Присев на корточки, я достал из сумки блокнот и ручку и принялся писать сообщение для Виталика.
— Вот, нужно доставить. Если проедете по этой дороге километра четыре, за заброшенной часовней во второй деревне будет поворот направо. Там еще отсыпка гравием сделана… С горки спуститесь и увидите большой такой дом, выкрашенный в коричневый цвет. Побибикайте и спросите майора, тьфу, то есть подполковника Сибанова. Передадите ему депешу. Ну и жена ваша пока сможет там остаться, все же не на дороге куковать, — подсластил я пилюлю.
— Да что стряслось-то, можете наконец объяснить?! — взорвался Стоцкий.
— Война. Пошли, Сергей, у нас еще дел полно, — и я протянул бывшему бизнесмену аккуратно сложенный листок из блокнота.
но пока наш авторитет держался в том числе и на этом.
— Там впереди, у заправки, какие-то молодые бычки свои порядки наводить решили… — немного отдышавшись, сообщил строитель. Я заметил длинную царапину у него на щеке.
— А что не стреляли?
— Мишка не решился, а потом они ствол у него отобрали. — Услышав такие новости, я поморщился — к сожалению, наш и без того небольшой арсенал уменьшился, а на топливо этой станции я сильно рассчитывал.
Проглотив матерную тираду, я только спросил:
— Сколько? И на какой станции?
— На «Юни-ойле».
— Я понимаю, что на «Юни»! На которой? — Под контроль мы взяли две заправки, принадлежавшие к одной сети: одна располагалась примерно в километре на нашей стороне шоссе, а другая метрах в трехстах, но на другой.