Всего за 104.9 руб. Купить полную версию
Значительно сложнее с понятиями «мораль» и «нравственность». До сих пор считается, что в русском языке это просто синонимы. Собственно говоря, так оно и было в силу указанной выше причины. Научная литература настаивает на их тождестве, и во всех словарях эти два слова пишутся как синонимы. Но самый живой, обыденный, разговорный язык тут же опровергает это. В общеизвестном выражении «Ну вот! Нам опять прочитали мораль» невозможно заменить это слово на «нравственность». Почему? Объяснение опять-таки дает история. Слово «мораль» пришло из французского языка. Гувернеры-французы своим воспитанникам в буквальном смысле слова «читали мораль» – то есть наставления, назидания, касающиеся правильного поведения. «Нрав» не имел ничего общего с книжной ученостью. Произведенное от «нрав» понятие «нравственность» касалось реального поведения, практического действия, поступка.
То есть понятие «мораль» относится к сфере сознания (моральный кодекс, моральные нормы, моральный выбор), тогда как понятие «нравственность» характеризует реальное поведение (нравственный поступок, нравственный конфликт). Отсюда – удачное выражение, предложенное H. Н. Круговым: «Нравственность – мораль в действии».
В вышедшем в 2001 г. под редакцией Р. Г. Апресяна и А. А. Гусейнова фундаментальном издании «Этика. Энциклопедический словарь» подчеркнуто: «В русском языке нет устойчивых словосочетаний, где слова "этика", "мораль" и "нравственность" не были бы взаимозаменяемыми, хотя и есть смысловые контексты, когда чувство языка требует отдавать предпочтение какому-то одному из них…»
В этом словаре статья «мораль» занимает более шести страниц, тогда как статья «нравственность» – один столбец. В первой сказано: «Мораль – понятие, посредством которого в мыслительном и практическом опыте людей вычленяются обычаи, законы, поступки, характеры, выражающие высшие ценности и долженствование, через которые человек проявляет себя как разумное, самосознательное и свободное создание (существо)».
И далее: «В языке, где употребляются одновременно оба слова (как в русском – "мораль'' и "нравственность" или в немецком – Moral и Sittlichkeit), они, как правило, выступают синонимами либо обозначают отдельные стороны (уровни) морали. однако концептуализации такого рода носят по преимуществу авторский характер и никак не коррелируют с живым словоупотреблением».
И вновь подчеркнуто: «Разведением понятий "мораль" и "нравственность" как будто выполняется важная методологическая задача концептуально-дифференцированного описания сферы морали вообще, однако это решение задачи не может быть проведено последовательно, поскольку данных двух понятий для этого недостаточно. Вместе с тем контент-анализ массовой печати и эмпирические исследования обычной лексики (пока проводившиеся в пилотном режиме) не подтверждают наличия различий между этими понятиями».
Таким образом, и в самых последних изданиях сохраняется отождествление понятий «мораль» и «нравственность». Причина в том, что всю сферу нравственности упорно сводят именно к сознанию. Согласно этой точке зрения, суть «нравственного» и «морального» едина: это сфера человеческого сознания, поскольку поведение не более чем реализация того, что ранее было в сознании… Однако последовательное проведение данной точки зрения приводит к абсурду.
В конце XIX в. неокантианец Пауль Генсель, обратившись к известной басне Эзопа «Пустынник и Медведь», утверждал, что Медведь совершил нравственный поступок.
Напомню содержание басни. Подружились Пустынник и Медведь. Однажды Пустынник заснул. Прилетела муха и стала ползать по лицу старца. Медведь раз, другой, третий отгонял ее, чтобы Пустынник мог спать спокойно, но назойливая муха прилетала снова и снова. И тогда Медведь, взяв булыжник, убил муху., одновременно размозжив череп Пустыннику. Но убийство Пустынника не входило в намерение Медведя, говорит Генсель. Мотив был вполне нравственный – защитить сон Пустынника. А за то, каков окажется результат, совершивший поступок не отвечает.
Те, кто полагают, что поведение не более чем реализация того, что было в сознании, вынуждены будут признать справедливость рассуждения Генселя.
Итак, предварительное рассмотрение трех основных понятий – этика, мораль, нравственность – позволяет дать краткие определения: этика – наука о нравственности и морали; мораль – вся сфера морального сознания, включающая заповеди, нормы, кодексы и индивидуальные моральные убеждения; нравственность – вся сфера реальных отношений и поведения, взятых в их непосредственно межчеловеческом содержании и именно с точки зрения этого содержания оцениваемых.
Своеобразие морали и нравственности в том, что они пронизывают всю жизнь человеческого общества и отдельного человека. Живущие в обществе люди реально оказываются лишь более или менее связаны с теми или иными сферами жизни общества (наукой, политикой, религией, правом и т. д.) – и это, однако, не мешает им быть полноценными членами человеческого общежития. Но нет и не было, более того – и быть не может! – человека, который был бы посторонним, чуждым сфере морали и нравственности. И дело здесь не в его личном желании. Человек может ничего не знать об этой сфере, но не может – если он человек – оказаться вне ее.
Итак, мораль имеет отношение к сфере сознания, а нравственность – к действию. И оказывается, что между моральным сознанием и нравственным поведением далеко не однозначная связь. Напротив, здесь возможны весьма сложные, противоречивые отношения; это обстоятельство давно известно и закреплено в афоризме «Благими намерениями вымощена дорога в ад».
«Мораль» и «нравственность», исходя из уже сказанного, понятия близкие, но они образуют единство, а не тождество.
Вот почему в отличие от принятых определений этики («наука о морали» или «наука о нравственности») было предложено: «Этика – наука о нравственности и морали».
Обозначенные нами проблемы можно изучать, избрав ту или иную последовательность. В учебнике предложен исторический подход. После «Вступления» следует изложение истории этических учений, то есть того, как возникла и развивалась этика. Затем рассматривается нравственность как культурно-исторический феномен – от возникновения до современности. После истории – обращение к некоторым проблемам современной теории морали и, наконец, раздел, посвященный нравственной культуре и моральным ценностям.
В заключение определим процесс изменения и обогащения предмета этики.
Со времени Аристотеля и до XX в. этика как наука о морали рассматривалась обычно как «практическая философия» и составляла заключительный раздел философской системы. Нередко мыслители прошлого подчеркивали, что этика – важнейшая часть философии, тогда как две первые (онтология – учение о бытии, гносеология – учение о познании) служат для нее основанием. Для столь разных мыслителей, какими были Декарт и Спиноза, Фейербах и Ницше, их труды по этике были итогом всей жизни.
С. Л. Франк считал основным вопросом философии вопрос о смысле жизни. Подобная позиция типична для русской философии рубежа XIX–XX вв. Прослеживая сложную эволюцию западноевропейской и американской философии в XX в., обнаруживаешь эту же тенденцию. Этизация философии – следствие актуализации проблем человека и человечества.
Попытаемся очертить современные границы предмета этики.
Во-первых, это традиционное ядро классической этики: проблемы свободы, необходимости и ответственности человека; нормативная этика, проблема относительного или абсолютного характера морали, подразумевающая решение вопросов ее происхождения, развития и сущности; история этических учений; проблема моральных ценностей и вопросы нравственного воспитания.