Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
Садись ко мне, если хочешь, буркнул кто-то с последней парты.
Я благодарно посмотрела в ту сторону, откуда поступило предложение. И чуть не отпрыгнула назад. Девчонка за последней партой без преувеличения была похожа на кикимору, вылезшую из болота в дождливый день. Зеленоватые волосы сальными прядями спадали на бледное лицо, под глазами чернели тени туши, ногти с облезшим сиреневым лаком терзали обгрызенную ручку. Но делать было нечего, никто другой, очевидно, не хотел сидеть рядом со мной. Я поглубже вдохнула и решительно села рядом с кикиморой. Та больше не произнесла ни слова. До конца урока я пыталась вникнуть в речь учительницы и лишь перед звонком поняла, что это была литература.
Во время перемены учительница подозвала меня к себе. Оказалось, что это была моя новая классная руководительница Марина Борисовна. Она же вела у нас русский и литературу.
Алиса, если хочешь, я тебя пересажу к кому-нибудь другому, сочувствующим тоном предложила она.
Все в порядке, Марина Борисовна, не надо, храбрилась я.
Как знаешь, она пожала плечами и стала готовить доску к следующему уроку.
Когда на уроке русского языка моя соседка-кикимора поняла, что я не пересела на другое место, на ее бледном лице отразилось подобие доброжелательной ухмылки. Мне даже показалось, что она рада моему обществу.
Жвачку хочешь? сквозь зубы процедила она.
Я отрицательно замотала головой, но жвачку взяла. Через пару минут кикимора толкнула меня в бок, чтобы продемонстрировать надутый из жвачки пузырь. Пузырь, надо сказать, был знатный и смешно упирался кикиморе в нос. Я захихикала.
Девочки! Караваева, Лисицына, в чем дело? цыкнула на нас Марина Борисовна.
Затаившись, я вынашивала планы выдуть пузырь крупнее, чем у кикиморы. (Значит, ее фамилия Караваева, буду знать.) К концу урока мне наконец удался на редкость пузатый пузырь, и я радостно пихнула Караваеву-кикимору в бок.
Лисицына, чем ты занята? подошла ко мне Марина Борисовна. Встань!
Я встала, и мой с таким трудом надутый пузырь с хрустом лопнул на глазах у всего класса. Все начали гоготать, а я стояла с пузырем на лице, который скрывал мои пунцовые щеки.
Эх, Лисицына, вздохнула Марина Борисовна. Мне тебя иначе рекомендовали. Ребята, тихо!
Но зазвенел звонок, и все, не думая затихать, бурной рекой ударились в распахнутую дверь.
В столовой я достала из сумки остатки маминого пирога и попыталась засунуть в себя кусок школьный завтрак меня совсем не привлекал. Дениса нигде не было видно, скорее всего, он отправился за компанию с мальчишками курить возле школы. Зато грива рыжей львицы возвышалась неподалеку. Вокруг красотки хихикали несколько ребят. Я была уверена они смеются именно надо мной. Кто бы мог подумать, что мой первый день в новой школе будет таким?! Не успев как следует обдумать все происходящее, я услышала рядом уже знакомый голос.
Тебя ведь Алисой зовут? кикимора села рядом.
Алькой, поправила я. Так привычнее.
А я Жанна, она попыталась улыбнуться.
Неужели у меня появилась первая подруга? Да еще какая умереть не встать! Я окончательно перестала что-либо понимать и просто доверилась течению жизни.
Не обращай внимания на Ритку, Жанна кивнула в сторону рыжей львицы. Не любит она тех, кто выделяется. Выделяться позволено только ей Рите Зябликовой.
Хорошо, постараюсь не обращать, согласилась я. Спасибо!
Сейчас будет два урока физкультуры на улице. Прогуляем?
Прогулять уроки со мной такого еще ни разу не было! Но потом можно будет всегда сослаться на «женское», смекнула я. И согласилась.
Сентябрь стоял теплый, солнечный. Но из города уже ушла та летняя духота, от которой не скрыться даже в тенистом парке. Мы с Жанной беззаботно шлялись по улицам, в лицах пересказывая сами себе историю со жвачным пузырем. А затем хохотали, как ненормальные. И всякие сварливые старушки, и недовольные прохожие, завидев Жанну, обходили нас стороной. Видимо, думали такие и ответить могут.
Вообще Марина Борисовна ничего так, отсмеявшись, сказала Жанна. Морали часто читает, с принципами у нее все сложно. Но добрая она на самом деле. Мне всегда тройки по русскому и литературе натягивает. А я ведь ни бум-бум!
Угу-гу-гы, пыталась ответить я, все еще вспоминая удивленно-растерянное лицо Марины Борисовны, когда перед ее носом лопнул пузырь.