Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
– Настя, у тебя, кажется, есть еще один вариант решения?! – она остановилась рядом с Настей.
– Да, я тут набросала, – нехотя отозвалась Настя.
– Так, поделись с нами, – учительница взмахнула рукой, приглашая к доске. Настя выбралась из-за стола, подошла к доске, быстро вытерла Антохины записи. Задумалась. Приняла решение и набросала на доске один из своих вариантов.
– Хм, – учительница явно заинтересовалась, – интересно… Ребята, как вам?
Антон мгновенно сориентировался:
– Я тоже так хотел, но поторопился!
Настя усмехнулась, ну, конечно!
– У кого какие мысли? – на всякий случай спросила учительница. – Так, никаких. Тогда перепишите и это решение.
Настя вернулась на свое место.
Учительница озабоченно посмотрела на часы:
– Ребята, вот что мы сделаем, остальные задания вы возьмете на дом, а мы с вами встретимся в четверг и посмотрим, что у кого получилось. Да, вот еще: к нам скоро прибудут гости: преподаватели нескольких столичных ВУЗов. О дате я сообщу дополнительно. Думаю, всем вам будет интересно.
Настя встрепенулась. Вот это новость! Захотелось переспросить, узнать подробности. Что за преподаватели, из каких ВУЗов? Но Антон успел первым. Прямо так и кинулся к учительнице. Тоже в Москву собрался? Конечно, куда же еще. Как говорили Настины родители: если учиться, то в столице. Видимо, Антохины считали так же.
Между тем учительница успела поведать о выездной приемной комиссии, куда вошли преподаватели столичных ВУЗов, и вот, эта комиссия прибывает и к ним, в заштатный городок, дабы обнаружить юных гениев и дать им путевки в жизнь.
Ладно, пусть приезжают, поглядим…
Настя собрала портфель и направилась к выходу. Наташа догнала ее у раздевалки:
– Домой?
– Да…
– Тебе на курсы когда?
– Завтра…
– Ой, и мне завтра. Слушай, ты на олимпиаду по физике идешь?
– Конечно, – Настя даже усмехнулась.
– А по химии?
– И по химии, – нехотя отозвалась Настя.
Наташа вздохнула:
– И когда ты только все успеваешь!?
Настя пожала плечами. Мимо прошествовал важный Антон. Вот уж у кого самомнение! Просто караул! Даже не взглянул в их сторону.
Настя направилась к выходу. Наташа семенила за ней:
– Слушай, Антоха тоже везде записался. Мне кажется, он завидует!
– Ну и что?
– Да так, ничего…
С тем и разошлись. Наташка – направо, Настя – налево.
Настя ускорила шаг, просто, чтоб уйти от школы подальше. Потом пошла медленно. Некуда торопиться.
Настя была настолько погружена в свои мысли, что никак не отреагировала на свист и брошенные ей в след восхищенные восклицания. Подумаешь, свистят… к подобным выходкам со стороны парней, да и мужчин постарше, Настя привыкла. Почти. О своей внешности она никогда не задумывалась.
– Настька! Какая ты красивая! – вздыхала подруга Наташа.
– Ой, деточка, расцвела! тьфу, тьфу, тьфу! – шептали старушки у подъезда и старательно плевали через левое плечо.
Друзья родителей, едва входили в дом, рассыпались похвалами в адрес Настя, и мама розовела от удовольствия. А бабушка хмурилась, не любила, когда внучку восторженно хвалили чужие. «Не хорошо это, не к добру». – Ворчала бабушка и добавляла – Не в красоте счастье! А уж девичье счастье и подавно».
Настя не спорила. Когда приставали на улице, опускала голову и ускоряла шаг. Отставали. Но не в этот раз.
– Эй, ты! Куда торопишься?! – незнакомый парень догнал, ухватил за локоть.
Настя вывернулась, хотела пройти мимо.
– Ты чё, гордая?! – возмутился парень. Его приятели захохотали, посыпались нецензурные словечки. Настя поморщилась. Она не испугалась, нет. Было бы, кого бояться. К тому же, белым днем.
– Шел бы ты, – равнодушно посоветовала она.
– Нифигасе! Борзая! – искренне удивился парень и снова попытался ухватить ее за руку. – Слышь, чё скажу…
Слушать его Настя не собиралась. От настойчивого незнакомца ощутимо разило пивом и табаком, взглянув на него, Настя определила, что незнакомец давно вышел из подросткового возраста, попросту говоря, обычный неприятный городской хам со товарищи.
– Ух, ты, зеленоглазая! – восхитился парень, – айда со мной, киска.
Его приятели придвинулись, окружая Настю. И снова она не почувствовала страха, только холодное бешенство, вдруг, на мгновение вспыхнуло внутри, так, что слегка помутилось в глазах, Настя сжала кулаки и шагнула прямо на парня.
Она не поняла, что произошло, но когда пелена рассеялась, ни хама-незнакомца, ни его приятелей рядом не было. Никто не преследовал Настю.
«Странно» – подумала она. Но неприятный эпизод скоро выветрился из мыслей. Было, и было, подумаешь…
Месяц спустя. Аэропорт Домодедово.
У стойки регистрации толпился народ. Несколько человек, необремененных багажом, сгрудились чуть в стороне. Они оживленно переговаривались, смеялись. Вдруг, один из них, молодой, темноволосый, в длинном черном пальто, обернулся.
– Я сейчас вернусь, – сказал он своим спутникам.
И быстрым шагом направился к стоящему неподалеку мужчине.
– Ну, ты и вырядился, Маркус, – негромко и неприязненно произнес черноволосый. Рыжеватый, кудрявый Маркус и впрямь выглядел довольно экзотично в широком и длинном плаще из тончайшей лайки, отороченном мехом.
– Разве сейчас это не носят? – Равнодушно переспросил Маркус, – извини, я вечно путаю. Но, речь не обо мне, Габриель.
– Что явился меня уговаривать? – в голосе Габриеля послышалась грустная насмешка. Маркус как будто смутился.
– Габриель, не торопись!
– Сколько можно ждать?
– Столько, сколько нужно…
– Ты шутишь? Время уходит!
– Не смеши меня, Габриель. Времени не существует. По крайней мере, для нас и для нее.
– И все же, я буду настаивать!
– Габриель!
– Я и так слишком долго шел у тебя на поводу, Маркус. Хочу напомнить: когда меня взяли, моего мнения никто не спросил.
– Габриель, ты остался совсем один. Не могли же мы бросить тебя погибать от голода?
– Маркус, неужели ты думаешь, что она откажется?
– Габриель, не начинай все сначала. Ты знаешь, что я отвечу.
– В таком случае, я вынужден собрать общий совет.
– Что это даст? Перевеса не будет.
– Будет! На один голос, но будет! А значит, у нее появится наставник. И это будет наш наставник. А ты, Маркус, можешь устраниться, как всегда.
– Жаль, мне очень жаль, Габриель…
Габриель больше не слушал его. Он отвернулся и направился к своим.
– Кто это, Гена? – кокетливо спросила его одна из женщин, – такой импозантный мужчина!
– Так, чудак один, иностранец, – выкрутился Габриель – Гена.
На следующий день. Школа.
Целый месяц школа готовилась к приему важных гостей. Все, что можно было отдраить, отдраили, покрасили и поменяли. В вестибюле красовались новенькие стенды, на кабинетах появились таблички. В актовый зал привезли новые стулья. Школа напряженно ждала.
Накануне появления столичных гостей, директор лично повелела всем ученикам школы привести себя в порядок. «Под страхом смертной казни», – добавила про себя Настя.
Перед первым уроком оба одиннадцатых класса загнали в актовый зал, туда же пришли и «подающие надежды» выпускники из других школ.
Настя уселась рядом с Наташкой, та заняла два места. Над залом висело гудение, как в потревоженном пчелином улье.
На сцене стоял стол, покрытый скатертью, бутылочки с водой, ваза с цветами. Все, как обычно: Взволнованная директор нервно прохаживалась по рядам, пыталась установить тишину. То и дело хлопали входные двери, бегали учителя. Наконец, Настя услышала возглас: «Идут!». И с любопытством обернулась ко входу. Она ожидала увидеть бодреньких старичков с бородками. Почему-то именно с бородками. Но вместо старичков в зал вошли мужчины и женщины разного возраста, практически ничем не отличающиеся от Настиных родителей и знакомых.
Ребята по команде директрисы встали, громыхнув стульями. Комиссия поднялась на сцену и расселась за столом. Директриса, лучась счастьем, порхнула следом, схватила микрофон, взволнованно поздоровалась с гостями и разразилась пламенной речью. Настя не слушала, она рассматривала гостей.