Всего за 369 руб. Купить полную версию
– что? не хочешь непыльную работенку?
– на хуй она мне упала? мой старик, он из Джерси был, всю жизнь пропахал как проклятый, а когда мы его похоронили на его же бабки, знаете сколько осталось?
– сколько?
– 15 центов и вся его тупая замороченная житуха.
– а тебе разве не хочется жену, семью, дом, уважение? новую машину каждые 3 года?
– да я напрягаться не хочу, папаша. не суйте вы меня в мышеловку эту. оттянуться – вот это да. какого хера.
– Дэнфорт, прогони этого ублюдка через барабаны, да гайки потуже затяни!
Дэнфорт схватил испытуемого, но Теллеман таки успел завопить:
– мать вашу в сраку…
– и вымотай ИЗ НЕГО ВСЕ ЖИЛЫ, ВСЕ ДО ПОСЛЕДНЕЙ! ты меня слышал?
– ладно, ладно! – проворчал Дэнфорт. – блядь. мне иногда кажется, что тебе самый легкий конец бревна достался!
– какие там еще бревна? вымотай из него все жилы. Никсон может закончить войну…
– опять ты эту ахинею понес! мне кажется, ты спишь в последнее время плохо, Бэгли. с тобой что-то не так.
– да, да, ты прав. бессонница. я все думаю – может, нам солдат делать? ночами ворочаюсь! вот это был бы бизнес!
– Бэг, что дают, с тем и работаем, вот и все.
– ладно, ладно, ты прогнал его через барабаны?
– аж ДВА РАЗА! все жилы вымотал. сам увидишь.
– ладно, тащи сюда. попробуем.
Дэнфорт опять подволок Германа Теллемана. тот и впрямь выглядел несколько иначе. из глаз полностью испарился цвет, на лицо наползла совершенно фальшивая улыбка. прекрасное зрелище.
– Герман? – спросил Бэгли.
– да, сэр?
– что ты чувствуешь? вернее, как ты себя чувствуешь?
– я никак себя не чувствую, сэр.
– тебе легавые нравятся?
– не легавые, сэр, – полицейские. они являются жертвами нашей собственной порочности, несмотря на то что иногда защищают нас, стреляя в нас, сажая нас в тюрьму, избивая и штрафуя нас. не существует плохих легавых. полицейских, прошу прощения. понимаете ли вы, что, если бы не было полицейских, нам бы пришлось взять охрану правопорядка в свои руки?
– и что бы тогда было?
– я никогда не задумывался об этом, сэр.
– отлично. ты веришь в Бога?
– о да, сэр, и в Бога, и в Семью, и в Государство, и в Страну, и в честный труд.
– господи ты боже мой!
– что, сэр?
– извини. так, ладно, тебе нравится сверхурочная работа?
– о да, сэр! я бы хотел работать 7 дней в неделю, если возможно, и на 2 работах, если возможно.
– зачем?
– из-за денег, сэр. деньги на цветной телевизор, новые машины, начальный платеж за дом, шелковые пижамы, 2 собак, электрическую бритву, страхование жизни, медицинскую страховку, ох да на чего угодно страховку, и на образование в колледже для детей, если у меня будут дети, и на автоматические ворота в гараж, и на хорошую одежду, на ботинки за 45 долларов, фотоаппараты, наручные часы, кольца, стиральные машины, холодильники, новые кресла, новые кровати, ковры от стенки до стенки, благотворительные взносы в церковь, отопление с термостатом и…
– ладно. хватит. когда же ты собираешься пользоваться всем этим барахлом?
– я не понимаю, сэр.
– я имею в виду, если ты работаешь днями и ночами, и сверхурочные в придачу, когда же ты будешь наслаждаться всей этой роскошью?
– о, такой день придет, такой день настанет, сэр!
– а ты не думаешь, что дети твои вырастут однажды и решат, что ты придурок?
– после того как я стер пальцы до кости, работая ради них, сэр? разумеется, нет!
– отлично. теперь еще несколько вопросов.
– да, сэр.
– ты не думаешь, что вся эта непрерывная тупорыловка вредна для здоровья и духа, для души, если хочешь?..
– ох черт, да если б я все время не работал, я бы просто сидел и кирял, или рисовал бы картинки маслом, или ебался бы, или ходил бы в цирк, или сидел бы в парке, на уточек смотрел. типа такого.
– а ты не думаешь, что сидеть в парке и на уточек смотреть – это хорошо?
– я так себе денег не заработаю, сэр.
– хорошо, отъебись.
– сэр?
– я хотел сказать, что я закончил с тобой беседовать… ладно, этот готов, Дэн. прекрасная работа. дай ему контракт, пусть подпишет, а то, что мелким шрифтом, он читать не будет. он думает, что мы добрые. отволоки по адресу. его примут. уже много месяцев у нас не бывало бухгалтера по затратам лучше.
Дэнфорт заставил Германа подписать контракт, еще раз проверил ему глаза, убедился, что они мертвы, вложил ему в руку бумажку с адресом и контракт, подвел к двери и легонько подтолкнул вниз по лестнице.
Бэгли же откинулся на спинку кресла, расслабленно улыбнулся успеху и стал смотреть, как Дэнфорт прогоняет через моталку следующих 18. куда именно отправлялись их жилы, Бэгли видно не было, но почти каждый терял их где-то по пути. те, что с этикетками «женат, с детьми» и «за 40», расставались с жилами легче всего. Бэгли сидел, а Дэнфорт прогонял их сквозь барабаны. мотаемые переговаривались:
– тяжело такому старику, как я, найти работу, ох как тяжело!
другой:
– ох, елки, как же снаружи холодно!
еще один:
– устал я уже – всё ставки, ставки, туда толкнешь, сюда толкнешь, а потом один арест, другой, третий. мне нужно что-нибудь надежное, надежное, надежное, надежное, надежное…
еще:
– ладно, повеселились – и будет…
еще:
– у меня нет специальности, у всех должна быть специальность, у меня нет специальности. что же мне делать?
еще:
– я по всему миру поколесил – в армии – уж я-то знаю.
еще:
– если бы пришлось все заново начинать, я б стал дантистом или парикмахером.
еще:
– все мои романы, рассказы и стихи возвращаются. блядь, я даже в Нью-Йорк поехать не могу, с издателями поручкаться! таланта у меня больше, чем у всех остальных, вместе взятых, но нужно где-то внутри иметь лапу! я за любую работу возьмусь, но я лучше любой работы, за которую возьмусь, потому что я гений.
еще один:
– видите, какой я хорошенький? посмотрите на мой носик? посмотрите на мои ушки? посмотрите на мои волосики? на мою кожицу? как я играю на сценке! видите, какой я хорошенький? видите, какой я хорошенький? почему же я никому не нравлюсь? потому что я такой хорошенький, они завидуют, завидуют, завидуют…
телефон зазвонил снова.
– АГЕНТСТВО УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЙ ПОМОЩИ. Бэгли на проводе. вам – что? глубоководный водолаз? еб твою ма! что? о, простите. Конечно-конечно, у нас десятки безработных глубоководных водолазов. его зарплата за первые 2 недели поступает к нам. 500 в неделю, опасно, знаете ли, очень опасно – ракушки там, крабы, всякое такое… морская капуста, русалки на скалах. осьминоги. кессонная болезнь. гайморит. ебть, да. плата за первые 2 недели – наша. если вы увольняете его после первых 2 недель, мы платим $200 вам. почему? почему? если б малиновка снесла золотое яичко прямо в кресло у вас в гостиной, вы бы стали спрашивать ПОЧЕМУ? стали б?
мы пришлем вам глубоководного водолаза через 45 минут! адрес? чудно, чудно, ах да, прекрасно, это возле здания «Ричфилда». да, я знаю. 45 минут. спасибо. до свиданья.
Бэгли повесил трубку. он уже устал, а день только начинался.
– Дэн?
– что, мать твою?
– притащи мне типа глубоководного водолаза кого-нибудь. толстоватого в талии. голубые глаза, волос на груди средне, ранняя плешь, слегка стоик, сутуловат, плохое зрение и недиагностированный рак горла на ранней стадии. это будет глубоководный водолаз. они такие, это все знают. тащи его сюда, ебена мать.
– ладно, засранец.
Бэгли зевнул. Дэнфорт отстегнул одного. вытащил вперед, поставил перед столом. на этикетке значилось: «Барни Андерсон».
– здоро́во, Барни, – сказал Бэг.
– где это я? – спросил Барни.
– в АГЕНТСТВЕ УДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНОЙ ПОМОЩИ.
– бля, ну и склизкие же вы уёбки, доложу я вам – или я ни хера вообще в жизни не шарю!
– какого хуя, Дэн?!
– я его 4 раза прогонял.
– я же сказал затянуть гайки!
– а я сказал, что у некоторых жил больше, чем у остальных!
– это все сказки, придурок хуев!
– кто придурок хуев?
– вы оба – хуевы придурки, – отозвался Барни Андерсон.
– протащи его задницу через моталку еще три раза, – сказал Бэгли.
– ладно, ладно, только сначала давай между собой разберемся.
– хорошо, например… спроси-ка этого парня Барни, кто у него герои.
– Барни, хто у тебя херои?