По этому основанию социальная история человечества разбилась на две «эпохи-цивилизации»:
• «вещественную» или «аграрную» – от неолитической революции 10–12 тысяч лет назад (более 800 поколений людей) и до начала ХХ века;
• «энергетическую» (четыре поколения людей) – весь ХХ век и начало XXI века.
Если до ХХ века хозяйственное взаимодействие человечества с Природой было малоэнергетическим (к началу ХХ века 99 % энергии, используемой человеком в хозяйстве, было представлено традиционными энергоисточниками: мускульная энергия человека и одомашненных животных, энергия ветряных и водяных мельниц), то в ХХ веке произошел скачок в энергопотреблении на несколько порядков за счет привлечения новых энергоисточников, благодаря достижениям науки, в частности – электрической энергии и ядерной энергии, энергии, накопленной прошлыми биосферами. Стихийная форма хозяйствования – и соответственно низкая прогностичность при оценке близких и отдаленных последствий, на фоне большой энергетики природопотребления человечеством, – сразу же обернулись для человечества нарастающей интенсивностью экологической катастрофичности развития, которая приобрела в конце ХХ века масштабы глобального экологического кризиса, содержание которого может быть определено уже как первая фаза Глобальной Экологической Катастрофы.
Дисбаланс между приобретенной энергетической мощью приобретенной энергетической мощью стихийной, рыночной формы хозяйствования и низкой прогностической способностью, отягощенного своекорыстием интеллекта человека, предстает, по автору, как информационно-интеллектно-энергетическая асимметрия человеческого разума (ИИЭАР). Этот тип асимметрии образно можно представить в виде научной метафоры – «метафоры динозавра». Человечество стало похоже на «динозавра»: «огромное туловище» его олицетворяет большую энергетику, которой владеет человечество и которую использует в своем хаотичном и рыночно-агрессивном природопотреблении, а «маленькая головка» – низкую прогностичность и низкую управляемость Будущим, обусловленные социально-индивидуалистическим, рыночным «хаосом». Первая фаза Глобальной Экологической Катастрофы фактически означает начало экологической гибели человечества, бытийствующего в «форме динозавра».
Возник императив смены ценностей и оснований Бытия: с эгоистических, рыночно-потребительских, ориентированных на максимизацию индивидуальных прибылей и наслаждений, на ноосферные, экофильные, альтруистические ценности, в пространстве рефлексии которых человек начинает себя позиционировать как часть мировой Целостности, как «Разум-для Биосферы, Земли, Космоса».
Таким образом, Эпоха Великого Эволюционного Перелома предстает формой трагической «встречи» двух Логик с большой буквы – ВЛСР и БЛСЭ, которая может приобрести, по оценкам группы Медоузов, А. П. Федотова, В. А. Зубакова и других, в том числе и автора, форму социо-биосферного коллапса уже в 3-м десятилетии XXI века.
Эта трагическая констатация есть отражение тех «вызовов», которые сформированы ВЛСР и БЛСЭ, и на которые должен дать ответ совокупный разум человечества, если он сумеет освободиться от безумия своекорыстия, от безумия гонки за личной формой накопления богатства, от безумия капиталократии.
Социология, как наука об обществе и общественных процессах, призванная не только объяснять социальные процессы «здесь и теперь», выполняя функцию обслуживания социальной и экономической политики, но и прогнозирования развития общества, в том числе и на долгосрочных, стратегических горизонтах, находится, как и обществоведение в целом, в системном кризисе, который на своем языке фиксирует императив смены ее системно-мировоззренческих, теоретических основ. «Вектор» действия этого императива имеет ноосферное содержание, отражает это вторжение в логику развития общества Большой Логики Социоприродного – Ноосферного – Развития (БЛСЭ).
Таким образом, возникает новая парадигма организации социологического знания – ноосферная парадигма, оформление которой можно назвать ноосферной социологией.
Ноосферная социология есть социология становящегося ноосферного образовательного общества, раскрывающая законы и императивы становления и развития такого общества.
Как следует из изложенного, само становление ноосферной социологии обусловлено «вызовами», которые предъявила человечеству, как Внутренняя Логика Социального Развития (ВЛСР), так и Большая Логика Социоприродной Эволюции (БЛСЭ).
Но чтобы осознать объект и предмет ее исследований, структуру и «точки» ее развития, следует остановиться на базовых категориях, определяющих ее название, и научно-методологических основаниях.
2. Каковы научно-методологические основания становления ноосферной социологии?
Категория ноосферы, именно как научная категория, появляется благодаря работам В. И. Вернадского [В. И. Вернадский, 1988, 1991]. Автором выполнена систематизация смысловых определений ноосферы в работах В. И. Вернадского и осуществлено их развитие [А. И. Субетто, 2001; «Вернадскианская революция…», 2003], с выделением 8-ми смысловых экспликаций ноосферы [А. И. Субетто, 2001, 2006]. В кратком изложении, ноосфера по своим «смысловым измерениям» есть:
• (1) становящаяся ноосфера, как целый период в развитии Биосферы, связанный с появлением человека на Земле. В этом контексте, ноосферогенез совпадает с антропогенезом, как определенным этапом в развитии Биосферы;
• (2) закономерный этап в геологической истории Земли, «ноосферный темпотаксон» по В. А. Зубакову [ «Вернадскианская революция…», 2003];
• (3) новое состояние Биосферы, которое можно назвать ноосферой. В этом «измерении» Ноосфера предстает «как Биосфера, асиммилированная человеческим разумом» [А. И. Субетто, 2006, с. 36]. В данном определении мы использовали следующее положение В. И. Вернадского: «Биосфера перешла или, вернее, переходит в новое эволюционное состояние, в ноосферу, перерабатывается научной мыслью социального человечества» [В. И. Вернадский, 1988, с. 30];
• (4) «ноосфера, как царство разума, оказывающее давление на Биосферу, подобно давлению живого вещества в ней» [А. И. Субетто, 2006, с. 37];
• (5) «ноосфера как модель будущей социоприродной гармонии, которая требует социальной гармонии внутри социального человечества, внутри общества, и базируется на социалистических началах бытия» [А. И. Субетто, 2006, с. 38];
• (6) «ноосфера как процесс планетаризации человечества и человеческой мысли [А. И. Субетто, 2006, с. 38], на современном языке – как «ноосферная глобализация»;
• (7) ноосфера как форма кооперации самого человечества и кооперации человечества с Биосферой при сохранении существующего биологического и национально-этнического, социокультурного разнообразия; ноосфера – как этап эволюции, на котором начинает доминировать Закон Кооперации и Интеллекта, как механизм эволюции, сопровождающий рост роли кооперации и сложности кооперированных систем [А. И. Субетто, 2001; 2006, с. 38];
• (8) ноосфера как будущее автотрофное состояние человечества, снимающее антропогенное давление атнропосферы на Биосферу [А. И. Субетто, 2006, с. 39].
Как видно, из этих 8-и определений, ноосфера – сложная научная категория, и ее редукция только до одного ее смыслового измерения, как «сферы разума», которая характерна для воззрений ряда отечественных ученых, таких, как Н. Н. Моисеев, А. Д. Урсул, В. А. Кутырев и другие, на наш взгляд, искажает содержание ноосферы и сужает ценность и смысл ноосферного учения В. И. Вернадского.