Иванов Антон Давидович - Загадка черной вдовы стр 8.

– И что же вы выяснили? – спросила девочка.

– Да ничего особенного, – сказал Олег.

– А про какой это центр знакомств ты мне говорил? – решила выяснить Таня.

– Я? Говорил? – прикинулся, будто очень удивлен, Олег.

«Хорошо, что мы с Танькой сейчас разговариваем по телефону, и она не видит меня», – подумал он, ибо вмиг сделался красным как рак. Теперь, когда цель тайного похода девчонок выяснилась, сама мысль о центре знакомств казалась Олегу совершеннейшей чушью.

– Естественно, говорил, – подтвердила Таня. – Про центр знакомств и про какого-то типа на «Мерседесе».

– Это не я, а Пашков, – мигом свалил Олег всю вину на Лешку. – Ты же знаешь, ему вечно в голову лезет всякая чушь. Он просто Мою Длину ревнует.

– Теперь понятно, – засмеялась Таня.

– В общем, разобрались, и ладно, – торопливо замял опасную тему Олег. – И долго вы теперь собираетесь корректировать там свои фигуры?

– Это уж как получится, – объяснила Таня. – Глеб Константинович и Агния Мокеевна…

– Кто-кто? – переспросил Олег.

– Труповы, – ответила Таня. – Муж и жена. Это их центр.

– Хорошая фамилия для врачей, – усмехнулся Олег.

– Вообще-то, они вроде бы не врачи, – внесла ясность Таня.

– А кто? – спросил Олег.

– То есть, вообще-то, конечно, врачи, – продолжала девочка. – Но в основном организаторы. Они разработали методику, а теперь внедряют ее в жизнь.

– А это для здоровья не опасно? – забеспокоился Олег.

– Вроде бы нет. Туда столько известных людей приезжает. Уж они бы зря рисковать здоровьем не стали.

– Наверное, ты права, – несколько успокоился Олег.

– Во всяком случае, там очень интересно, – добавила Таня. – Мы сегодня только записались. А завтра у нас первый сеанс.

Олег уже совсем успокоился. И ощутил зверский голод.

– Слушай, Танька, я сегодня еще не обедал. Пойду поем. А созвонимся попозже.

– Естественно, где тебе было обедать, – с укором проговорила девочка. – Ты Дусеньке помогал…

– Танька… – хотел объяснить все Олег.

– Иди, кушай, – перебила девочка и, хихикнув, повесила трубку.

Глава 3

Черная вдова

На другой день ровно к четырем часам трое девочек вошли в отделанный мрамором вестибюль оздоровительного центра «Идеал». Избавившись от курток и получив номерки, они хотели направиться на второй этаж, где находились кабинеты Глеба Константиновича и Агнии Мокеевны Труповых, когда владелец заведения сам возник в вестибюле.

– Здра… – хотела обратиться к нему Моя Длина, но ее заглушил истошный вопль.

– Глеб Константинович! Миленький! Одна у меня надежда на вас.

Не успели девочки еще ничего сообразить, как через весь вестибюль вихрем пронеслась какая-то особа в черном и с большим изяществом повисла на шее у господина Трупова.

– Инга, что случилось? – осведомился тот.

– Ах! – только и сумела воскликнуть в ответ особа в черном.

– Что с вами, милочка? – с крайним участием продолжал расспросы владелец оздоровительного центра.

Инга в черном, не отпуская шеи Глеба Константиновича, извлекла из кармана изысканного черного манто черный носовой платок, крепко прижала его к лицу и затряслась от рыданий.

– Ну, ну, моя милая, не надо так волноваться, – пытался успокоить ее Глеб Константинович.

– П-помогите мне! У-умоляю! – всхлипывая, причитала женщина. – Вы – мое единственное спасение! Меня ограбили!

И, тихо охнув, она начала грациозно сползать на пол. Глеб Константинович вовремя подхватил ее на руки и понес вверх по лестнице. Девочки, разинув рты, немо следили за этой сценой.

– Видали спектакль? – послышалось вдруг за их спинами.

Катя, Таня и Моя Длина разом обернулись. Перед ними стояла высокая худая девица, по виду их сверстница.

– Привет, Наташка, – обратилась к ней Школьникова. – Чего это с твоей матерью приключилось?

– Ограбили, – с таким видом произнесла Наташка, будто ее это совершенно не касалось. – Вот она теперь и катает истерику, – кинула девочка взгляд на мраморную лестницу, по которой только что поднялся господин Трупов с ее матерью на руках.

– Ограбили? – хором переспросили Таня, Катя и Машка.

– Ну да, – скривилась в недоброй усмешке их новая знакомая. – Я утром в школу ушла. Мать по каким-то делам свинтила. Домработница намылилась за продуктами. Возвращается, а дверь уже открыта. Разве что лозунга не хватает «Добро пожаловать».

– Н-да, Наташка, – посочувствовала Моя Длина. – Ситуация зашибись-умри. Сперли-то много?

– Не то чтобы много, но по делу, – откликнулась Наташка. – Мать потрясли основательно.

– Как это потрясли? – не поняла Таня.

– Почистили, – объяснила Наташка. – И после этого личное достояние матери сильно уменьшилось.

– Моя мать давно ей советовала драгоценности в надежном банке держать, – сказала Моя Длина. – Кто в наше время такие ценности хранит в квартире.

– Вообще-то она самые крупные цацки держит в банках, – откликнулась Наташка. – Но тут как раз несколько юбилеев случилось. И на каждом нужно было соответственно выглядеть. Вот мать все домой и взяла.

– Хоть что-нибудь-то осталось? – полюбопытствовала Моя Длина.

– Только то, что на ней утром было, – с изрядным злорадством произнесла Наташка. – А остальное тю-тю. Теперь она думает, ей этот Трупов поможет, – и девочка презрительно повела плечами.

– А чем он ей в данном случае поможет? – не поняла Таня.

– Мать в него верит, – с явной издевкой изрекла Наташка.

– Ну и что? – так и не доходило до Тани. – Даже если и верит, каким образом Глеб Константинович сумеет вернуть драгоценности?

– А мать после того, как Трупов ей двадцать кило за месяц согнал, говорит, что такие люди все могут, – ехидно хихикнула Наташка.

– Блажен, кто верует, – в тон ей откликнулась Катя.

– Цацек, конечно, никто не найдет, – продолжала Наташка. – Зато мать настрадается в свое удовольствие. Она у меня это дело любит. Будет теперь везде рыдать, причитать. А ее в ответ станут жалеть, утешать, уговаривать.

Тут в вестибюле показалась Агния Мокеевна Трупова.

– Девочки, – обратилась она к Тане, Маше и Кате. – Вы уж нас извините, пожалуйста. Придется немного подождать. Внештатная ситуация. А ты, Наташенька, иди за мной. Надо мамочке помочь.

Наташка кинула выразительный взгляд на девочек. Затем с явной неохотой последовала за госпожой Труповой на второй этаж.

– Кто это? – едва они скрылись из виду, спросили Катя и Таня.

– Наташка Турундаевская, – отвечала та. – Дочка Турундаевской.

– Ясно, что если она Турундаевская, то и мать у нее Турундаевская, – фыркнула Катя.

– Да вы что, не узнали? – возмутилась Моя Длина. – Это же Инга Турундаевская, актриса. Она играла главные роли в фильмах «Последний солдат», «Сирано из Москворечья» и «Любовь в осенних тонах».

– Верно! – воскликнула Катя. – «Сирано из Москворечья» я видела. Жуткая чушь.

– А Инге за него какую-то премию дали, – сказала Школьникова.

– Ты лучше нам объясни, почему эта Инга вся в черном ходит? – спросила Таня.

– У нее муж год назад помер, – ответила Машка. – Вот Инга с тех пор траур и носит. Правда, шмотки у нее хоть и траурные, но крутые. И вообще, мне кажется, Инга одевается в черное, потому что ей это к лицу.

– А она что, раньше полной была? – вспомнились Наташкины слова Тане.

– В юности нет, – принялась объяснять Моя Длина. – А потом сильно растолстела. Потом муж помер…

– Турундаевский? – перебила Катя.

– Турундаевский жив-здоров, – невозмутимо произнесла Моя Длина. – Но после него у Инги еще была куча мужей. И последний из них – банкир Гохман. Вот он и помер.

– Отчего? – поинтересовалась Таня.

– Перенапрягся в борьбе с конкурентами, – с бывалым видом изрекла Моя Длина. – Но Наташка особенно не расстраивается. Она терпеть его не могла.

– По-моему, она свою маму тоже не слишком-то любит, – иронично сощурилась Катя.

– Не без того, – кивнула Моя Длина. – У Наташки с Ингой сложные отношения.

– Почему? – спросила Таня.

– Одним словом не объяснишь, – отозвалась Школьникова. – Но вообще-то они обе не подарок.

– Это мы уже заметили, – сказала Катя.

– Слушай, Машка, – вмешалась Таня. – А Наташка тоже фигуру здесь корректирует?

– Ну, – подтвердила Моя Длина. – Только в обратную сторону.