Всего за 399 руб. Купить полную версию
Прежнее бесшабашное веселье ушло, как пропал куда-то и страх. Внутри нее осталась только усталость. Она уже поняла, что пребывает в реальности, что все это происходит наяву. Но признала это лишь потому, что больше не смогла противостоять своим здравым смыслом происходящему вокруг безумию!
И восставший мертвец, похоже, это понял.
– Вставай! – он взял ее за руку и легко поднял. – Вези меня дальше.
Дамира покорно вернулась за руль, завела мотор и молча покатилась по дороге, переваливаясь с ухабины на ухаб.
Через полчаса джип перескочил бетонный мост и въехал в деревню из десятка темных бревенчатых изб, что стояли в окружении сараев, крытых рубероидом и шифером.
– Это и есть город? – спросил Шеньшун. – Ваше стойбище?
– Нет, это всего лишь небольшая деревня. Подожди, я сейчас вернусь…
Она притормозила возле пластиковой будки с ярко-синим телефоном, сняла трубку и набрала номер 112. Когда ответили, монотонным голосом сказала:
– Я хочу сообщить о совершенном убийстве. Убиты студенты зарегистрированной археологической экспедиции, работающей на реке Акчим, возле лесовозной дорогой за селением Мутиха. Убийца уехал с места преступления на автомобиле «Форд-Маверик» с московскими номерами. Двигается в сторону Соликамска.
– Кто вы? Представьтесь, пожалуйста!
Однако Дамира повесила трубку, вернулась за руль и спокойно поехала дальше.
– Что ты сделала? – спросил Шеньшун.
– Предупредила полицию об убийстве, которое ты совершил, – честно ответила женщина. – Я понимаю, ты не виноват: в тебя стреляли, и ты спасал свою жизнь. Но пусть в этом разбирается суд. Как и с моим кошмаром. Теперь все кончится. И очень скоро.
На берегу реки, на просторном лугу за деревней, ярким букетом рассыпались полтора десятка красных, синих и ярко-зеленых палаток, серых и оранжевых надувных лодок и каркасных байдарок. Люди собирались в путешествие, в сплав по одной из самых красивых рек мира.
Но это была уже какая-то совсем другая, альтернативная, вселенная…
От Мутихи до Красновишерска тоже тянулась грунтовка. Но уже облагороженная, отсыпанная щебнем и песком, и потому здесь можно было двигаться куда быстрее.
Через час джип въехал в город, медленно прокатился по залитым солнцем улицам. Ни одного полицейского среди млеющих от жары местных жителей Дамира не заметила, а специально искать не рискнула. Медленно и уныло она вывернула на прямую, как стрела, соликамскую трассу и вдавила педаль газа.
«Маверик» вздрогнул и, словно почуяв свободу, прыгнул вперед. Через полминуты стрелка легла на отметку «сто шестьдесят».
Шеньшун не запаниковал и за ручки хвататься не стал, однако на безупречном лице супергероя отразилось некоторое удивление. Женщина несколько раз ощутила на себе его внимательный взгляд и слегка улыбнулась: знай наших! В могиле такого не увидишь! Да и среди богов, наверное, тоже.
Просвистев таким образом по почти пустой трассе километров сорок, Дамира наконец-то увидела впереди спрятанную в тень сосен машину ДПС и с облегчением сбросила скорость.
Оба патрульных были с автоматами. Один, чуть выступив вперед, взмахнул полосатой палочкой, и водитель покорно придавила педаль тормоза, подруливая прямо к ним.
– Эти вот штуки у них в руках, они так же опасны, как те, что были в пещере? – насторожился мужчина.
– Намного опаснее! – злорадно ответила Дамира.
– Понятно, – кивнул воскресший, открывая дверцу.
– Документы на машину и права приготовьте, пожалуйста, – опустив жезл, попросил патрульный.
– Смертный, иди в лес! – сказал ему Шеньшун.
Полицейский молча повернулся, пересек дорогу и побрел в тайгу.
– И ты иди в лес, – сказал он второму.
И тот послушался. Но только направился по другую сторону дороги.
Шеньшун забрался обратно в машину.
– Поехали дальше.
Дамира растерянно тронулась в путь, но, проехав пару сотен метров, вжала педаль тормоза и повернулась к нему:
– Что это было?
– Они смертные – я нуар. Смертный не способен противостоять приказу нуара.
– Подожди, подожди, подожди… – схватилась за голову Дамира. – Ты мертвец, ты встал из могилы, и ты хочешь в город. Ты понимаешь мой язык, тебя понимают все вокруг, тебя слушаются полицейские… Что это за бред?! Что за идиотизм? В тебя стреляли медвежьей картечью, но ты все равно жив… Нет, черт с этим! Скажи одно: почему ты меня понимаешь?!
– Ты не должна задавать вопросы, ты должна отвечать на них.
– Хватит талдычить одно и то же, как попка-дурак! – взорвалась она. – Отвечай, когда тебя спрашивают!
– Ты дала мне клятву! И я заставлю тебя ее исполнить! – медленно поднял руку нуар.
– Да? Я что, обещала быть твоим извозчиком? – нервно расхохоталась Дамира. – Не пугай, я сегодня столько натерпелась, что мне уже плевать, даже если ты меня изнасилуешь и повесишь на этом дереве! Давай-давай, руби меня своей фанериной! И я все равно – слышишь! – все равно никогда не стану называть тебя господином, буйвол перекормленный!
– Ты ищешь моего гнева? – опустил руку Шеньшун.
– Гневайся, ископаемое! Или отвечай по-человечески, когда тебя спрашивают, или дальше пойдешь пешком вместе со своими клятвами!
– Вы совсем одичали, смертные, без хозяйской опеки и воспитания.
– Да уж какие есть! И если ты считаешь, что мы чем-то хуже тебя, можешь засунуть свое мнение Тутанхамону в ребра! – женщина выскочила из «Маверика», громко хлопнув дверцей, и зашагала по шоссе в сторону Красновишерска.
Вскоре позади послышалось шлепанье босых ног.
– Я помню, тебя зовут Дамира! – сказал ей в спину Шеньшун. – Твоя воля и храбрость достойны нуара. Я согласен отвечать на твои вопросы, если ты поклянешься помочь мне исполнить мой долг.
– Достал ты со своими клятвами! – обернулась к нему «смертная».
– Твоя клятва есть мое условие, – ответил нуар. – Я расскажу тебе о тайнах моего мира, если ты расскажешь мне о тайнах своего. Ты узнаешь, кто я, зачем живу, почему я первым встал из саркофага, почему ты понимаешь мою речь и чего я хочу добиться.
Археологиня замедлила шаг. Повернулась.
Как ни крути, но она была историком!
Люди, не страдающие жестоким любопытством в отношении минувших веков, обычно выбирают себе другие специальности. И потому, несмотря на все безумие минувших часов, этот огонек любознательности продолжал теплиться у нее внутри.
– Ты действительно пришел из прошлого? Из очень далекого прошлого? Почему же тогда ты жив?
– Была война богов. Иные из них жаждали битв, иные сражаться не хотели. Мой бог предпочел спрятаться от ужасов, дабы восстать, когда опасность минует. Когда усыпальница открылась, я первым получил силу и пробуждение, дабы выйти в мир и узнать, насколько он безопасен для бога. Я должен узнать, кто победил в войне и кто выжил в ней. Я должен узнать, не захотят ли выжившие убить моего бога. Я должен узнать, насколько отравлена земля после великих битв и можно ли на ней жить. Я должен узнать, безопасно ли ему выходить из сна сейчас или лучше подождать еще. Я должен пробудить бога, если мир достоин его пробуждения, или запечатать усыпальницу вновь, если его жизни и власти еще угрожает опасность!
– Это шутка?
– Ты все еще не веришь своим глазам, смертная? Я устал уговаривать тебя принять свою судьбу! Решай быстрее. Ты поможешь мне или мне нужно искать другого раба?
– Ты хочешь сказать, что был погружен в анабиоз? – перевела его речь на более понятные термины Дамира. – И это сделала совсем другая, прежняя цивилизация? Сколько же тебе лет? Когда это случилось?
– Глупый вопрос, смертная. Я же спал! Как мне определить число минувших лет?
– Тогда откуда ты знаешь русский язык?
– Я его не знаю. Но все смертные понимают язык повелителей, они рождаются с этим знанием! Разумеется, сами вы говорить на этом языке не способны, ибо не воспитывались богами. Смертный не способен ослушаться приказа, данного на языке богов! Поэтому право на него принадлежит только богам и высшим слугам. Но мы умеем понимать вас и на ваших наречиях, ибо все они подобны языку изначальному. Прислушайся к моим словам. Ты понимаешь их, как свои родные, но они мало созвучны с привычными твоему слуху.