Всего за 159 руб. Купить полную версию
Разработано множество приемов и способов для «проникновения» в подсознание. И достаточно «жестких», наподобие классического гипноза и психофизиологического кодирования, и весьма «мягких», таких как методики Луизы Хей и Хосе Сильвы, как НЛП и суггестивная лингвистика. Однако не вызывает сомнений их искусственность, и поэтому нам гарантирована негативная реакция подсознания на насильственное вторжение в «святая святых».
Но ведь существует естественный, безопасный и, что самое главное, – очень эффективный и доступный всем способ вхождения в контакт с подсознанием.
Раджниш по этому поводу говорил: «Когда вы действительно смеетесь, внезапно ум исчезает… Смех – это одна из самых красивых дверей, чтобы попасть в „не-ум“».
Зачем мы стремимся попасть в подсознание? Ну уж точно не для того, чтобы ввести туда дополнительные записи, пусть даже такого характера: «Я – гений…» Глупо кодировать себя на то, чем мы уже являемся, да и вообще любое кодирование по своей сути нелепо и разрушительно.
Мы вскрываем смехом подсознание с одной только целью – освободить его от присутствующего в нем «шлака» ненужных, искусственных программ. И разрядить их смехом же.
Это очень важно. Появившиеся в последнее время исследования говорят о бесперспективности попыток посредством лишь словесной терапии воздействовать на программы, которые глубоко «растворены» в нашем теле. Психотерапевты работают лишь с верхним слоем записей, а в случаях программ, присутствующих на уровне клеток, эффективность их работы стремительно падает. И требуются уже более серьезные мероприятия, которые, однако, классическая психиатрия не признает.
В рамках нашей школы мы используем для этого удивительно эффективный «внутренний смех». Практикуя его, мы предельно ослабляем доминирование ментала над нами. Сложная машина мыслей как бы останавливается…
Но странное дело – глупей от этого мы почему-то не становимся. Скорее напротив – смех, выключая искусственные программы, позволяет обрести истинную разумность, так как именно в таком «нементальном» состоянии, через ощущения, приходит понимание того, какую значительную часть жизненной энергии эти программы «стягивали» на себя. Зато теперь вся освобожденная смехом энергия непрерывно утверждает нас в новом качестве, наполняет оптимизмом и желанием жить.
Хаоса мыслей нет – несколько непривычно, но насколько ярче и красочнее становятся ощущения! Осознание всего делается более отчетливым и позволяет глубже и убедительнее ощутить все, ранее казавшееся спорным и зыбким.
В таком состоянии длящегося внутреннего смеха и ментального затишья возможно даже читать, хоть при этом не происходит считывания по одному слову, как прежде. Мы воспринимаем уже некий информационный поток, словесно не обусловленный. Тот, кто занимался техниками скорочтения и специально тренировался в выключении внутреннего проговаривания, хорошо понимает, о чем идет речь.
Но все же главное, что при этом словно выключаются ментальные программы. В таком состоянии исчезают и становятся прозрачными границы пресловутой «зоны комфорта». Вы «депрограммируетесь» как компьютер и становитесь реально свободными.
Таким вот «смешным» способом решается задача фантастической емкости и сложности. Очень просто решается. Приятно, что все вышесказанное весьма легко проверить. Отследите любую включившуюся в вас программу: лень, страх, искусственно вызванное сексуальное возбуждение, желание закурить, недовольство чем-либо, беспокойство, желание выпить, расслабиться у телевизора или съесть что-нибудь сладкое – включите смех и отслеживайте изменение своих состояний.
Не надо слушать ничьих советов, не стоит верить никому и ничему, в том числе и этому тексту, – просто смейтесь и прислушивайтесь к себе, но будьте при этом честны. Не допускайте ни малейшего внутреннего насилия над собой – вы готовы принять все, любые ощущения, вы лишь честно отслеживаете: что же у вас там внутри происходит?
А там сплошной веселый звон – это «лопаются и бьются стеклянно-прозрачные», невидимые вами ранее программы. И вы обретаете все большую свободу в поступках, чувствах, поведении.
И с удивлением отмечаете, сколь многое, ранее казавшееся нормальным и единственно возможным, в действительности оказывается нелепой и коварной программой.
И уже с большим пониманием читаете у Оскара Уайльда: «Ничто так не мешает роману, как чувство юмора у женщины и его отсутствие у мужчины».
И у Бернарда Шоу: «Иногда надо рассмешить людей, чтобы отвлечь их от желания вас повесить».
И даже (кто бы мог подумать?) у Махатмы Ганди: «Не будь у меня чувства юмора, я бы давно покончил с собой».
И уже лучше понимаете Вольтера, сказавшего: «Что сделалось смешным, не может быть опасным».
И улыбаетесь вместе с Ежи Лецем: «Максимальным чувством юмора обладают умершие: они смеются надо всем».
Эрик Берн в книге «Люди, которые играют в игры», описывая типичный сценарий поведения мошенника, делает следующее замечание: «Опытные мошенники опасаются людей, которые смеются, обнаружив, что их обманули». Почему? Потому что смеющийся человек перестает быть жертвой. Во всем. И это – главное.
Социум, в котором мы пребываем, уже давно перестал быть отражением нашей сути. Его интересуют лишь наши кукольные обличья. Он стал матрицей, тупо подгоняющей все свои элементы (то бишь нас) под некие усредненные, абсолютно нереальные и выгодные лишь одному ему стандарты.
Это своего рода Прокруст, пытающийся уложить в свою кровать-эталон достойного ее «идеальных размеров». Но, увы, всех приходится «немного подравнивать» – кому ноги укоротить, а кого, напротив, растянуть почти вдвое.
Обратите внимание – любой тоталитарный режим серьезен. Любой: фашизм, социализм, религиозный фанатизм… При социализме была возможна лишь сатира, то есть высмеивание. При фашизме – и того меньше. Почему так?
Вернон Вульф, создатель Холодинамики, писал: «Когда люди становятся серьезными, они отдаляются от целостной динамики, уходят в линейное (кукольное) мышление. Серьезность уже подразумевает готовность забыть (о цельности)».
Раджниш по этому поводу говорил: «Серьезность – это просто болезнь души, и только больные душой могут обращаться в рабов».
Смех же по своей природе разрушителен и губителен для всего, что остановилось в своем движении, закостенело в развитии. Смех – это сила обновления и движения.
Поэтому юмор и смех всегда активизируются и выходят на первый план в периоды социальных изменений, мощных внутренних общественных подвижек. Но смех всегда стихиен и, следовательно, малоуправляем. Социум в попытках самосохранения, понимая, что впрямую ему с этим качеством не справиться, поступает коварнее и хитрее – он огрубляет и опошляет смех, вновь низводя его до уровня примитивной и безопасной для него насмешки. Вот почему, кстати, такие качества, как пошлость и грубая безвкусица, столь же характерны для переходных периодов.
Вывод из всего вышесказанного прост: смех есть созидание через разрушение грубых, разъединяющих оболочек ментала, «дробящих» целостный Мир на отдельные фрагменты. Созидание Целого через объединение его элементов, освобожденных от разрушительных программ.
* * *
Умение с улыбкой воспринять себя и события, в которых вы участвуете, то есть сохранить чувство юмора в любой ситуации, возможно лишь при одном условии: способности увидеть «со стороны» как себя, так и все происходящее с вами.
В любых стрессовых, драматических ситуациях вам может помочь следующая, пока еще чисто логическая схема: данная ситуация смоделирована вами же, как духовным существом, еще до рождения, и испытание в виде некой проблемы, которое вы проходите сейчас, – это ваш выбор, сделанный еще до вашего «вочеловечивания» и совершенно необходимый для дальнейшего духовного роста.