Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
– Когда вы видели на дороге незнакомую машину? – спросила Джесс, доставая блокнот.
Пенни и Феррис с интересом наблюдали за ее действиями. Потом они переглянулись.
– По-моему, без четверти четыре, – неуверенно сказала Пенни, – может, чуть позже. От Илая я выехала где-то без двадцати четыре. Я помню время, потому что посмотрела на часы. Эндрю обещал заскочить на конюшню, не хотелось заставлять его ждать. Когда я вернулась, он уже приехал, хотя я спешила… – Пенни покраснела. – Не думайте, будто я превысила скорость. Дело в том, что фургон был пустой, и мне не нужно было ехать медленнее обычного.
– Мистер Феррис, а вы по пути в конюшню проезжали мимо фермы «Сверчок»?
Феррис покачал головой:
– Никак нет, я ехал другой дорогой. А Пенни вернулась без четверти четыре, как она и сказала. От «Сверчка» до конюшни езды на машине пара минут. Мамаша Фоскотт забрала свою балованную дочку и покатила домой часа в четыре – пять минут пятого, а я решил позвонить Илаю на мобильный где-то в четверть… или в двадцать минут пятого.
– Кстати, Илай нам ничего не сказал, – заметила Джесс. – Я не про то давнишнее дело. Вполне понятно, почему об убийстве он и не заикнулся. Но он не рассказал о том, что вы видели машину, а мистер Феррис предупредил его по телефону.
Пенни и Эндрю снова переглянулись. Феррис усмехнулся, а Пенни улыбнулась.
– Илай – он такой, – пояснила Пенни.
– Ни за что не проболтается! – воскликнули они хором и рассмеялись.
– Извините! – поспешно добавила Пенни. – Понимаю, это совсем не смешно. Просто Илай… Видите ли, Эндрю правильно говорит, он человек неразговорчивый. Он говорит только то, что считает нужным сказать, так сказать, голые факты, и все. Взять хотя бы недавний случай… Один конь зачудил и пробил дыру в стенке фургона. Я спросила, может ли Илай починить фургон. Он приехал, взглянул на него и сказал только одно слово: «Да». Я прицепила фургон и привезла к нему, а он заделал дыру в борте. Пока он работал, мы с ним почти не разговаривали, он раскрыл рот только для того, чтобы отказаться от платы. – Она снова улыбнулась. – И потом, Илай, наверное, считает своим долгом защищать меня от вас, поэтому и не заикнулся ни о чем. Он по-своему заботится обо мне. Время от времени наведывается в конюшню, по его словам, чтобы взглянуть на лошадей. А на самом деле он еще и чинит все, что заметит… – Вдруг Пенни всполошилась. – Ох, только что сообразила! Наверное, Илай волнуется, как бы со мной чего не случилось здесь, в глуши… Обычно я не одна, со мной Линдси, владельцы лошадей, ученики или Энди…
Неожиданно до Пенни дошло: убитую девушку нашли совсем недалеко от ее конюшни. Раскрыв рот, она встревоженно посмотрела на Джесс.
Феррис положил ей руку на плечо:
– Успокойся, Пен! Полиция во всем разберется.
Приятно, когда население так доверяет стражам порядка. Джесс надеялась, что они оправдают доверие.
Во время разговора в конторе до слуха Джесс время от времени доносились глухие удары и громкое фырканье из-за тонкой стенки. Выйдя во двор, она увидела торчащую над загородкой лошадиную морду.
– Привет, старина! – Джесс протянула руку, собираясь погладить коня.
– Осторожно! – произнес мужской голос у нее за спиной. – Он, кажется, ослеп на один глаз. Лучше подойдите с другой стороны.
Обернувшись, Джесс увидела Ферриса, стоящего в дверях конторы.
– Вот как, – смутилась Джесс.
– Слушайте, – Феррис понизил голос, – как по-вашему, для Пенни здесь сейчас не опасно? Я знаю, почти весь день с ней кто-то бывает, но она приезжает сюда рано утром, а уезжает поздно ночью. В дороге она совсем одна. За лошадьми нужен постоянный уход. Я не могу запретить ей приезжать сюда, но и постоянно находиться с ней тоже не могу. Ведь у меня и свои дела есть.
– Судя по тому, что сообщили мне вы и мисс Говер, вряд ли ей грозит какая-то опасность, – медленно проговорила Джесс. – Но она действительно заметила на дороге серебристый «мерседес» и мельком видела его водителя, поэтому является важной свидетельницей. Если водитель «мерседеса» причастен к убийству, возможно, он тоже это понимает. А фургон для перевозки лошадей – четкое указание на то, куда она направлялась.
– Значит, он может нагрянуть сюда? – Кивком Феррис указал на двор.
– Мисс Говер следует соблюдать осторожность. В начале следствия мы никогда не раскрываем всех подробностей прессе, можно пока никому не рассказывать о том, что свидетельница заметила рядом с местом преступления незнакомую машину. Скорее всего, мы действительно пока умолчим о «мерседесе».
– Это нам подходит! – обрадовался Феррис.
Джесс огляделась по сторонам.
– Если вам нужна Селина Фоскотт, – продолжал Феррис, указывая в сторону загона, – она там, вместе с Чарли.
– Чарли – это пони?
– Чарли – это ее дочка. Желаю удачи!
Он вернулся в контору.
«Сторожевой пес, – подумала Джесс, хмурясь. – Он охраняет Пенни Говер. И Илай Смит, и Эндрю Феррис считают своим долгом опекать и защищать ее. Везет же некоторым! Бывают женщины, которых все мужчины считают своим долгом защищать… Эх, если бы кто-то когда-нибудь отнесся так ко мне».
* * *
Чарли Фоскотт и ее пони кружили по загону и готовились брать барьеры. Пони явно не хотелось работать. Толстый, раскормленный, он напоминал бочонок на четырех ножках. На неискушенный взгляд Джесс, передние ноги у него были слишком широко расставлены. Судя по его виду, он вполне мог в любой момент отказаться брать барьер. Крошечная наездница как будто понимала это.
Покосившись на Джесс, миссис Фоскотт заорала:
– Стоять!
На секунду Джесс подумала, будто приказ предназначен ей, но Чарли немедленно остановилась, и Джесс поняла, что мать отдавала приказание дочери. Пони опустил голову и принялся щипать редкие травинки, росшие в грязи. Маленькая всадница смотрела на Джесс сверху вниз. Личико у нее было такое же надменное, как и у матери. Если сначала Джесс жалела девочку, то сейчас это чувство испарилось.
– Итак. – Миссис Фоскотт неуклюже зашлепала по грязи к воротам. – Полагаю, вы хотите со мной поговорить?
– Если у вас найдется свободная минутка, миссис Фоскотт.
Судя по всему, Селина Фоскотт не держит на нее зла. Даже наоборот, ей как будто не терпится выговориться. Другое дело – известно ли ей что-то важное и интересное. Обычно словоохотливые свидетели сообщают массу ненужных подробностей, а по делу ничего путного и сказать не могут.
– Знаете, кто она такая? – спросила миссис Фоскотт.
Джесс поняла, что речь идет об убитой девушке.
– Пока нет. По словам Пенни Говер, на прошлой неделе вы приезжали сюда каждый день. Это так?
– Прохлаждаться некогда, – отрывисто ответила Селина. – Скоро соревнования! Нужно подготовить Султана. В прошлый раз, знаете ли, он выиграл синюю розетку в своем классе!
– Правда? Какой молодец! – Джесс не удивилась бы, узнав, что у пони вдруг выросли крылья и он перелетает через барьеры. Честно говоря, глядя на Султана, она как-то не особенно верила, что толстяк сумеет взять барьер. Разве что правда перелетит… И все же синюю розетку, кажется, присуждают за какое-то высокое место. Впрочем, много ли наездников соревнуются в одном с ним классе? Джесс вздохнула и уверенно направила разговор на интересующую ее тему: – По пути сюда вы проезжаете мимо фермы «Сверчок»?
Миссис Фоскотт кивнула:
– Не могу сказать, что обращаю на нее внимание. Я вообще стараюсь не смотреть в ту сторону, старая ферма как бельмо на глазу. Похоже, там давно никто не живет. Иногда туда заезжает Илай Смит – я вижу его грузовик.
– А в пятницу вы его видели?
– Нет. Если он приехал туда и нашел труп, то после того, как я уехала домой. Кстати, я чудом избежала аварии! Едва не столкнулась. – Она нахмурилась. – Только собралась повернуть на шоссе, как вдруг – вж-ж-ж! Мимо пронесся большой серебристый «мерс». На полной скорости, прямо у меня перед носом! Пришлось экстренно тормозить. Эти городские лихачи думают, что тут скоростная автострада и можно гнать со всей дури, потому что все равно на дороге никого нет! А места здесь мало и обочины совсем неширокие.