Всего за 249 руб. Купить полную версию
То есть, если в уголовном праве вначале следуют теоретические положения о составе преступления, возведенные в закон, а потом уже практическая деятельность, то в оперативно-розыскной деятельности – наоборот: вначале в течение не одного десятилетия осуществляется деятельность по проведению названных мероприятий, а потом уже для нее разрабатывают теорию. Практическое значение теории состава оперативно-розыскного мероприятия вызывает сомнение.
Хочется вновь вернуться к тому, что в уголовном праве, взятом нами для примера, речь идет о составе именно преступления – незаконного, общественно опасного действия. По отношению к составу оперативно-розыскного мероприятия речь идет не просто о законных действиях, а о действиях, проведение которых является обязательным для органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Таким образом, в действиях любого сотрудника, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность и добросовестно относящегося к своим обязанностям, состав оперативно-розыскного мероприятия должен быть практически ежедневно. Это вытекает из требований Закона об ОРД, УПК РФ, а также из должностных обязанностей сотрудника. Для чего же научно разрабатывать очевидное явление, устоявшееся в течение длительного времени, не имеющее при этом практической значимости?
Ряд изложенных А. Ю. Шумиловым суждений о значении состава оперативно-розыскного мероприятия также носят спорный характер. Так, к основному значению состава оперативно-розыскного мероприятия он отнес тезис, что именно посредством оперативно-розыскных мероприятий проводится оперативно-розыскная деятельность. Мы согласны с тем, что оперативно-розыскные мероприятия имеют важнейшее значение для оперативно-розыскной деятельности. Так было, так будет и это, наконец, предусмотрено Законом об ОРД. Однако какое значение в этой устоявшейся и предусмотренной законом практической деятельности имеет состав оперативно-розыскного мероприятия?
Вызывает сомнение и тезис А. Ю. Шумилова о том, что с помощью состава оперативно-розыскного мероприятия происходит отграничение оперативно-розыскных мероприятий от схожих общественно полезных поведенческих актов. К таким актам А. Ю. Шумилов относит уголовно-процессуальные и уголовно-исполнительные действия, действия частных детективов и ряд других действий. Однако, согласно закону, правом проведения оперативно-розыскной деятельности наделены только соответствующие подразделения конкретных министерств и ведомств России. Если действия, схожие с оперативно-розыскным мероприятием, проводит частное лицо на законном основании, то следует говорить не о том, что в его действиях нет состава оперативно-розыскного мероприятия, а о том, что оно просто не занимается оперативно-розыскной деятельностью и, соответственно, не проводит ее. Так, при опросе учителем на школьном уроке учеников нелепо говорить о том, что в действиях учителя нет состава указанного оперативно-розыскного мероприятия. Равно как нельзя, по нашему мнению, оценивать с точки зрения оперативно-розыскной деятельности действия частных детективов, занимающихся в полном соответствии с ч. 2 ст. 3 «Закона о частно-детективной и охранной деятельности» сбором сведений по гражданским делам на договорной основе с участниками гражданского процесса. Да, частные детективы выполняют действия, во многом схожие с действиями оперативных сотрудников, однако не занимаются оперативно-розыскной деятельностью. Деятельность частных детективов, равно как и многих других, носит законный характер, не связанный с оперативно-розыскной деятельностью.
Если же частный детектив нарушил законодательство, например, неприкосновенность частной жизни, то его действия будут рассматриваться с точки зрения состава преступления, предусмотренного статьей 137 Уголовного кодекса Российской Федерации (неприкосновенность частной жизни). Однако, рассматривая деятельность частного детектива с точки зрения состава преступления, оценивать его деяние на предмет отсутствия состава оперативно-розыскного мероприятия никто не будет – это прямо следует из закона и не требует каких-либо пояснений.
Проводя сравнение оперативно-розыскных мероприятий с деятельностью частных детективов, уголовно-процессуальной деятельностью и иными видами деятельности А. Ю. Шумилов по непонятным причинам не говорит о том, что эти виды деятельности регулируются разными отраслями права.
А. Ю. Шумилов считает, что состав оперативно-розыскного мероприятия представляет единство четырех элементов: объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны. При этом объектом состава оперативно-розыскного мероприятия, по его мнению, является совокупность общественных отношений (благ, интересов), которые возникают в связи с необходимостью: предупреждения совершения преступления; обнаружения преступления (розыска лица, его совершившего); розыска без вести пропавшего; проведения административно-режимной оперативно-проверочной работы; выполнения международного обязательства, взятого на себя Россией. Объективная сторона оперативно-розыскного мероприятия – внешний акт общественно полезного поведения участника оперативно-розыскной деятельности (оперативника, агента и др.), выраженный в активном оперативно-розыскном деянии, которое наполняет реальным содержанием общественное отношение, составляющее объект состава оперативно-розыскного мероприятия.
Субъектом оперативно-розыскного мероприятия является оперативное подразделение и (или) физическое вменяемое лицо (оперативник, агент и др.), совершающее (совершившее) одно или несколько общественно полезных активных деяний, посредством которых осуществляется оперативно-розыскная деятельность. Субъективная сторона оперативно-розыскного мероприятия (характерна только для мероприятий, совершаемых физическими лицами) отражает внутреннее, психологическое содержание общественно полезного активного деяния, выражающееся в умышленной интеллектуальной и волевой деятельности участника оперативно-розыскной деятельности в процессе совершения этого деяния[56].
Оценивая эти элементы состава оперативно-розыскного мероприятия, можно сказать, что у всех оперативно-розыскных мероприятий один объект: общественные отношения (блага), защита которых происходит посредством проведения оперативно-розыскной деятельности. В зависимости от мероприятия и степени ограничения прав человека объект может несколько корректироваться, – это так называемый «усеченный объект» состава оперативно-розыскного мероприятия. Например, оперативно-розыскное мероприятие «опрос» может проводиться для предотвращения убийства, а может – для оформления допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. В то же время такая корректировка зависит не от общественных отношений (благ), которые следует защищать, а от цели проведения мероприятий. Так, если мероприятия проводятся для предотвращения убийства, то у всех предусмотренных Законом об ОРД совершенно разных мероприятий будет одинаковый объект.
Примечания
1
Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1992. С. 586.
2
Часть специалистов причисляют некоторые из названных действий к оперативно-розыскным мероприятиям. См., напр.: Медведев И. А. Засада как неотложное оперативно-розыскное мероприятие в практике ОВД // Судебная реформа и эффективность деятельности органов суда, прокуратуры и следствия. СПб., 1999.