Всего за 359 руб. Купить полную версию
Положение Финляндии в ходе Первой мировой войны
Настойчивые попытки русификации, исходившие из петербургских правительственных кругов в лице царя Николая II и генерал-губернатора Великого княжества Финляндского генерал-майора Зейна Франца-Альберта Александровича, вызывали все большее и большее пассивное сопротивление финского населения. Ответом русских властей на это были произвол, тюрьмы и ссылки. Когда активность старой гвардии финского освободительного движения стала ослабевать, им на смену выступила финская молодежь, в особенности студенты и молодая интелли генция.
После убийства наследника трона Австро-Венгрии 28 июня 1914 года в Сараево соперничество европейских держав переросло в открытую войну, ставшую кровавой катастрофой для Европы.
В это время финский археолог доктор Герман Гуммерус занимался своими исследованиями в маленьком городке Спалато[10] на побережье Далмации (тогда в Австро-Венгрии). Получив известие об убийстве наследника австрийского трона, он понял, как развернутся события после этого. Он надеялся и предвидел, что в ходе последующих событий станет возможным и обретение Финляндией независимости. Доктор Гуммерус, приговоренный к шестимесячному заключению за оскорбление русского царя, покинул ночью страну, чтобы избежать тюрьмы, и решил как можно быстрее возвратиться в Финляндию. Через Берлин и Стокгольм – где он имел контакты с ведущими политиками и живущими за границей финнами – ему удалось на маленьком шведском пароходике под именем Эберг добраться до Хельсинки, где он и стал нелегально проживать у своего брата Йохана. Вечерами и по ночам доктор Гуммерус, он же Эберг, покидал свое укрытие и встречался со своими старыми друзьями у барона Адольфа фон Бонсдорфа. Все то, что они сообщали, ошеломило Гуммеруса: организации финского движения за независимость разгромлены, их руководители находились в заключении или вынуждены были бежать за границу. Авторитетные бизнесмены предпочитают держаться подальше, рассчитывая на крупные сделки в ходе поставок в российскую армию. Среди активных рядовых участников национально-освободительного движения не было единства: одни из них надеялись на победу в войне стран Антанты, на их старые демократии, которые могут убедить царя предоставить свободу Финляндии. Численно более крупная группа ориентировалась на менее значительные страны Европы – Германию, Австро-Венгрию, Италию – и их победу в войне, которая стала бы и победой над Россией, что могло бы открыть путь к финской свободе. Во время этих ночных сборищ никакого решения так и не было принято, зато все сошлись во мнении, что необходимо подождать, тщательно следя за развитием событий; также было одобрено намерение доктора Гуммеруса снять квартиру в Стокгольме и стать чем-то вроде связного и представителя финского национально-освободительного движения, поддерживая при этом особенно тесные связи с Германией.
Шведский коммерсант, торгующий металлическими изделиями, Свен Эберг, он же доктор Гуммерус, без всяких проблем прошел пограничный контроль в Торнио. Когда он ступил на шведскую землю в городке Хапаранда, будущее Финляндии представлялось ему мрачным, как никогда ранее.
Их Стокгольма Герман Гуммерус направил составленный им меморандум, вполне реально отражавший положение дел в Финляндии, в Берлин, в министерство иностранных дел. Он считал, что своей откровенностью похоронил все надежды на появление свободной Финляндии на необозримое время.
В ночь с 30 на 31 июля 1914 года в Военном министерстве Российской империи, расположенном на Исаакиевской площади Санкт-Петербурга, царила напряженная деятельность. Военный министр Сухомлинов приводил в действие давно подготовленные на случай действительной опасности мобилизационные планы царской армии. В ходе этой работы генерал-губернатор Великого княжества Финляндского утверждал у министра подготовленные мероприятия для Финляндии: железнодорожные расписания больше не действовали, отменялось пароходное сообщение, внешние острова Аландского архипелага освобождались от гражданского населения, береговые укрепления занимали приписанные к ним гарнизоны. Предусматривалось также гашение маяков, выставление минных банок перед портами, осуществление сообщения со Швецией только через Торнио, с 21:00 вводился комендантский час, оказавшиеся на улице после этого времени люди должны были подтверждать свою личность документами. Нарушение этих предписаний каралось тюрьмой.
С началом мобилизации Финляндия становилась прифронтовой зоной.
В 1899 году царь Николай II отменил прежнее финское военное законодательство, согласно которому финны должны были нести воинскую службу только в финских частях, под командованием финских офицеров и только для защиты финской границы. Тогдашний русский генерал-губернатор, как известно, был в 1904 году застрелен финским юношей, который после покушения также покончил с собой. Согласно новому русскому военному законодательству, финны должны были теперь служить в составе русских воинских частей и могли быть брошены в бой на всех границах необъятной Российской империи. Поэтому русское военное законодательство финским народом игнорировалось; местные коммуны не выдавали призывников, а там, где власти пытались проводить набор в армию, молодые люди уклонялись от воинской службы, скрываясь в лесах или за границей.
Но теперь, с введением мобилизации, Россия предпринимала все усилия распространить свое военное законодательство на финнов, что побуждало финскую молодежь к новому сопротивлению.
Через несколько дней после того, как доктор Герман Гуммерус снова покинул Финляндию и отправил из Стокгольма в Берлин тот самый ошеломительный меморандум о ситуации в Финляндии, несколько финских студентов и молодых ученых собрались в Хельсинки в студенческом клубе «Остроботня», чтобы прослушать и обсудить доклад о том, как студенчество страны дифференцируется по языковому принципу.
Умно сформулированная тема реферата была только прикрытием, призванным обмануть русскую секретную службу (так называемую охранку), поскольку в действительности студенты и молодые ученые даже и не думали о том, чтобы раскалываться на две группы по языку и тем самым предоставлять русской секретной службе еще лучшие условия для ее функционирования.
Председатель собрания магистр Вяйно Кокко произнес страстную речь о том, о чем думали все собравшиеся в этом клубе, о чем они мечтали – о борьбе за свободу Финляндии!
Из его речи собравшиеся узнали, что от старшего поколения борцов, которые вследствие преследований, тюрем и ссылок устали и утратили свои силы, уже больше не может исходить никаких зажигательных импульсов, которые побудили бы страну добиться независимости.
Около полуночи 27 октября 1914 года был создан «Временный центральный комитет за активные действия». Финское юношество принимало судьбу страны в собственные руки!
Движение постоянно росло, однако сама по себе вера в свою правоту не могла обеспечить успех дела: не было средств, военного опыта, требовалось военное обучение, чтобы иметь возможность проводить акты саботажа против ненавистных русских.
Движение направляло своих эмиссаров для поисков поддержки в Швецию и Данию, но повсюду встречало там в правительственных кругах лишь отказы; только отдельные частные лица были готовы оказать ему поддержку.