Всего за 69.9 руб. Купить полную версию
Нетрудно заметить, что определяющим критерием разграничения на перечисленные виды оружия являются скорее не цели его использования, а категории субъектов, которым предоставлено право владеть оружием (иметь его на вооружении).
Кроме того, в Федеральном законе «Об оружии» и статутных федеральных законах, регламентирующих полномочия соответствующих должностных лиц, в том числе сотрудников государственных военизированных организаций, и граждан Российской Федерации, при характеристике действий с оружием наряду с термином «использование» оружия употребляется термин «применение» оружия. Однако содержание этих терминов, определяющих соответствующие юридически значимые действия с гражданским, служебным и боевым ручным стрелковым оружием, в данных федеральных законах не раскрывается.
Вместе с тем их реализация в соответствии с законом является обстоятельством, влекущим определенные юридические последствия (например, обязательное представление в течение 24 часов сотрудником милиции рапорта о каждом случае применения оружия). Поэтому необходимо четко определиться с понятиями «применение» и «использование» огнестрельного оружия.
В силу неполноты и нечеткости прежнего законодательства данный вопрос и в теории, и на практике решался по-разному. Одни авторы применением оружия предлагали считать уже саму угрозу оружием со стороны работника милиции[41], другие же не признавали таковым даже так называемый предупредительный выстрел[42]. В настоящее время появились необходимые нормативно-правовые предпосылки для однозначного определения понятий «применение» и «использование» огнестрельного оружия.
В учебной юридической литературе применение и использование огнестрельного оружия сотрудниками государственных военизированных организаций рассматривается как мера административного принуждения[43].
В соответствии с принятой в науке административного права классификацией мер административного принуждения, в основу которой положен способ и цели обеспечения правопорядка, применение оружия отнесено к мерам административного пресечения[44].
Меры административного пресечения характеризует то, что их применение вызывается реально возникшей противоправной ситуацией и имеет смысл лишь тогда, когда нарушение правопорядка еще длится. Главная определяющая цель применения этих мер состоит в обеспечении прекращения нарушения, устранения противоправной ситуации[45]. В зависимости от конкретной ситуации в качестве непосредственной цели может быть и недопущение противоправного поведения, устранение вредных последствий противоправного поведения, создание необходимых условий для возможного в будущем привлечения виновных лиц к ответственности[46].
Применение административного принуждения главным образом связывают с совершением административного проступка[47], поскольку это присуще большинству мер административного принуждения. Особенность же применения огнестрельного оружия, в отличие от других мер административного пресечения, состоит в том, что использование данной меры, как правило, связано не с совершением административного проступка, а обусловлено необходимостью прекращения только таких деяний, которые по степени общественной опасности квалифицируются как преступления.
Специфика применения огнестрельного оружия сотрудниками государственных военизированных организаций, как и других мер административного пресечения, состоит в том, что его применение происходит в рамках особых охранительных (административно-правовых) отношений, складывающихся в сфере государственного управления, которые имеют своей целью, прежде всего, устранение самого факта правонарушения на месте и во время его совершения. Специфика этих управленческих отношений, как отмечает Л. Л. Попов, «объективно определяет необходимость самостоятельной и быстрой реакции соответствующих должностных лиц на правонарушения, оперативного использования предоставленных им государственно-властных полномочий»[48]. Сотрудники государственных военизированных организаций применяют или используют огнестрельное оружие в установленных законом случаях лишь тогда, когда необходимо обеспечить немедленную реакцию на совершаемые общественно опасные и в первую очередь противоправные действия. Особенность данных правоотношений заключается в том, что они возникают в связи с необходимостью прекращения только наличного[49] и действительного[50] общественно опасного посягательства. Содержание данных правоотношений состоит в совершении должностным лицом защитных действий в момент, когда возникает реальная угроза либо происходит вредоносное вторжение в сферу охраняемых законом общественных отношений. Защитные действия могут совершать как уполномоченные на то должностные лица государственных органов, и, прежде всего, сотрудники государственных военизированных организаций, так и сами граждане, которые подвергаются нападению либо оказались на месте совершения противоправных действий. Правовой основой таких действий для перечисленных лиц является законодательство о необходимой обороне, крайней необходимости и задержании лица, совершившего преступление.
В отличие от граждан действия сотрудников государственных военизированных организаций, для которых пресечение различных по характеру противоправных действии входит в число их оперативно-служебных задач и профессиональных обязанностей, получили в законе более подробную регламентацию. При их осуществлении сотрудники государственных военизированных организаций имеют право применять физическую силу либо имеющиеся на вооружении специальные средства и огнестрельное оружие, а при их отсутствии – иные подручные средства. К примеру, полномочия по применению имеющихся на вооружении милиции специальных средств и огнестрельного оружия изложены в разд. 4 Закона Российской Федерации «О милиции». Закрепленные в этом разделе меры принуждения применяются сотрудниками милиции, как справедливо отмечает А. В. Мингес, в качестве средств и способов необходимой обороны, задержания правонарушителей, защиты правопорядка в условиях крайней необходимости[51]. Данные меры обращены в настоящее и потому чаще всего способны самостоятельно и оперативно разрешить конфликтную ситуацию[52]. Это естественная первичная охранительная реакция. Именно «первой помощью» и исчерпывается назначение данной группы мер[53], в том числе и применения огнестрельного оружия. Поэтому правовая природа применения огнестрельного оружия состоит в том, что данная мера воздействия применяется сотрудниками государственных военизированных организаций только при возникновении состояния необходимой обороны, крайней необходимости или при задержании лица, совершившего преступление[54].
Таким образом, учитывая целевое предназначение огнестрельного оружия, все сказанное позволяет сделать вывод, что должностные лица государственных органов, в том числе сотрудники государственных военизированных организаций и должностные лица правоохранительных и контролирующих органов, подлежащие государственной защите, работники юридических лиц с особыми уставными задачами и граждане Российской Федерации могут применять и использовать имеющееся у них на законных основаниях огнестрельное оружие в целях самообороны, а именно, как закреплено в ст. 24 Федерального закона «Об оружии», для защиты жизни, здоровья и собственности в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости,[55] т. е. в качестве способа защиты.