Сумм Любовь Борисовна - Безрассудство стр 17.

– Вы… вы смеете говорить, что моя сестра легкомысленна?! – вспылил Энтони.

– А ваша семейка считает ее осмотрительной? – С этими словами Габриэль увел Фебу, пока Энтони соображал, как, не нарушая приличий, остановить их.

Посмотрев на брата, Феба едва сдержала смех. Но тут полились звуки вальса, и она притихла, тревожно глядя Габриэлю в лицо. Захочет ли он появиться с ней в кругу танцующих? Ведь ее хромота поставит его в неловкое положение.

– Может быть, нам предпочесть спокойную беседу? – предложила она, чувствуя себя виноватой в том, что он оказался в столь щекотливой ситуации.

– Мы непременно с вами побеседуем, но позже, – заверил ее Габриэль, – сначала я хочу получить обещанный танец.

– Но, милорд…

– Не волнуйтесь, Феба. Я непременно вас поддержу, если вы потеряете равновесие.

Восхитительное чувство радости и облегчения наполнило все ее существо. Она поняла, что Габриэля мало волнует, как они будут выглядеть в танцевальной зале.

Он подхватил ее и закружил в отчаянном вихре вальса. Она бы споткнулась уже на первых па, если бы он не держал ее так крепко. Ее туфельки едва касались пола, шелковый подол оранжево-зеленого платья летел за ней пышным колоколом.

Ослепительный свет канделябров слился в единую огненную линию – Габриэль стремительно вел ее в танце. Феба видела вокруг только какие-то сияющие цветные пятна. Это леди в нарядных платьях, пронеслась у нее мысль… Потом все слилось в радугу.

Безудержное веселье охватило ее! За всю свою жизнь она не испытывала ничего подобного.

Даже Нил с ней не танцевал так. Ее верный Ланселот старался двигаться не спеша, чтобы она могла приноровиться к его шагу. Габриэль как будто вовсе не заботился о ней, однако интуитивно чувствовал, в какой момент она может потерять равновесие. И когда ее левая нога все-таки предательски подвернулась, Габриэль подхватил Фебу и буквально на руках пронес в головокружительных па. Ей казалось, что она летит во сне.

Она уже почти задыхалась, а музыка все неслась и неслась вперед в восхитительном крещендо. Единственной надежной опорой в этом неистовом, безумном мире был Габриэль. Даме дозволялось лишь изящно касаться рукой плеча партнера, Феба же вцепилась в плечо Габриэля, ибо надежные объятия успокаивали ее на захватывающих дух поворотах, в самых неистовых па.

Ей показалось, что музыка умолкла где-то вдали, но ее чувства были по-прежнему в смятении; она крепко держалась за Габриэля, когда тот уводил ее из залы.

– Это было просто восхитительно, милорд, – прошептала она.

– Это только начало, – мягко ответил он.

Она ощутила дуновение вечернего ветерка и только теперь поняла, что они вышли в сад через одно из больших французских окон, украшавших бальную залу.

Не говоря ни слова, он решительно взял ее за руку и увлек в ночь.

– А вот теперь, леди Феба, мы тихо побеседуем. – Он направился в самый укромный уголок сада.

Феба все еще не могла отдышаться, но теперь ее дыхание пресекалось не от возбуждения, которое вызвал в ней танец. Она все еще не могла поверить, что Габриэль разыскал ее.

– Должна признаться, я поражена вашими способностями, милорд, – поощрила его Феба. – Как вам удалось открыть мое имя? Я уверена, что не давала вам никаких подсказок.

Габриэль, остановившись в тени деревьев, повернулся к ней:

– Я разыскал вас точно так же, как вы нашли автора «Искателя приключений»: обратился к своему поверенному.

Хорошо, что было темно, иначе Габриэль заметил бы, что она покраснела. Фебе вовсе не хотелось вводить его в заблуждение, но не могла же она рассказать ему, каким образом узнала об авторе романа.

– Вы очень сообразительны, милорд.

– Это было необходимо, – продолжал он. – Мы еще не закончили наше дело, а вы той ночью поспешили покинуть меня.

Феба внимательно изучала строгий узел его белого галстука.

– Надеюсь, вы извините меня, милорд. Я была несколько обескуражена. Приключение получилось не совсем таким, каким я его задумывала.

– Вы дали это понять предельно ясно. Видимо, ни приключение, ни я не соответствовали вашим требованиям.

– Увы, но это так.

– Быть может, вы требуете слишком многого, – предположил Габриэль.

– Быть может, да… – О! Как она желала увидеть сейчас его глаза, его лицо! Она не могла угадать его настроение по голосу, но чувствовала, как в Габриэле растет напряжение, словно он готовится к битве. – А может быть, и нет. Но ведь вы зачем-то отыскали меня?

– Вы прекрасно знаете ответ на свой вопрос. Я должен вам кое-что вернуть.

У Фебы перехватило дыхание.

– Вы нашли «Рыцаря и колдуна»?

– Я ведь обещал вам вернуть вашу книгу.

– Да, конечно, но, честно говоря, я уже не мечтала об этом.

– Ваша трогательная вера в мои рыцарские таланты вдохновляла меня!

Она не стала обращать внимание на сарказм в его словах.

– Милорд, это просто потрясающе. Вам удалось найти грабителя? И вы отобрали у него манускрипт? – Она вздрогнула: ужасная мысль промелькнула у нее в голове. – Вы… вам не пришлось убить его, милорд?

– Нет. Мистер Нэш и его сын отнеслись с пониманием к моей просьбе возвратить книгу.

Феба от изумления открыла рот.

– Мистер Нэш? Так это он украл книгу? – наконец вымолвила она.

– Он не хотел расставаться с ней, но без денег даже книги не радуют. Вместе с сыном они состряпали коварный план, который позволял им получить деньги, да и книгу сохранить. Добродетельный сын, Иган, сыграл роль разбойника.

– Ну и ну! – Феба нахмурилась. – Надо сказать, неплохой план. Да и мистера Нэша понять нетрудно. Ему, конечно же, тяжело было расставаться с редкой книгой. Но как вам удалось выйти на след?

– Мне показалось странным, что грабитель напал на нас всего через десять минут после того, как мы покинули дом Нэша. Да и грабитель тоже вел себя весьма своеобразно. Его почти не интересовали наши кошельки, зато ларец с манускриптом он выхватил с неистовой страстью.

– Вы правы! – Глаза Фебы изумленно расширились. – Значит, когда разбойник выехал на дорогу, вы сразу догадались, кто он?

– Во всяком случае, у меня возникли подозрения.

– Удивительная проницательность! – Феба наконец-то прониклась к нему уважением. – Теперь я понимаю, почему вы не сопротивлялись. Вы не сомневались, что заберете книгу позже. Милорд, прошу прощения за все те грубости, которые я вам тогда наговорила.

– Какое облегчение слышать, что в качестве рыцаря я не кажусь вам совсем уж безнадежным.

Феба поняла, что ранила его гордость. Примирительным жестом она коснулась его руки:

– Уверяю, я никогда не считала вас совсем безнадежным.

– Помнится, вы даже назвали меня трусом.

– Да, но тогда я была не в себе. Вы простите меня?

– Почему нет? – сухо ответил Габриэль. – Полагаю, дама, которая посылает рыцарей на поиски приключений, вправе быть требовательной к своему избраннику.

Феба просияла.

– А по-моему, рыцари, рискующие своей головой в опасных приключениях, тоже вправе выдвигать свои требования.

– Стало быть, мы пришли к соглашению. – Габриэль вплотную приблизился к ней; его рука в перчатке крепко ухватила ее за подбородок, мускулистое бедро прижалось к ее шелковым юбкам.

Феба задрожала. Это прикосновение вмиг оживило в ее памяти все то, что она испытала в объятиях Габриэля в ночном лесу. В его мужской силе таилась угроза и в то же время великий соблазн. Она глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки.

– Милорд, – твердым голосом произнесла она, – правильно ли я поняла, что ваше появление здесь означает вашу готовность помочь мне в моих поисках?

– Вам известен ответ.

Феба посмотрела на него, не скрывая восторга.

– То есть вы говорите мне «да»? Вы поможете выследить убийцу, который завладел «Дамой на башне»?

Губы Габриэля слегка скривились.

– Не сомневайтесь, леди Феба. Еще не кончится сезон, а вы будете знать, у кого находится ваша книга.