Всего за 259 руб. Купить полную версию
Переезжают на следующей неделе. Понимаешь теперь, почему тут на всех этажах никого нет? Ты меня слушаешь?
Артем кивнул. Григорий Петрович продолжил:
– Вчера в пять пополудни из квартиры твоей матери крик полетел, звали на помощь…
– Юрий Николаевич хитрым был, – вмешалась Лена, – все вокруг его и тетю Аню образцовой парой считали. Но мы с тобой дружили, уж я‑то знаю, как отчим и тебя, и жену избивал.
– Надо было давно мне правду доложить! – рассердился Григорий Петрович.
– Тема запретил, вот я и молчала, – стала оправдываться Лена. – Когда ты отсюда съехал, тетя Аня ко мне частенько забегала – колотил ее муж нещадно. Я упрашивала Анну Сергеевну папе открыться, а она в ответ: «Господь терпел и нам велел».
– Дура, блин, – выругался милицейский начальник.
– Я сначала из‑за стены крики услышала, – продолжала Лена. – А потом – бабах! Выстрел! Папа меня с детства на охоту берет, в тир мы с ним по воскресеньям иногда ходим, поэтому я сразу поняла: из пистолета пальнули. Кинулась на лестницу, а там тетя Аня вся в кровище стоит, бормочет что‑то несвязное. Затем она в свою квартиру назад убежала, я за ней…
Елена схватилась за щеки.
– Пусть папа говорит, он к такому привык.
– Артем, откуда у твоей матери «макаров»
– Я постараюсь помочь вашей дочке адаптироваться в Москве, заберу ее с собой – воскликнул Артем.
Григорий Петрович хлопнул парня по спине.
– Молодец. Хвалю. Всегда на меня рассчитывай. Теперь слушай, чего делать надо…
В пять пятьдесят утра Артем вышел на привокзальную площадь Калинова, разбудил единственного таксиста, мирно похрапывающего в машине, и спросил:
– До Плавска довезете?
– Оплатишь два конца, да хоть на Луну, – зевнул водитель.