Персик хотела бы объяснить Окороку одну из мыслей Опасного Боба, но старый самец неохотно говорил с самками. Он всё ещё считал, что женщины не для того созданы, чтобы с ними говорить.
Эту мысль можно было изобразить так:
Мы - Изменённые. Мы не такие, как другие крысы.
Глава четвёртая
- Самое важное в приключениях, считал господин Вислоух, это не пропустить обед.
Из "Приключений господина Вислоуха".
Мальчик, девочка и Морис находились в большой кухне. Мальчик догадался, что это кухня, по висящим на стенах кастрюлям и сковородкам и по стоящей в углублении большой чёрной железной печке. Ещё в кухне стоял длинный исцарапанный стол. Но кое-чего, что обычно находится в кухне, явно не хватало: а именно продуктов.
Девочка подошла к металлическому ящику в углу и вытащила из-за пазухи ключик на верёвке. - Никому нельзя доверять, - сказала она. - И крысы крадут в сто раз больше, чем они могут съесть, маленькие черти.
- Не думаю, - возразил мальчик. - Максимум в десять раз.
- А с чего это ты вдруг стал специалистом по крысам? - ехидно спросила девочка, открывая ящик.
- Не вдруг. Я научился в… Ой! Это было действительно больно!
- Извини, - сказал Морис. - Я совершенно случайно тебя царапнул. - При этом он попытался скорчить рожу, означающую: не будь кретином. А это совсем непросто - корчить рожи, если вы кошка.
Девочка косо посмотрела на кота, а потом повернулась обратно к ящику.
- Тут есть молоко, ещё не совсем засохшее, кроме того две рыбьи головы, - сказала она.
- Неплохо, - отозвался Морис.
- А что с твоим человеком? - кивнула девочка в сторону глупого на вид мальчика.
- О, он есть всё, - ответил кот.
- У нас есть хлеб и сосиски, - сказала девочка, вытаскивая банку из ящика. - Но к сосискам мы относимся с подозрением. Кроме того, у нас есть кусок сыра, но он уже довольно старый.
- Я думаю, нам не надо у тебя ничего есть, раз у вас так мало еды, - сказал мальчик. - У нас есть деньги.
- Но мой отец говорит, что если мы не будем гостеприимными, это повредит репутации города. Мой отец - бургомистр.
- Он - правительство? - удивился мальчик.
Девочка уставилась на него. - Можно и так сказать, - наконец ответила она. - Хотя ты это странно выразил. Вообще-то законы издаёт городской совет. Мой отец только управляет всем и спорит с людьми. Он говорит, что мы не должны иметь больше, чем другие, чтобы показать в это трудное время солидарность. У нас уже было достаточно проблем, когда к нам перестали приезжать туристы, чтобы посетить наши горячие источники, но крысы принесли ещё больше вреда.
Девочка вытащила два блюдца из буфета. - Мой отец говорит, что если мы все будем себя разумно вести, всем хватит еды, - продолжила она. - Я думаю, это правильно. Я согласна с ним. Но я думаю, что если человек уже показал солидарность, то ему должна быть разрешена небольшая добавка. А мы, как мне кажется, получаем ещё меньше остальных. Можете вы это себе представить? Ну да ладно… Ты, значит, действительно магическая кошка? - спросила она Мориса, наливая молоко в блюдце. Молоко не текло, а скорее переваливалось через край, но Морис был уличным котом, поэтому пил даже такое молоко, которое пыталось уползти.
- О да, магическая, - ответил он, оторвавшись от блюдца. Вокруг его рта красовалось бело-жёлтое кольцо. За две рыбьи головы он был готов быть кем угодно для кого угодно.
- Наверно, ты жил у какой-то ведьмы, которую звали Гризельда или как-то похоже, - сказала девочка и положила рыбьи головы на другое блюдце.
- Да, точно, её звали Гризельда, - отозвался Морис, не поднимая головы.
- Наверно, она жила в пряничном доме в лесу.
- Да. - Но он не был Морисом, если бы чего-нибудь сходу не присочинил: - Но это был не пряничный дом, а дом из сухарей, потому что она была на диете. Очень заботилась о своём здоровье, старая Гризельда.
Девочка пару секунд моргала в полном недоумении, а потом решительно сказала: - так это не должно быть.
- Извини, я ошибся, домик действительно был пряничным, - поспешно согласился Морис. Кто давал еду, всегда был прав.
- И наверняка у неё были большие бородавки.
- Уважаемая… - Морис постарался выглядеть совершенно честным. - Некоторые из её бородавок даже обладали собственной жизнью и ходили друг к другу в гости. Э… а как тебя зовут, девочка?
- Обещаешь ты мне, что не будешь смеяться? - спросила девочка.
- Обещаю, - ответил кот. Кто знает, может у неё были ещё рыбьи головы.
- Меня зовут… Малисия.
- Ага.
- Ты смеёшься? - спросила она угрожающим тоном.
- Нет, - удивлённо ответил кот. - А над чем?
- Тебе не кажется смешным моё имя?
Морис подумал над известными ему именами: Окорок, Опасный Боб, Загар, Сардины…
- По-моему, обычное имя, - сказал он.
Малисия посмотрела на него с подозрением, но потом переключила своё внимание на мальчика, который спокойно сидел с обычным для него довольным выражением лица, которое у него бывало всегда, когда ему было нечего делать.
- А у тебя тоже есть имя? - спросила она. - Ты случайно не третий, младший сын короля? Если твоё имя начинается с "Принца", это будет важное свидетельство.
- Я думаю, что меня зовут Кейт, - ответил мальчик.
- Ты никогда не говорил, что у тебя есть имя! - вырвалось у Мориса.
- Никто меня и не спрашивал, - ответил мальчик.
- Кейт - так себе начало для имени, - сказала Малисия. - В нём нет ничего загадочного. Это точно твоё настоящее имя?
- Это то имя, которое мне дали.
- Да, так это звучит лучше. В этом есть лёгкий намёк на какую-то тайну, - сказала Малисия неожиданно заинтересованным тоном. - Как раз ровно столько, чтобы создать определённое напряжение. Я так думаю, что тебя выкрали вскоре после рождения. Вероятно, ты на самом деле законный король какой-нибудь страны, но они нашли кого-то похожего на тебя, и вас поменяли. В этом случае у тебя должен быть волшебный меч, который однако таким не выглядит, а показывает свою волшебность только тогда, когда придёт время взять судьбу в свои руки. Наверно, тебя нашли где-то под дверью.
- Это верно, - подтвердил Кейт.
- Вот видишь! Я всегда права!
Морис всегда старался понять, что людям нужно. И Малисии, как ему казалось, был нужен кляп. Но он ещё не слышал, как глупый на вид мальчик рассказывал что-то о себе.
- А что ты делал под дверью? - спросил он.
- Не знаю, - ответил Кейт. - Вероятно, лепетал что-то.
- Ты никогда не рассказывал мне об этом, - с упрёком сказал Морис.
- А это важно? - спросил мальчик.
- Вероятно, рядом с тобой лежали тогда волшебный меч и корона. И ещё у тебя есть какая-нибудь таинственная татуировка или странная родинка, - продолжила строить предположения Малисия.
- Не думаю, - ответил Кейт. - Никто ничего такого мне не говорил. В корзине кроме меня лежали только одеяло и записка.
- Записка? Это важно!
- На ней было написано: "девятнадцать пол-литровых бутылок молока и один клубничный йогурт", - сказал Кейт.
- Да, с этого мало толку, - разочаровано протянула Малисия. - Почему девятнадцать пол-литровых бутылок?
- Это была Гильдия Музыкантов, - сказал Кейт. - Она довольно большая. О йогурте я ничего не знаю.
- Сирота, это хорошо, - решила Малисия. - Принц может стать только королём, а сирота может стать кем угодно. Тебя били? Или запирали в подвале, где ты вынужден был мучаться от голода?
- Такого я не помню, - ответил Кейт и посмотрел на Малисию с удивлением. - В Гильдии все были добры ко мне. Там были хорошие люди, и они меня многому научили.
- У нас тут тоже есть гильдии, - сказала девочка. - Она учат мальчиков на столяров или каменотёсов и тому подобное.
- Наша гильдия учила меня музыке, - объяснил Кейт. - Я музыкант. И к тому же хороший. Я зарабатываю музыкой на жизнь с шести лет.
- Ага! Таинственный сирота, особенный талант, вырос в бедности… Постепенно всё вырисовывается, - торжествующе заявила Малисия. - Клубничный йогурт, наверно, неважен. Что бы изменилось в твоей жизни, если бы у него был банановый вкус? Кто знает?! А какую музыку ты играешь?
- Какую? - переспросил Кейт. - Разных музык не бывает, есть просто музыка. Она везде, надо только прислушаться.
Малисия посмотрела на Мориса. - Он всегда такой? - спросила она.
- Он раньше вообще о себе не рассказывал, - ответил кот.
- Наверняка вам не терпится узнать всё обо мне, - сказала Малисия. - Вы просто стесняетесь спросить.
- Да, конечно, - поторопился согласиться Морис.
- Наверняка вас не удивит узнать, что у меня есть две ужасные сводные сёстры, и что я одна должна выполнять всю работу по дому.
- Ну надо же, - ответил Морис и подумал, а нет ли в кухне ещё рыбьих голов.
- Ну, бóльшую часть работы, - добавила Малисия с неохотой. - Точнее, кое-что из работы по дому. Например, я должна убирать мою комнату. А там всегда такой беспорядок!
- Боже мой.
- Хотя это чуть ли не самая маленькая комната. В ней нет шкафов, а места на книжных полках уже не хватает!
- Боже мой.