ядовито улыбнулся тот, что помоложе.
– Значит, не болит, – удовлетворенно кивнула я. – Спазмы не мучают? – Ему очень хотелось ответить в том смысле, что спазмы будут у меня, если я немедленно не заткнусь, и никакая но‑шпа уже не поможет.
– Что в этой банке? – спросил второй. – Действительно но‑шпа?
– Действительно, – кивнула я, высыпав на ладонь таблетки.
Маленькие желтые таблетки... Их оставалось совсем немного, штук семь.
– И что это доказывает?
– То, что у парня скорее всего проблемы с желудком. Он поступает мудро и постоянно носит но‑шпу с собой.
– И это единственное доказательство того, что кто‑то еще был в доме? – хихикнул первый. – И рылся в вещах покойного.
– Вы же видели: шифоньер открыт и вещи разбросаны.
– Вещи, – фыркнул следователь. – Какие вещи?
Здесь весь дом сплошная помойка.
– Насчет помойки не спорю, но тот парень что‑то искал.
– Кроме тебя, этого парня никто не видел. Интересно, самой тебе что здесь понадобилось? Может, ты паренька и столкнула, в вещичках порылась, а потом придумала...
– Подожди, Сережа, – перебил его второй, потянул меня за локоть в сторонку. – Вы погибшего хорошо знали?
– Я даже не знаю, как его зовут. Вчера подвозила его на машине, дождь проливной, вот и...
– А сегодня зачем приехали? Или вам молодой человек понравился?
– Да, – кивнула я, не сдержав раздражения. – Очень.
Такой милый, дай, думаю, загляну. И повод есть. Он фотоаппарат в моей машине оставил.
– Фотоаппарат?
– Да.
– У такого типа и фотоаппарат? У наркоманов ничего не задерживается, что представляет хоть какую‑то ценность. Уверены, что его фотоаппарат?
– Нет, – ответила я неохотно.