Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
– Конечно. – Дэриэн опустил руки, недовольно выпрямился и отошел от Кристины. – Благодарю вас, – запоздало поклонился он юной леди.
Энтони, прищурив глаза, проводил его хмурым взглядом, занимая место брата рядом с девушкой.
– Ты теперь хорошо себя чувствуешь, Дэриэн?
– Вполне, благодарю тебя, – отрывисто кивнул Дэриэн.
– В таком случае завтра я зайду к тебе, – твердо заявил Энтони. Вызывающий вид брата ясно говорил Дэриэну, что неприятный разговор между ними был только отложен из-за болезни, но его все-таки не избежать.
– Очень хорошо, – несколько отстраненно кивнул Дэриэн. Он снова оглядел бальный зал, с неудовольствием отметив, что их троица все еще находится в центре внимания нескольких групп гостей, с удовольствием сплетничавших на их счет.
– Ваша светлость!
– Леди Кристина? – повернулся Дэриэн, вопросительно вздернув бровь.
Смешливые искорки плясали в глазах, так похожих на материнские.
– Полагаю, моя мама приняла приглашение лорда Мэйстоуна сопровождать ее в соседний зал, чтобы выбрать себе прохладительный напиток.
Неужели его интерес к Мэрайе настолько очевиден, что даже ее дочь о нем осведомлена?
И какого дьявола Мэрайя делает в компании Мэйстоуна, джентльмена, которого Дэриэн знал гораздо лучше, чем принято в свете?
Обри Мэйстоуну было далеко за пятьдесят, из которых двадцать лет он был вдовцом. Это все еще очень красивый седовласый мужчина с правильными чертами лица. Его элегантная фигура совсем не расплылась, как это часто бывает в его возрасте.
Обри также являлся главным связным в Министерстве иностранных дел, именно к Мэйстоуну Дэриэн обращался по многим вопросам касательно своей секретной службы на благо короны.
Какова бы ни была причина интереса Обри Мэйстоуна к Мэрайе, у Дэриэна не было никакого желания тратить свое время в эфемерной попытке переброситься словом с красавицей-вдовой.
Старательно избегая обвиняющего взгляда младшего брата, Дэриэн неожиданно грустно улыбнулся леди Кристине:
– Спасибо.
Он еще раз поклонился, развернулся на каблуках и широкими решительными шагами направился к залу с прохладительными напитками.
К Мэрайе Бичем.
* * *
– Полагаю, вы приняли приглашение лорда и леди Николс посетить их званый вечер в Кенте в конце недели? – Не прерывая разговора с Мэрайей, лорд Мэйстоун приветливо кивнул своей знакомой миссис Мур, находившейся в другом конце зала.
– Да, приняла. – Мэрайя сверлила своего собеседника любопытным взглядом. – Вы тоже там будете?
– Святые небеса, конечно нет! – Мэйстоун наконец-то повернулся к ней, его морщинистое, но все еще красивое лицо исказила гримаса отвращения. – Хватит с меня и того, что приходится подвергать себя сомнительному удовольствию появления в высшем свете раз в неделю! Заверяю вас, у меня нет намерений страдать еще и в выходные!
– Бедный Обри, – сочувственно засмеялась Мэрайя, примирительно кладя руку ему на локоть. – У вас есть особые причины спрашивать меня о посещении именно этого званого вечера?
Обри Мэйстоун давно уже был ее связным, который помогал ей трудиться на благо королевства.
– У меня есть причины предполагать, что… А, Уолфингэм! – Обри повернулся, чтобы тепло поприветствовать только что подошедшего к ним герцога. – Вы как раз вовремя! Наша прекрасная графиня очень вежлива, но все же, мне кажется, ей требуется компания более молодого человека, чем я.
Мэрайе повезло, что она стояла спиной к Уолфингэму, и тот не мог бы неверно интерпретировать причину румянца, тут же проступившего на ее щеках. Ее переполняло раздражение, которое вызвало в ней столь упорное преследование этого мужчины!
Леди Стоктон, как и ее гости, очень удивилась, когда герцог Уолфингэм, человек, очень редко бывавший на светских мероприятиях, но который посетил вот уже второй званый вечер за последнюю неделю, вдруг появился в ее доме. Удивление длилось лишь несколько мгновений, затем находившаяся на другом конце зала хозяйка дома поспешно направилась к столь прославленному гостю.
Реакция Мэрайи на появление Уолфингэма была менее восторженной. Она терялась в догадках, почему он снова появился в свете.
Естественно, она постаралась не выказывать своего волнения и решила полностью игнорировать его появление, что оказалось довольно непростой задачей. Ей казалось, что, каждый раз, когда она оборачивалась, непременно наталкивалась взглядом на герцога Уолфингэма, с мрачным видом стоявшего где-нибудь неподалеку от нее.
Выглядел он совершенно неотразимо: отлично скроенный дорогой вечерний костюм подчеркивал его великолепную фигуру, уложенные в модном беспорядке темные волосы несколько смягчали строгое выражение красивого лица.
Однако у Мэрайи были веские причины полагать, что появление герцога в зале с прохладительными напитками не случайно.
Несомненно, вынужденный провести в постели целую неделю герцог успел-таки передумать и принял решение не оставлять судьбу своего брата на волю случая – или каприза Мэрайи.
Какие бы причины ни стояли за назойливыми преследованиями со стороны Уолфингэма, Мэрайя больше не собиралась убеждать его в отсутствии романтического интереса к Энтони.
– Ну что вы, Обри! – Она тепло улыбнулась Мэйстоуну и взяла его под руку. – В самом деле, вы настолько красивый и утонченный мужчина, что легко затмите более молодых джентльменов, – коварно прибавила она, поворачиваясь к Уолфингэму. Щеки ее уже приобрели обычный оттенок, от румянца не осталось и следа.
Губы Дэриэна дрогнули в усмешке. Он подавил улыбку, натолкнувшись на вызывающий взгляд Мэрайи Бичем. Уолфингэм расценил ее последнюю фразу абсолютно верно: это был скорее выпад в его адрес, нежели комплимент Обри Мэйстоуну.
Хотя фамильярность, с которой они держались друг с другом, наводила на подозрительные размышления о более тесном знакомстве, нежели принято в светском обществе.
Неужели Мэйстоун мог быть ее любовником? Если так и есть, то просьба Дэриэна прекратить дружбу с юным и неопытным Энтони выглядела просто нелепо!
Одно лишь предположение о любовной связи Мэрайи с Мэйстоуном заставило его нахмуриться.
– Леди Бичем. – Он поклонился ей, так как это был их первый разговор сегодня – до этого момента Мэрайе удавалось избегать его общества. – Мэйстоун, – коротко кивнул он Обри.
– Уолфингэм, – в глазах Мэйстоуна мелькнул озорной огонек, как будто старый пройдоха разгадал мысли Дэриэна и теперь забавлялся от души, – вы пришли украсть у меня Мэрайю на танец или присоединитесь к нашей тесной компании и пропустите с нами стаканчик-другой?
– Ну, я точно пришел сюда не для того, чтобы пить. – Дэриэн не скрывал своего неодобрения, глядя на бокалы в их руках. – Говорят, леди Стоктон не слишком щедра на бренди в своем пунше.
– Совершенно не обязательно напиваться, чтобы наслаждаться вечером, – насмешливо протянула Мэрайя.
– Конечно нет. – Дэриэн пристально изучал ее из-под полуприкрытых век. – Но если бы мне и хотелось выпить безвредного фруктового сока, я бы попросил принести мне именно фруктовый сок. – Стоя очень близко к Мэрайе, Дэриэн вновь почувствовал ее аромат – легкий запах весенних цветов и более тяжелую экзотическую нотку, в которой он теперь распознал жасмин. Пьянящее и возбуждающее сочетание.
– Как это верно. – Примирительный смех Мэйстоуна снял растущее напряжение. – Кажется, я вынужден оставить вас, моя дорогая. – Он поставил бокал на столик и элегантно поднес руку Мэрайи к губам. – И позволить этому молодому человеку украсть вас на танец.
Мэрайя нахмурилась, прежде чем холодно отозваться:
– Насколько мне известно, его светлость оказался недальновиден и не попросил у меня заранее позволения потанцевать. Боюсь, моя бальная карточка полностью расписана.