Когда Мика получал подзатыльник - это было очень неприятно. А каково командиру? Да ещё в присутствии всей армии? И за что? За то, что командир не знает азбуки! Тут можно провалиться сквозь землю!Молча сидели Цыган и Мика у ящика со свечой и переглядывались. "Помириться бы! - говорили их глаза. - Не так уж плох наш командир, чтобы устраивать бунт!" Цыган вспомнил ботинки, которые выдал ему Трясогузка. А Мика - шёлковую рубашку. Трясогузка не взял её себе! И только ли в рубашке дело?..- Эй! Начальник штаба! - грубовато произнёс Трясогузка.- Да! - с готовностью откликнулся Мика, и ему показалось, что в подвале потеплело и посветлело.- Ну-ка, разъясни! - продолжал командир. - Там, в листовке, есть два слова: большевики и ленинцы. А мы кто - ленинцы или большевики?- Конечно, ленинцы!.. Нас всего трое; когда станет больше, будем большевиками!- Почему трое? - возразил Трясогузка. - А кто эту листовку приклеил? Значит, нас больше, только мы не знаем всех, кто за красных стоит. Может, нас в городе тысяча!- Правильно! - поддержал командира Цыган. - Выходит, мы и ленинцы и большевики!- Я тоже так думаю! - важно сказал Трясогузка. - И ещё ответь... Там про праздник написано. Когда он будет?- Первого мая, - уверенно произнёс Мика.- Это я сам знаю! А первое когда будет?- Сейчас скажу! - Мика подумал и сам задал вопрос: - Какое сегодня число?- Знал бы, - тебя не спрашивал. Считать я умею!Цыган тоже не помнил, какое было число.- Узнать завтра! - приказал Трясогузка. - Надо к празднику что-нибудь сообразить!
ПЕРЕПОЛОХ
Машина полковника шла медленно. Ухабистая дорога не позволяла развить скорость. В автомобиле, кроме шофёра и полковника, сидели три иностранца. Это были члены военной миссии.Прибытие французских офицеров в городок решено было отметить банкетом. К девяти часам утра в особняке полковника готовился праздничный завтрак.По дороге полковник говорил много. Он хотел, чтобы французы составили о гарнизоне городка самое благоприятное мнение. Упомянул он и о бронепоезде, который ремонтируется в депо и вот-вот встанет в строй боевых единиц адмирала Колчака.- Не к вам ли прислали из Омска барона Бергера? - спросил один из членов миссии - толстый, обрюзгший, похожий на русского купца француз.- Барон Бергер и руководит ремонтом бронепоезда. Прекрасный специалист и организатор! - воскликнул полковник. - Вы с ним знакомы?Как же! - ответил француз. - Барон - мой Друг. В тринадцатом году в золотой Ницце мы вместе провели чудесное лето! И представьте - месяц назад я встречаюсь с ним в каком-то Омске!.. О, времена!.. Рад буду видеть его на банкете!- Барон Бергер приглашён! - сказал полковник и поторопил шофёра: Поезжай, братец, быстрей! Мы все проголодались!Но полковнику и членам миссии в то утро позавтракать не удалось.Получив приказ - накрыть банкетный стол к девяти часам, повар встал в семь и велел затопить плиту. Истопник принёс дрова, вытащил из духовки высохшую за ночь лучину, добавил бересты и зажёг.Кухня наполнилась дымом.Повар длинным ножом плашмя хлопнул истопника по спине.- Вьюшки забыл, орясина рыжая!- Не забыл! - пробормотал истопник и, присев перед топкой на корточки, принялся дуть на тлеющую лучину.Но дрова не загорались. Дым клубами выбрасывало из плиты.Пнув истопника ногой, повар выскочил из кухни и со двора крикнул в дверь, из которой, как из вулкана, валил дым:- Чучело огородное! Смени дрова! Напихал сырых поленьев, скотина!Истопник вышел, отдышался и опять, как в воду, бросился в задымлённую кухню. Вернулся он с охапкой обугленных поленьев, свалил их у забора и пошёл за другими дровами.Повар снаружи открыл окно. Сквозняк быстро проветрил кухню.Между тем к особняку уже стали собираться приглашённые на банкет.