Всего за 369 руб. Купить полную версию
Стекла тонированные, водителя не разглядишь, впрочем, мне это без надобности. Физиономии всех четверых я хорошо запомнила.
Купив зубную пасту, я вышла на улицу и, не взглянув в сторону джипа, свернула в ближайший переулок. Джип малость отстал, не желая привлекать внимания, но его хозяин особо не напрягался, наверно, считал, у меня ума не хватит его засечь, а может, ему было на это наплевать.
Теперь путь мой лежал к дому, который нравился мне сразу по двум причинам: во‑первых, подъезд имел еще один выход, во‑вторых, кодовый замок и домофон жильцы считали ненужной роскошью. У меня есть фора в две минуты, если парень в джипе знает этот район, если нет, то число минут смело умножаем на три, примерно столько времени ему потребуется, чтобы выяснить: в подъезде я недолго задержалась.
Очень быстро спустившись по ступенькам, я толкнула дверь и оказалась во дворе. Джипа не видно. Пересекла открытое пространство и бегом устремилась в переулок, еще минута – и я на троллейбусной остановке. Как раз подошла маршрутка, и я пристроилась на заднем сиденье. Запыхавшийся паренек в костюме возник в переулке, но таращился в противоположную сторону. В любом случае, мы уже отъехали.
На следующей остановке я все‑таки пересела в трамвай, а потом воспользовалась автобусом. Беспокойство не исчезло, но теперь к нему прибавилась досада. Если я имею дело с профи, они найдут меня довольно быстро. Слишком часто я наведывалась в кафе торгового центра. Мы пребываем в уверенности, что окружающие попросту не обращают на нас внимания, и весьма удивляемся тому, сколь много о нас известно гражданам.
Я вошла в подъезд дома, где мы уже год снимали с мужем квартиру, обычную однушку в обычной хрущевке. Неоспоримое достоинство: остановка автобуса в трех шагах, парк прямо под окнами и тишайшие соседи, в основном пенсионеры.
Поднявшись на третий этаж, я подошла к двери и прислушалась. Маловероятно, что Валера такой шустрый, однако настороженность уже давно стала привычкой. За дверью тишина, ключ в замке бесшумно повернулся, я выждала минуту и толкнула дверь. Никто не поджидал с той стороны. Я прошлась по квартире и вздохнула. Впервые за долгое время мне предстоит коротать вечер в одиночестве.
Выпив чаю на крошечной кухне, я таращилась в окно, пейзаж не очень‑то меня занимал, мысли упорно возвращались к мальчишке. Минут через двадцать я перебралась в комнату и устроилась за компьютером, а еще через десять уже знала: серый «Мерседес» с номером 989 принадлежит Алле Валерьевне Клепиковой. Дальше совсем просто: набрав в поисковой строке фамилию «Клепиков», я получила несколько ссылок. Собственно, ничего неожиданного, Аркадий Петрович Клепиков успешный бизнесмен, в журнале «Форбс» его имя, может, и не встретишь, но в области он человек точно не последний. Покопавшись еще немного, выяснила, что Клепиков охотно жертвует на благотворительность, в последнее время с особым усердием. Сорок два года, весьма приличное образование, в браке семь лет, причем это первый брак (пожалуй, лишь это и удивило, впрочем, не так, чтобы сильно). Биография безукоризненная во всех отношениях. Никаких скандалов, связанных с его именем, никаких подозрительных происшествий. Налоги уплачены, и немалые, видимых врагов не имеет, журналисты компроматом разжиться не смогли, хотя пытались: одна, явно заказная, статья с намеками, что крупный заказ фирма Клепикова получила не просто так… конечно, не просто. Волшебное слово «откат» в стране известно даже детям.
В общем, ничего, за что я могла бы зацепиться и ответить на вопрос: «Кому понадобилось похищать ребенка?» Если дело не в бизнесе, выходит, мальчишку умыкнули с целью выкупа. У Аллы в руке был мобильный, полицию не вызвали, значит, мамашу успели предупредить, чтоб не дергалась. А тут еще меня нелегкая принесла. Валера может решить, что я связана с похитителями. Глупость, конечно. Будь я в самом деле причастна, какой смысл обращать на себя внимание? Вообще‑то смысл есть, втереться в доверие и быть в курсе событий.