Всего за 309 руб. Купить полную версию
Женщина была лет на семь старше меня. Дорогой костюм, модная стрижка… В ней чувствовалась уверенность и желание повелевать. Она тоже оценивающе разглядывала меня, улыбаясь краешками губ. Я наконец‑то убрала злополучную сумку и плащ в чемодан и теперь в нерешительности переминалась с ноги на ногу.
Уйти – вроде бы невежливо, а продолжать разговор мне не хотелось. Я покосилась в сторону стоянки такси.
– Издалека? – спросила женщина.
– Из Душанбе, – ответила я, а она по‑мальчишески свистнула.
– В командировке были?
– Нет, жила там. А вот теперь сюда.
– В отпуск?
– Как получится. Вообще‑то, думаю, навсегда. Я здесь родилась.
– Остановиться собираетесь у родственников?
– У меня здесь даже знакомых нет. Поеду в гостиницу. «Заря» – это ведь в центре? Я не путаю?
– Не путаете. Идемте со мной, – вдруг сказала моя новая знакомая. – Я на машине, мне как раз в центр надо. Довезу. Чемодан у вас на вид тяжелый.
– Спасибо, я на такси, – торопливо заверила я.
– Да бросьте вы, мне ж это ничего не стоит. – Она сделала несколько шагов, оглянулась, подмигнула весело и махнула рукой.
Подхватив чемодан, я зашагала следом. По ту сторону площади, неподалеку от сквера располагалась стоянка легковых автомобилей. Женщина уверенно направилась к ярко‑красному «Опелю», по виду совершенно новому.
– Машину водите? – спросила она, заметив мой заинтересованный взгляд.
– Да. У меня были «Жигули», пятая модель. Пришлось продать.
– Что так? – удивилась женщина. Я пожала плечами:
– Деньги нужны. Я ведь собралась сюда перебираться, да и перегонять машину в такую даль смысла нет.
– Это точно.
Она убрала мой чемодан в багажник и открыла передние двери. Мы сели, пристегнулись и женщина завела машину.
– А я маме билеты заказывала, – ни с того ни с сего сообщила она. – Мама у меня на юг собралась, в Сочи. Говорит, в мае народу поменьше, купаться она не любит, а загорать в самый раз. – Я кивнула, не зная, что ответить на это. – Меня Светланой зовут, – вдруг спохватилась женщина.
– А меня Наташей, – представилась я и добавила:
– Очень приятно.
Она лихо вырулила со стоянки и на весьма приличной скорости покинула Вокзальную площадь.
– Значит, вас на разведку послали? – через минуту поинтересовалась она. – Устроитесь, а там и семейство переберется? Говорят, в Душанбе неспокойно, русские уезжают.
– Неспокойно, – вздохнула я. – Только все мое семейство – это я.
– Как так? А родители?
– Отца я с пяти лет не видела, даже не знаю, где он. Мама умерла, когда я еще в школе училась. Вот бабушка и забрала меня в Душанбе. Она там во время войны оказалась, в эвакуации, дед погиб, родни ни там, ни здесь, вот бабуля и решила не покидать насиженное место. А мама здесь училась и замуж вышла, потом я родилась…
– А что с бабушкой? Умерла?
– Да. Этой зимой, – кивнула я и отвернулась. Я предпочла бы молча смотреть в окно, но получилось бы неприлично: Светлана вернула мне сумку, любезно предложила подвезти, так что хочешь не хочешь, а разговор поддерживать надо.
– А по специальности вы кто? – продолжала любопытствовать моя спутница.
– В Душанбе работала в аэропорту в таможне.
– Образование высшее?
– Да. Я в Ленинграде училась.
– А чего там не остались?
– Не знаю, – пожала я плечами.