Одувалова Анна Сергеевна - Змеиная школа. Подруга бога стр 4.

Боль от предательства Яна была самой сильной. Именно его Влад привык называть другом – единственным другом. Хотя кто знает, быть может, дружили не бог смерти Яма и презренный змей Вритра, а две человеческие аватары. Влад не знал ответа на свой вопрос. Ян сильно отличался от всех богов, вполне возможно, что причина этого отличия крылась в его прошлом. Он единственный когда-то был человеком. Пусть много тысячелетий назад, но все же память о том времени сохранилась. Яме, как он ни пытался это скрыть, были доступны неведомые другим богам чувства и эмоции.

Влад хорошо помнил тот день, когда маленьким испуганным мальчиком пришел в унылое каменное здание лицея. Все здесь казалось страшным, чужим и пугающим. Змей Вритра, поселившийся внутри хрупкого тела, прекрасно понимал, зачем он здесь, а вот маленький Влад – нет. Он хотел тепла, увидеть маму и стать обычным малышом. Он пока не знал, что это невозможно. Что ему всю жизнь придется искать баланс между своей божественной сущностью и хрупкой человеческой аватарой. И попеременно будет брать верх то одна, то другая ипостась, делая настроение переменчивым, характер – состоящим из контрастов, а самого Влада – неуживчивым.

Молодой и веселый парень Ян был первым, кто обратил внимание на малыша. Именно он лучше всех понимал его проблемы и общался не только с Вритрой, но и с его хрупкой несчастной оболочкой. То ли потому, что сам прошел перевоплощение всего несколько сотен лет назад, а может, из-за того, что лучше всех понимал людей и у него самого некогда, очень давно, были свои дети.

Эта странная дружба, зародившаяся какие-то пятнадцать лет назад, была самым ценным для Влада. Ян приходился ему не просто другом, но и старшим товарищем, практически братом. Его предательство оказалось неожиданностью. Теперь в голову закрадывалась мысль: а доброта, сочувствие, дружба? Были ли они? Или это все лишь игра? Может быть, слабая аватара забавного человеческого детеныша являлась лишь игрушкой для скучающего бога?

Влад заметил, что в последнее время стал вообще чересчур чувствительным ко всему происходящему в этом мире. Аватара оказывала на него слишком сильное влияние, и он не мог от него избавиться. А может, просто не хотел. Заманчиво заново испытать настоящие, неподдельные чувства, недоступные прожившему слишком долго богу.

– Зачем явился? – бросил Влад, не меняя позы. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы почувствовать, как за спиной неслышно появился Ян. Говорить с предателем не хотелось. Влад успешно избегал его всю неделю. Ян занимался чем-то своим и почти не появлялся в лицее, но сейчас, видимо, захотел поговорить.

– Я пришел извиниться.

– Тебе не свойственно извиняться.

– Мы все меняемся. Даже я.

– Твое извинение вернет Веронику? – безразлично поинтересовался Влад. – Или, быть может, даст мне шанс быть вместе с Алиной?

– Я думал, любимая королева нагов и возможность отомстить старым богам сделают тебя счастливым.

– Ты зря думал за меня. Я не просил об этом, – жестко бросил Влад и развернулся, гневно сверкая глазами.

– Теперь я это понял. – Ян сделал шаг вперед. – Тогда – нет. Я виноват. Может, попробуем исправить?

– Не имеет смысла. – Влад злился и не желал ничего слушать. – Все рухнуло, словно карточный домик. Пророчество… Вероника… Ян, из-за тебя одна моя девушка убила другую! Как такое можно исправить?

– У Алины не было выбора. Хочешь кого-то винить в случившемся – вини всецело меня.

– Я и виню тебя. Просто не нужно делать вид, будто можно что-то изменить. Уже нельзя. В моих силах лишь одно: держаться на расстоянии от Алины и сохранить этот мир в том виде, в котором он существует сейчас.

– Ты знаешь, это будет невероятно сложно. Шеша не позволит. В шаге от своей цели он ни за что не отступится. Да и из-за пророчества связь между вами с Алиной очень сильна.

– Так помоги. Ты мне обязан. Рано или поздно о новой королеве нагов и о пророчестве, которое заинтересовало Шешу, узнают другие. Как ты думаешь, кого попытаются убрать в первую очередь? Меня или ее? – в голосе Влада прозвучала неприкрытая ирония, он знал, насколько очевиден ответ.

– Попытаются убить более слабого. Это не так хлопотно, – согласился Ян.

– Так не спускай с нее глаз. Ты мне должен.

– Я тебе должен. – Ян не стал спорить. – Я буду защищать Алину.

– И от меня, если потребуется.

– Как скажешь. – Яма пожал плечами.

– А сейчас уходи.

– Еще не мир? – хитрая улыбка уголком губы и прищур черных глаз.

– Я тебе не доверяю, Ян.

– Но поручаешь защищать Алину? Это не кажется тебе странным?

– Нет. – Влад пожал плечами и уселся на перила. – Ты единственный, у кого может получиться сохранить ей жизнь, если кто-то объявит на нее охоту.

– Ты прав. – Ян воспринял реплику друга как должное. – Можно еще один вопрос?

– Если я скажу «нет», тебя это остановит?

– А как ты думаешь сам? – Ян не скрывал смеха.

– Спрашивай.

– Ты видел Веронику после случившегося?

– Нет. – Влад спрыгнул с перил на крышу и отвернулся, рассматривая кружащийся над парком снег. – Я хочу побыть один. Уходи.

– Как скажешь, – хмыкнул Ян и скрылся в дверном проеме, ведущем на чердак. Судя по всему, довольный разговором.

Влад не представлял, зачем соврал другу. В желании посмотреть на то, что стало с Вероникой после ритуала, не было ничего постыдного или запретного, но он все же умолчал о поездке, которая произошла всего неделю назад. Возможно, из-за того впечатления, которое она на него произвела. Или потому, что вряд ли получилось бы упомянуть вскользь, пришлось бы рассказывать подробнее, а Влад не был готов.

Он сам не знал, зачем отыскал в записях Елены Владленовны адрес Вероники, сел в машину и примчался к ее дому. Он ни разу сюда не приезжал, они с Вероникой никогда не говорили о семье и жизни вне лицея. У него ничего подобного просто не было, а почему молчала девушка – тайна. Раньше Влада это не волновало, а сейчас уже не узнаешь.

Находиться там было бессмысленно и больно. Влад стоял рядом с машиной и отстраненно изучал двор. Давно некрашенные лавочки возле подъездов. Видимо, по причине плохой погоды с пронизывающим ветром и начинающим накрапывать ледяным дождем на них никого не было. Детская площадка с горками, песочницей и уныло скрипящими качелями. Двор казался вымершим. Лишь черно-белый, с грязной манишкой, кот подозрительно щурился с невысокого заборчика, словно знал, зачем сюда пожаловал Влад.

Катурин чувствовал себя виноватым в том, что случилось с его бывшей девушкой, но ничего не мог изменить. По сути, Вероника стала частью Алины, а домой вернулась пустая оболочка – умирающее слабое тело. Но, несмотря на все это, Влад все же стоял здесь, возле подъезда с выкрашенной темно-синим железной дверью, и с подозрением изучал домофон, словно эта техника была ему совершенно не знакома.

Он не хотел заходить. Наверное, развернулся бы и уехал, если бы его не перехватила у подъезда немолодая, совершенно обычная женщина с понурым лицом и короткими волосами неопределенного цвета. Влад никогда не обратил бы на нее внимания, если бы она не подошла к нему сама.

– Ты ведь Влад? – взволнованно поинтересовалась она и схватила молодого человека за рукав пальто. Не сильно и не настойчиво. Этот жест не раздражал. – Вероника много говорила о тебе. Столько фотографий показывала! Я будто знаю тебя уже давно.

«А я вас нет», – чуть было не ляпнул Катурин, но заметил зеленые глаза женщины и все понял. Он и правда не мог ее знать. С Вероникой они не разговаривали о семье. Никогда.

– Я даже не представилась, – смутилась женщина, видимо, прочитав что-то на лице Влада. – Софья Леонидовна – мама Вероники. Что ты стоишь на улице? Пойдем. Она хоть и пишет, что не хочет никого видеть, тебе, думаю, обрадуется.

– Пишет? – насторожился Влад, пропустив остальную часть реплики женщины мимо ушей.