И петь что-нибудь легкомысленное. «Како-ой чу-десный де-е-ень, брынь-брынь!» И острее, чем всегда, хочется любви и понимания. Зимой с этим, кажется, можно и потерпеть. А вот весной не терпится.
– Корвет пошел. Седьмой, готовность три минуты.
– Седьмой готов, – бурчу в ответ.
– Принял, Седьмой. Радиомолчание.
В моем ухе рация, замаскированная под беспроводную гарнитуру мобильника. Я сижу на лавочке весеннего бульвара, изображая разомлевшего на солнышке студента. На мне очки в толстой роговой оправе. Рядом учебник для вузов «Теоретическая механика и основы сопротивления материалов». Сейчас неизвестный мне Корвет должен попасть в кабинет уехавшего только что Объекта и установить на домашний компьютер радиомодем. Я ломаю пароль и сливаю информацию. Корвет забирает модем и уходит. И все дела.
А весна буйствует. Лохматит шалым ветром волосы. Все вокруг видится молодым и красивым, играющим, поющим и танцующим одновременно.
Вот, кстати, и она. Красота. Приближается с кошачьей грацией. Светлые, взбитые ветром волнистые волосы на плечах. Огромные голубые, как небо, глаза. Красные пухлые губы, которые, почему-то остро хочется укусить. Соблазнительное декольте. Грудь, зажатая бюстгальтером, не колышется при движении и вызывает желание в сугубо исследовательских целях ткнуть пальцем для определения степени упругости. А эти ножки! Ах, эти ножки! Эти стройные ножки, плавно выдвигаясь из расстегнутого длинного пальто и прячась обратно, будят совершенно сумасбродные мысли.
Ах, как хороша! Приближается, словно плывет. Еще чуть-чуть и пройдет мимо, исчезнет навсегда, девушка-мечта, девушка-весна!
Была не была…
– Девушка, девушка, – проговариваю хрипло, когда Красота проплывает рядом.
Она только косится сапфировым глазом с высоты своих ста семидесяти плюс каблучки, и я ясно понимаю – облом.
– Не подскажете, как пройти в библиотеку имени Ленина? – бормочу глупо.
Красавица смотрит на меня, будто на пустое место:
– Отвали, ботаник.
И нарочито издевательски вихляя крутыми бедрами, шествует мимо.
– Хе-хе, – в наушнике сдержанный смешок.
– Ха-ха-ха, – подхватывает другой.
Краска смущения моментально заливает щеки, выплескивается на уши, жжет кипятком. Я не выключил микрофон, и мой облом оказался известен всей группе. Черт!
– Ха-ха-ха, – гогочет надо мной эфир. – Бо… ха-ха…таник! Бо-та-ник!
– Радиомолчание, – обрезает смех, словно ножом, короткая фраза.
Моргает зеленым, на мгновение сменяется красным и уже устойчиво зеленеет флажок детектора сигнала в нижнем углу экрана. Корвет отработал. Есть связь.
Быстрые щелчки по клавиатуре. Выскакивает черное окошко терминальной программы, летят белые строчки команд.
– Логин. Пароль. В доступе отказано.
– Логин. Готов. Пароль. В доступе отказано.
– Логин. Готов. Пароль. Готов. Доступ разрешен. Вот он, компьютер неведомого Объекта. У меня в руках.
– Седьмой, можно работать, – запоздало говорит наушник.
– Я уже там, – бормочу в ответ.
Два жестких диска. Информация зашифрована, ключ декодера Объект носит на брелке противоугонки автомобиля – известный факт. Ничего. Развернем как-нибудь…
Пошел трафик. Скорость максимальная. Ссылки копирования мелькают на экране, мгновенно сменяя друг друга. Чудесная все же машинка, этот ноутбук «КВН-2030». Никакому западному компьютеру с ним не сравниться. До войны японцы у нас закупали эти машинки. Говорили, что и лицензию хотели купить, чтобы производить «КВН», да пришлось отказаться – на их устаревшем оборудовании такого, как оказалось, не сделать.
Медленно, со смаком, раскуриваю сигарету, будто дорогую сигару, зная, что сейчас на меня смотрят несколько пар глаз офицеров поддержки, нетерпеливо считающих мгновения.