Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
Будешь сегодня спать как принцесса! говорил он.
На горошине? подначивала Тося.
На бобах, смеялся папа.
Перед сном они снова вышли на улицу. Мороз уже не пугал, ведь дом был хорошо разогрет изнутри. Оказалось, что за городом не только снег белее, но и темнота темнее. Она была непроглядной и густой. Лишь редкие далекие фонари маячками выныривали из мрака, да свет из окон падал на крыльцо. А вокруг черным-черно.
Пап, а ты знаешь, что есть одна планета, на которой вовсе нет черного цвета? поежившись, спросила Тося.
Неужели? внимательно посмотрел на нее отец. И за что же ее так обделили?
Ничуть не обделили, удивилась Тося. Наоборот. Без черного цвета жить намного веселее. К тому же можно вовсе не спать, если не хочется.
А мне вот хочется, сказал папа. И вообще, мама убила бы меня, если бы узнала, что ты до сих пор не спишь, фантазерка.
И Тося не поняла, улыбался папа в этот момент или был серьезен. Его лицо скрывалось во мраке, и свет из окна выхватывал лишь общие очертания. Тося на миг представила, как губы отца кривит злая усмешка и глаза сощурены от гнева. А потом будто папа улыбается во весь рот и таращится в темноту. Сейчас ему можно было придумать любое лицо, даже вовсе не папино, а совсем чужое. Тосе стало жутковато.
Пойдем домой, тихо сказала она.
И папа повернулся к свету. Он не улыбался, лицо его было спокойно и задумчиво.
Ночью Тосе снилось, как из темноты выныривают лица с папиных портретов. Они разговаривают с ней, делятся своими тайнами и мечтами. Вот только утром все эти разговоры забылись, вылетели из Тосиной головы, как не бывало. Лишь портреты на стенах казались еще более близкими и знакомыми.
Как же здесь хорошо! Папа обтирал лицо снегом. Никакой суеты и шума. Вот она, жизнь!
А в Москве Кристофер без меня скучает, спустилась с крыльца Тося. И мама тоже
Папа промолчал. Казалось, он был полностью поглощен снежной ванной. Но после обеда они все же засобирались домой. И Тося была рада, что возвращается в город, где в соседнем доме поселился необыкновенный мальчишка, с которым обязательно нужно познакомиться поближе.
А мы правда будем здесь Новый год отмечать? спросила она папу, садясь в машину. Вот было бы здорово! И елочку нашу нарядим. Живую!
Вот правильно! Живую, невпопад ответил папа. А то слишком много вокруг стало искусственного
Москва встретила их шумными дорогами и неоновым светом со всех сторон. Темнота здесь боязливо пряталась по задворкам, стелилась по снегу, отчего тот становился пепельно-серым. И вместо картин всюду красовались рекламные щиты. Только тогда Тося поняла, как за пару дней можно отвыкнуть от того, что казалось нормальным, обыденным. И, лишь въехав в свой маленький дворик, она снова почувствовала себя дома. Тося вылетела из машины, желая поскорее увидеть маму и Кристофера. Она уже подошла к подъезду, но тут поняла, что папа не идет следом, а продолжает сидеть в машине.
Папа, пошли! поманила она.
Папа опустил стекло.
Топай домой, сказал он. А я обратно.
Как обратно? еще ничего не понимала Тося.
На даче поживу. Маме привет.
Папа улыбнулся, помахал рукой и снова поднял стекло. Машина рванула с места, и папы не осталось рядом. Лишь клубок выхлопных газов висел в воздухе. Тося стояла возле подъезда, совершенно ошеломленная. Она все еще глупо улыбалась и махала папе рукой. Но в глазах уже почему-то стояли слезы.
Глава 3
Кто на новенького?
Теперь по утрам в квартире Дубковых стало необыкновенно тихо. Никто не ругался и не хлопал дверьми. Здесь установился смертельный покой. Мама ходила настороженная и молчаливая. Она часто доставала свой сотовый, будто проверяя, хорошо ли он берет сеть, заряжена ли батарея и сколько теперь времени. Мамин телефон был заряжен и сеть брал исправно, но при этом все молчал и молчал. Зато Тосе звонил папа. Он рассказывал ей, как поздним вечером встретил во дворе длинноухого зайца. Как начал писать новую картину. И как скучает по дочери. Но сколько Тося ни просила папу вернуться, он лишь молчал и, видимо, где-то на далекой даче недовольно мотал головой.
Мам, а когда папа приедет? узнавала Тося тихонько.
У него спроси, глаза мамы становились узкими и злыми.
И тогда Тося думала: а может, в самом деле им лучше немного пожить отдельно, соскучиться друг по другу как следует. Ведь совсем скоро все переменится мир вокруг станет намного лучше! И папа с мамой должны как-то к этому подготовиться.