– Поддерживаю, ваше величество, – улыбнулся тот и почесал украшающий шею старый шрам. – Мы, бароны, такие же подданные, как и остальные, и сохранение текущей налоговой ставки станет для нас отличным подарком к праздникам.
Традиционные для Люди соломенного цвета волосы, как всегда, в легком беспорядке, одет, как всегда, небрежно: пиджак помят, рубашка расстегнута на одну пуговицу больше, чем следовало бы, но… Но барон Мечеслав мог это себе позволить: он правил самым богатым доменом Люди – Сокольниками, был близким другом королевы, а потому соблюдал этикет только тогда, когда считал нужным.
– На том и порешим, – кивнула Всеслава. – Ямания, подготовь ответ казначейству. Я подпишу его позже.
– Да, ваше величество.
– Что-нибудь еще?
С самого начала совещания присутствующие поняли, что Всеслава приготовила некий приятный сюрприз: королева не стеснялась поторапливать выступающих, чаще обычного улыбалась, а ее огромные ярко-зеленые глаза игриво блестели, чего уж точно никогда не бывало во время рутинных совещаний. Да и выбранный Всеславой наряд наводил на мысль о празднике: вместо официального и повседневного королева явилась в зимний сад в легком, почти летнем платье, оставляющем открытыми плечи и руки.
– Последний вопрос, ваше величество, – невозмутимо произнесла Ямания. – Сегодня утром из военной канцелярии поступила докладная записка…
Милана едва заметно поморщилась. Несмотря на то что военная канцелярия, ведавшая финансовым и материальным обеспечением армии, формально ей не подчинялась, воевода настаивала, чтобы ее ставили в известность обо всех выходящих из бюрократических недр бумагах. И бесилась, когда канцелярские крысы действовали через ее голову.
Королева тоже не обрадовалась посланию из военного ведомства, но по другим причинам: Всеслава уже приготовилась выложить ближайшим друзьям радостную новость, а тут…
– Чего они хотят?
– Требуется высочайшая виза на списание пяти боевых големов модели «Саблезуб».
Королева перевела взгляд на Милану:
– Вы порубили големов на тренировке?
И занесла перо, чтобы поставить на записке автограф.
– Я не имею к этому отношения, – холодно отозвалась воевода.
Рука замерла.
– Тогда почему списывают големов?
– В записке значится, что они пришли в негодность, – объяснила Ямания.
– Занятно. – Перо вернулось в чернильницу. – Пояснения присутствуют?
Милана улыбнулась со мстительной радостью: похоже, глава военной канцелярии получит нахлобучку.
Секретарь заглянула в лежащий на столе ноутбук:
– Сообщается, что в ходе плановой проверки выявлено несоответствие пяти боевых големов установленным характеристикам.
– В наших мастерских изготавливают бракованных големов?
– Они были из одной партии? – вставила свое слово Снежана.
– Да, – подтвердила Ямания.
– Возможно, была допущена крохотная ошибка при формировании материала тел, – предположила Снежана. – Такое случается.
Создание големов являлось не самым простым магическим действием, и накладки действительно происходили. Размягчение скелета, саморазъедание плоти, отказ мозга…
– На каком складе произошел инцидент? – спросил Мечеслав.
– В королевском резервном хранилище номер четыре, – отозвалась Ямания. – Район Таганской площади.
– Хотите расследовать это дело, барон? – осведомилась воевода.
Не так давно Мечеслав утер Милане нос, в одиночку расследовав сложное и запутанное дело, так что шпилька выглядела уместной.
– Если я правильно понял, в данном случае расследовать нечего.
– А вдруг?
Судя по всему, зарождалась словесная дуэль, однако Всеслава не испытывала никакого желания ее выслушивать.
– Ямания, расследование проведено?
– В записке сказано, что да.
– Вот и хорошо. – Королева поставила автограф, вернула перо в чернильницу и обратилась к присутствующим: – А теперь я сообщу вам нечто особенное.
Участники совещания послушно обратили взоры на Всеславу.
– Вы мои самые близкие друзья и поэтому должны первыми услышать замечательную новость… – Королева выдержала театральную паузу. – Через две недели состоится наша с Мечеславом помолвка.
– Поздравляю! – Снежана, на правах старой подруги, вскочила на ноги, подошла к королеве и поцеловала ее в щеку. – Я так рада!
– В ближайшие дни мы объявим об этом подданным. Ямания!
– Я подготовлю текст обращения, ваше величество, – кивнула фата. – Поздравляю, ваше величество. Поздравляю, барон.
– Благодарю.
– Вы сделали замечательный выбор, ваше величество, – с улыбкой произнесла Милана. И покосилась на Мечеслава: – Поздравляю, барон.
– Спасибо, воевода.
– Всеслава, а когда ты хочешь сыграть свадьбу? Весной?
Под щебетание Снежаны Ямания закрыла ноутбук и вышла из-за стола. Воевода Дочерей Журавля последовала за ней. Барон задумчиво посмотрел на выходящих из зимнего сада женщин и подошел к невесте.
– Весной, да?
– Полагаю, да, – улыбнулась Всеслава. – Думаю, в самом ее начале.
– Так быстро? Вроде мы говорили о начале лета, – припомнил Мечеслав.
– Кое-что изменилось, – мягко произнесла королева. – В начале лета я не буду выглядеть так, как мне хотелось бы выглядеть на свадьбе.
– Дорогая! – радостно выдохнула Снежана и обняла Всеславу за шею. – Какая же ты умница!
– Э-э… – сбитый с толку барон растерянно посмотрел на женщин. – Мне кто-нибудь что-нибудь объяснит?
– Мужчины… – рассмеялась Снежана. – Какие же они бестолковые!
– Я не хочу идти под венец с большим животом. – Королева посмотрела барону в глаза. – Разве не понятно?
– Мы… у нас… – Мечеслав захохотал и, невежливо оттолкнув жрицу, сгреб Всеславу в объятия.
– Милана!
– Ямания?
– Тебя что-то беспокоит?
– Почему ты так решила?
– Потому что мне много лет и я умна.
Покинув зимний сад, воевода и секретарь молча прошли по коридору, однако в холле, где им предстояло разойтись, фата неожиданно начала разговор.
«Проверяет?»
Ямания заслуженно считалась одной из самых верных собак королевы, готова была отдать за Всеславу жизнь и… и немного ревновала повелительницу к ее друзьям. Маленькая слабость, о которой Милане, отвечающей за безопасность Великого Дома, было хорошо известно.
«Нет, не проверка».
Фата задала вопрос искренне и потому получила столь же правдивый ответ:
– Я прощаюсь с очередным периодом Великого Дома.
– Что ты имеешь в виду?
– Все знают, что когда сердце повелительницы Люди не связано обязательствами, она больше прислушивается к голосу жриц, – объяснила воевода. – Когда же на сцене возникает принц-консорт, его слово начинает весить очень много.
– Сердце ее величества давно принадлежит Мечеславу, – заметила Ямания.
– Он был всего лишь фаворитом, теперь обретет положение. Когда же у них появятся дети…
– Ты забегаешь слишком далеко вперед.
Хозяйка королевской канцелярии переложила ноутбук из одной руки в другую, и Милана поняла, что впервые видит «железную суку» Яманию в растерянности. Новость явно выбила секретаря из колеи.
«Похоже, Всеслава переоценила степень доброжелательности своих друзей…»
– Барон Мечеслав умен, насколько это возможно для мужчины, и неплохой дипломат, – пробормотала Ямания. – Я считаю, у него хватит такта и выдержки в общении… И он не станет топтаться по политике Зеленого Дома в охотничьих сапогах.
– Он мужчина, и этим все сказано.
– Мы знали, что рано или поздно принц-консорт появится. А Мечеслав – наилучший выбор.
– Да уж, остальные еще хуже.
– Нам повезло, что королева полюбила именно его.
– Всеслава умна.
– Вот именно.
Воевода усмехнулась:
– Не притворяйся, Ямания, ты ведь недолюбливаешь Мечеслава.
– Так же, как и ты, – поколебавшись, ответила секретарь королевы.
– И Снежана.
– Но мы должны уважать выбор Всеславы, – твердо произнесла секретарь. – Повторяю: очень хороший выбор.
– Период, Ямания, мы вступаем в другой период. Бароны ведь тоже не дураки. Они станут давить на Мечеслава, чтобы он активно использовал свое влияние при дворе. И первое их требование – попомни мои слова! – будет заключаться в том, чтобы вернуть Большому Королевскому совету прежний вес. Чтобы ключевые решения принимались не тесным Кругом жриц, а совместно: ведущими магами и повелителями доменов.