Всего за 724.9 руб. Купить полную версию
14 комнат домовладельцем было отдано под 5-е Выборгское смешанное городское училище, которым заведовала А. В. Шарова[232]. По-прежнему многие квартиры использовалось под торговые помещения. В 1880-е гг. в доме И. Т. Оникова открыли булочную-пекарню, портерную лавку (она принадлежала самому домовладельцу), табачный магазин, мелочную лавку, часовую мастерскую. До 1917 г. домом владели сыновья И. Т. Оникова Василий и Леонтий Ивановичи[233]. Василию принадлежал магазин бракованной посуды на Среднем проспекте В. О. в доме № 16/39.[234]
Сохранились воспоминания Галины Константиновны Гусевой, в девичестве Голубевой (прабабушки одного из авторов книги) – в этом доме прошло ее детство и юность. Семья Голубевых занимала три комнаты в пятикомнатной квартире. Окна выходили во двор. В квартире было три печки, отапливались они дровами. В этом доме находилась прачечная и булочная, куда бегала маленькая Галина со своими сестрами за свежим хлебом и булочками. Брат Г. К. Гусевой, Михаил, работал на военном заводе «Арсенал», а также был редактором газеты, которую выпускал завод им. И. В. Сталина (впоследствии Ленинградский Металлический завод).
Константин Матвеевич, отец Галины, работал там же бригадиром. Осенью 1941 г. он получил возможность эвакуировать своих родных в Омск. Но жена, Ольга Васильевна, к тому времени была уже очень слаба. Галина и ее сестры не могли оставить больную маму. Вечером 8 января 1942 г., когда Константин Матвеевич находился на рабочем месте, на завод упала бомба, он получил множественные тяжелые ранения и умер. Через четыре дня от истощения и голода слег Михаил – он умер 12 января. К тому времени Галя осталась единственная в семье, кто мог ходить. 24 января 1942 г. умерла Ольга Васильевна и ее положили рядом с мужем и сыном на дубовый стол в большой комнате, где с началом блокады уже не жили. Галину и ее сестру Веру забрали в детский дом. В середине марта в детский дом попала бомба. Ночью всех детей перевели в бомбоубежище. Там ребятам сообщили, что на следующий день их эвакуируют в Краснодар. В этот же день всех детей из разрушенного детского дома (в том числе Галину) переправили по «Дороге жизни» через Ладожское озеро. Дальше на товарном поезде они добрались до Краснодара. Группа, в которую попала маленькая Галя, пешком шла в станицу Исправна Ставропольского края, где их взяли на воспитание колхозники. Галину приютила семья станичницы Полины и ее мужа Георгия (фамилия неизвестна). Осенью 1944 г. Галина получила письмо от своего дяди, но только в 1949 г. она смогла вернуться в Ленинград[235]. Подобная судьба была и у многих жителей улицы Комсомола, переживших блокаду…
Следующий дом на нашем пути № 15, четырехэтажный, лимонного цвета фасадом со скромным декором, который составляют замковые камни над окнами третьего этажа, рустовка второго и четвертого этажей и здесь же простые наличники окон. Некоторое разнообразие вносит акцентирующая центр здания на уровне 2-го и 3-го этажей сложная композиция, образуемая причудливым полуциркульным сандриком. Этому дому, пережившему блокаду, более 135 лет. Построен в 1875 г. по проекту архитектора В. В. Штрома[236]. Первым же владельцем этого участка, по данным атласа Н. Цылова, в 1830-1840-е гг. стал почетный гражданин Ф. А. Гудков. Ему в разных частях Санкт-Петербурга принадлежали 17 домов[237]. Наследником стал сын, купец 2-й гильдии, потомственный почетный гражданин А. Ф. Гудков[238]. А дошедший до нашего времени дом возведен внуком первого владельца участка, также потомственным почетным гражданином Ф. Ф. Гудковым. Еще два таких же четырехэтажных флигеля построили при нем во дворе, один в 1879 г., другой в 1881 г.[239] Большинство квартир в доме были пяти– и четырехкомнатные и лишь единичные шести-, семи– и даже двенадцатикомнатные. Среди жильцов дома в «Ведомостях о доходах» мы встречаем коллежского советника, купца, строительного подрядчика, но чаще других квартиры снимали здесь мещане. На первом этаже дома в аренду сдавались торговые помещения под сливочную и молочную лавки, пекарню. Четыре комнаты были отданы под камеру мирового судьи[240].
В 1885 г. имущество Ф. Ф. Гудкова перешло в собственность статскому советнику Е. З. Михневичу[241], который владел домом 16 лет. При нем все строения оставались без изменений. Из жильцов его дома можно выделить судебного пристава Чернышева, занимавшегося шестикомнатную квартиру, коллежского секретаря Миллера, снимавшего квартиру из пяти комнат. В двенадцатикомнатной квартире проживала Н. И. Оржевская, супруга сенатора, председательница Попечительского совета Васильевского училища для девочек. Такую же квартиру снимал купец 2-й гильдии Петров. 12 комнат занимало 2-е Выборгское городское шестиклассное начальное училище для мальчиков; 11 комнат были отданы домовладельцем «страдникам» (охранникам) тюрьмы «Кресты». Крестьянин Иван Нипоминов открыл в доме Е. З. Михневича пекарню (она размещалась в шести комнатах с тремя кладовыми), а мещанин Иван Михайлов – молочную ферму. Свою торговлю в доме имел и уже упомянутый купец 1-й гильдии Тимофей Крюков[242].
Улица Комсомола, д. 15. Доходный дом Ф. Ф. Гудкова
В адресной книге «Весь Петербург» на 1892 г. среди проживающих в доме значатся К. А. Добромыслов, учитель начального 1-го Выборгского училища, П. Ф. Иванов, коллежский советник, служащий Петербургской крепостной артиллерии и др.[243]
Последней владелицей дома являлась жена коллежского советника М. М. Дробович. В ее собственности дом находился 16 лет: с 1901 г. до его национализации[244]. При ней квартиры третьего и четвертого этажей перепланировали для городского училища. В предреволюционные годы здесь размещалось 16-е Выборгское смешанное начальное училище, заведующей, которой была Е. Д. Сергопольцова[245].
В 1906 г. на месте разрушенных двухэтажных деревянных служб выстроили пятиэтажный каменный дом и еще один жилой двухэтажный деревянный дом во дворе, не дошедший до нашего времени[246].
Сама домовладелица, овдовев, проживала в предреволюционные годы в Лесном[247].
Следующий дом на нашем пути под № 11–13, крупное пятиэтажное кирпичное здание песочного цвета с двумя ризалитами и центральным трехэтажным эркером, завершенном балконом на четвертом этаже. Окна четвертого этажа оформлены замковыми камнями, а окна второго и третьего этажей – причудливой формы наличниками и «полотенцами». На первом этаже устроены крупные окна-витрины. Владельцами дома в конце XIX в. были потомственный почетный гражданин С. Л. Васильев и его дочь, 2-й гильдии санкт-петербургская купчиха А. Н. Калинина[248]. В 1896 г. на этом участке стояли двухэтажный каменный дом и одноэтажный флигель по Симбирской улице. Во дворе располагались двухэтажный деревянный жилой дом и одноэтажное каменное строение для керосинного склада и ледника. Весь первый этаж лицевого дома был занят под торговые заведения, а в деревянном доме оба этажа были отданы под трактир[249].
После того как участок в 1904 г. перешел в собственность жене британского подданного Е. Г. Барсельман[250], все прежние строения снесли, а на их месте выстроили сначала каменный поперечный надворный семиэтажный флигель, а затем еще и пятиэтажный лицевой каменный жилой дом[251]. Оба они дошли до наших дней. Участки под № 11 и № 13 принадлежали Елене Григорьевне до 1917 г.[252] Сама она также проживала в собственном доме.
По данным адресных книг «Весь Петербург» и «Весь Петроград» на 1900–1917 гг., в доме № 13 по Симбирской улице располагалось 7-е четырехклассное мужское училище. Его заведующим был Н. А. Запаннов, а помощниками В. И. Жуков и А. Ф. Чистов. Многие годы законоучителем в училище проработал священник С. И. Канарский. Из 14 учителей: 12 – мужчины, что характерно для дореволюционной школы, и только 2 – женщины (Л. Н. Эртова и А. А. Бальтинг). Среди ведущих преподавателей училища Н. А. Соколовский, И. Н. Никифоров, Г. Г. Бажанов, П. А. Курпатов, Е. А. Збаковский, П. А. Массимовский, И. Н. Левин, В. П. Влачинов, М. С. Орехов, А. Н. Машков. Характерно, что некоторые из этих учителей работали совместителями в 1-м, 3-м, 5-м, 10-м, 13-м и других четырехклассных училищах, в том числе расположенных на этой же и соседних улицах[253].