Всего за 229 руб. Купить полную версию
Оля неожиданно развеселилась, было понятно, что ей понравилась компания. Да еще Леня Мартынов, пошушукавшись со своей женой Галей, сбегал в ближайший цветочный магазин и притащил Оле огромный букет роз, к которому был привязан симпатичный зайчик из велюра. Остальные гости переглянулись и стали по‑одному исчезать из‑за стола. Возвращались они с презентами для Ольги. Ничего интересного в спешке купить нельзя, поэтому подарки оказались шаблонными: ваза из синего стекла, записная книжка‑ежедневник на следующий год и парочка плюшевых игрушек. Но Оля растрогалась, и в ее голосе, когда она благодарила дарителей, звучали слезы.
Около восьми вечера Оля позвонила своей подруге. Похоже, та лежала в больнице, я слышала, как моя тезка радостно воскликнула:
– Ритуля, как шов, не болит? Здорово! Главное, слушайся врача. Ой, ты не поверишь, я в ресторане! Представляешь, сегодня на улице…
Рассказав о нашем неожиданном знакомстве, Оля положила трубку в сумочку и сообщила:
– Больше есть я не способна!
– А я с удовольствием полакомлюсь холодцом, – улыбнулась Галя. – Вилка, передай тарелку.
Я протянула было руку, но меня опередила тезка – схватила блюдо и подала его Мартыновой. Галка взяла лопаточку и задумчиво спросила:
– И на какой кусочек решиться?
– Кольцо! – вдруг ахнула Оля. – Какое красивое! Я его сразу не заметила.
Мартынова положила на тарелку холодец и улыбнулась:
– Перстень‑то? Мне его Леня в Индии купил. У мужа великолепный вкус, все его подарки восхитительны.
– Не стоит меня хвалить, – делано смутился Леня. – Вот что, девочки, хватит за столом сидеть. Эй, Вилка, Оля, пошли танцевать! Но только вместе!
Мартынов вскочил, схватил нас за руки и поволок на площадку перед небольшой эстрадой, где играл оркестр. Через секунду толпа пляшущих людей оттеснила от меня тёзку и утащила в другой конец зала Лёню…
Спустя четверть часа я выдохлась, вернулась к столу, попила воды и спросила у Гали:
– А где Оля?
– Только что тут сидела, – ответила жена Мартынова.
– Ее что‑то расстроило, – подала голос Ника Селезнева, – она покраснела, потом побелела и ушла.
– Куда? – занервничала я.
– В туалет, – буркнул Женя Растов. – Бабы вечно туда носятся, пудрятся, думают, симпатичнее станут.
– Женька! – возмутилась Вера Калинина. – Ты напился!
– Просто расслабился, – возразил кавалер. – Вы тут все на машинах, вот и наливаетесь водой, а у меня жизнь не удалась, я катаюсь на метро, зато могу клюкнуть в любое время дня и ночи.
– Чем ты и занимаешься! – не удержалась Вера. – Нечего на судьбу сетовать, сам виноват.
– Ребята, у нас праздник, – напомнила Галя, – потом отношения выясните.
– Была бы охота… – надулась Вера. – Поздно выяснять, надо выводы делать.
– Все, все, скандал отменяется, – велела Галя.
– Молчи! – наехала на Мартынову Вера. – Из‑за кого у меня личная жизнь не сложилась?
– Уж не я ли причина? – прищурилась Галина.
– А кто? – Вера стукнула кулаком по столу. – Отбила у меня Леньку! У нас с ним роман начинался.
– Не было такого, – быстро заявил Леня, косясь на жену, – не ври.
– Да ну? – не успокоилась Вера. – А кто меня к себе на дачу звал? И я ведь согласилась! Мы на субботу поездку запланировали, я в парикмахерскую сбегала, педикюр, маникюр навела, и облом! Исчез кавалер, даже не позвонил.