Контрасты, свойственные, по мысли Бунина, крестьянской душе, в характере мелкопоместных еще более укрупнены, резче обозначены. Жалостливость и бесчеловечность, свирепое самодурство и поэзия переплелись в обычаях и психологии хозяев Суходола. С дворовыми целовались в губы, любили игру на балалайке и «простые» песни, а за стол садились с арапниками.
Если в повести «Деревня» Бунин дает развернутую панораму жизни современного ему крестьянства, лишь изредка обращаясь к древним, первобытным, «языческим» истокам, то в «Суходоле» – произведении об уездном, мелкопоместном дворянстве – он погружается в старое, называет свою повесть «летописью» и стремится обнаружить первобытные корни суходольского бытия.
Чувство, которое автор испытывает при взгляде на деревенскую Россию, – «любовь-ненависть». И матерью, и мачехой одновременно выглядит по отношению к своим детям суходольская Родина.
В середине 1910-х гг. Бунин обращается в своих произведениях к общемировым процессам. Первую мировую войну писатель оценил как «беспримерную катастрофу». «Господин из Сан-Франциско» (1915) не содержал непосредственных откликов на войну, но изображенный в нем мир вопиющей фальши, парадоксального человеческого эгоизма и близорукости говорил о мрачных, провидческих прогнозах автора. В произведении присутствует сквозная символизация мотивов и деталей. Корабль назван «Атлантидой» – сразу появляется предвестник гибели. Корабль над могучими, грозными глубинами океана выглядит щепкой. А движение «Атлантиды» по замкнутому кругу и возвращение с телом уже мертвого Господина – символ бессмысленного перемещения в пространстве.
Творчество И. А. Бунина 20-40-х гг. прошло под знаком одного устремления. Везде раскрывалась любовь (к женщине, близким, Родине) как всечеловеческая ценность и неповторимое субъективное переживание.
Оно одухотворяло бытие, пронзало душу, как в рассказе «Солнечный удар» (1925). Или в своем влечении к идеальному венчалось трагической гибелью, как в рассказе «Митина любовь» (1924). Даже разрушало ощущение жизни, как в рассказе «Дело корнета Елагина» (1924).
Остановимся подробнее на рассказе «Солнечный удар». Повествование начинается с неожиданной, легкомысленной, «сумасшедшей» связи некоего поручика с женщиной, не пожелавшей назвать свое имя. Эпизод передан стремительно, в деталях и «наплывах» разновременных впечатлений. Героиня определяет свое мгновенное сближение с поручиком «затмением», «солнечным ударом» и уезжает. Вся последующая часть повествования отдана развернутой передаче внутреннего состояния героя. «Затмение» не кончается. «Странное приключение» – такова первая оценка поручика, вдруг рождает «неразрешимую муку», затем оборачивается глубоким несчастьем, желанием умереть для того, чтобы «каким-нибудь чудом вернуть ее» хотя бы на один день, горькими слезами утраты, наконец, он чувствует себя «постаревшим на десять лет».
Страдания поручика, нестерпимые для него, своеобразно «оттенены» прозаическим окружением. А замечает он одно: яркие лучи летнего света, несущие до отъезда «прекрасной незнакомки» тепло, счастье, теперь жгут, утомляют, становятся «как будто бесцельным солнцем».
Обычное и вечно прекрасное утратили свой естественный облик в глазах одинокого человека, его связи с внешним миром оборвались. «Солнечный удар» оказался потрясением, о существовании которого не подозревали поручик, да и большинство реальных людей.
Мотив воспоминаний, образ глубоко пережитой русской природы, родного жизненного уклада, утонченные, затаенные душевные переживания открываются в рассказах Бунина 1937–1944 гг., объединенных в цикл «Темные аллеи». Бунин пишет о незабвенном горе, счастье, кратком миге радости и боли.
Рассказ «Чистый понедельник» покоряет читателя своим очарованием и глубиной. Здесь своими воспоминаниями делится добрый, красивый и легкомысленный молодой человек (безымянный, как и его подруга). Он говорит, что всегда «старался не думать, не додумывать» поступков своей возлюбленной. Ему не удалось понять молчаливую, загадочную и прекрасную женщину. Но ее исключительность герой донес сполна – это для автора главное. Глазами страстного поклонника постоянно «улавливается» необъяснимость поведения его избранницы. Она иронизировала над плотоядностью, мишурой и с удовольствием поглощала яства, предавалась светским развлечениям, разрешала мужчине дерзкие ласки и отказывалась от серьезного разговора с ним.
Еще более странным было параллельное увлечение ресторанами, театральными «капустниками» и соборами, священными книгами. Героиня как бы объединяет в своей душе несовместимые между собой «стили» и мечтает объединить их в небывалой гармонии, а скрывшись в монастыре, продолжает там мучиться недостижимым. Женский образ в рассказе символичен. В нем совместились тяга к духовному подвигу и ко всему богатству мира, сомнения, жертвенность и неизбывная тоска по идеалу. Испытания героини определяются извечными противоречиями женской природы – любви возвышенной и земной, чувственной.
Итак, в прозе И. А. Бунина выделяются четыре основные темы и соответствующие им идеи:
1. Тема Родины, раскрытая наиболее ярко в повестях «Деревня» и «Суходол», идеей которых является проникновение в жизнь людей страны, приобщение к их духовному миру, поиск истинного смысла их существования.
2. Тема, в которой затрагиваются общемировые процессы, система ценностей современного мира. Идея противоречия человеческой цивилизации силам природы; искусственной системы роскоши и комфорта естественным законам бытия (рассказ «Господин из Сан-Франциско»).
3. Тема любви как общечеловеческой ценности и неповторимого субъективного переживания. Идея любви с ее подчиненностью каким-то внутренним, неведомым человеку законам (рассказы «Солнечный удар», «Митина любовь»).
4. Тема памяти, с помощью которой художник воспроизводит дорогой ему образ ушедшей навсегда России. Основной идеей здесь является поиск гармонии, попытка сочетать земное и возвышенное, властное и смиренное (рассказ «Чистый понедельник»).
БИЛЕТ N 3
ВОПРОС 1. САТИРИЧЕСКАЯ НАПРАВЛЕННОСТЬ КОМЕДИИ Д. И. ФОНВИЗИНА «НЕДОРОСЛЬ»
«Недоросль» Фонвизина – произведение многотемное и многопроблемное. Основными из них являются три:
1) проблема крепостного права;
2) проблема воспитания;
3) проблема формы государственной власти.
С первых же явлений первого действия драматург вводит зрителя в атмосферу помещичьего произвола: народный умелец, крепостной Тришка, нигде не учившийся портняжному искусству, «наряднехонько» сшил кафтан «дитяти» «деликатного сложения» Митрофану, но это его не спасает ни от брани («мошенник», «скот», «воровская харя» – сыплет на его голову Простакова), ни от порки. Повод для наказания у хозяйки всегда найдется, потому что Простакова «холопам потакать не намерена».
Еще более гнусно отношение в доме Простаковой к их верной, беспредельно им преданной служанке и няньке Митрофана – Еремеевне. Вся награда за ее тяжкий труд – «по пяти рублей на год да по пяти пощечин на день». Щедро ее осыпают лишь оскорблениями и угрозами: «бестия», «каналья», «собачья дочь», «старая хрычовка», «уж я те отделаю».
Жестокостью и бессердечностью Простаковой наполнено ее возмущение тем, что девка Палашка, заболев, «лежит и бредит», «как будто благородная».
Ничем не ограниченный произвол помещиков приводит к полному обнищанию крепостных. «Мастерски» собирающий оброк Скотинин и все свои убытки от соседей сдирает со своих же крестьян. А Простаковы так уж их обобрали, что и взять больше нечего. «С тех пор, как все, что у крестьян ни было, мы отобрали, ничего уже содрать не можем. Такая беда!» – «жалуется» Простакова. Простаковы-Скотинины знают, что охраняемы самодержавным режимом и его законодательством, и потому не считают свое обращение с крепостными преступным.