Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Девушка подняла глаза, увидела двух всадников, мчавшихся ей навстречу, и отвернулась, поджав губы. Ад проклятый, она не желает видеть чужих людей рядом с собой! Только Джереми, одного только Джереми…
Но лошади продолжали лететь прямо на нее. Мегги склонила голову набок и вгляделась в даль. Вгляделась пристально.
И увидела мужчину и женщину. Мужчина, выглядевший как чертов кентавр и скакавший на великолепном вороном берберском жеребце, оказался Джереми Стэнтон-Гревиллом. Что же до женщины, пропади все пропадом… она совсем молода… и держится чересчур близко от Джереми!
Сердце Мегги заколотилось медленными, тяжелыми ударами. Она вдруг захлебнулась воздухом, потому что, оказывается, забыла, как нужно дышать. И застыла, не шевелясь, словно статуя.
Джереми помахал ей, и уже через секунду оба оказались совсем близко, не более чем в трех футах от носа Элинор.
– Мегги, – приветствовал Джереми, подъезжая чуть ближе и протягивая руку. – Как я рад, что ты здесь! Мне все казалось, что ты не решишься приехать. Сегодня несколько холодновато, не находишь?
– Да, знаю, – кивнула Мегги. – Я хотела видеть тебя. – Но сейчас она смотрела не на него, а на ослепительно прекрасную молодую леди, красивее которой еще не встречала. Блестящие черные волосы тугими локонами обрамляли лицо и были искусно уложены узлом на затылке. Так много черных волос… куда более густых, чем заслуживает любая женщина… и слегка прикрытых элегантным маленьким цилиндром с длинным изогнутым пером, ласкавшим щеку. И такая чудесная белая кожа! Поразительная внешность. Ничего удивительного, если окажется, что ее чертово имя – Елена Троянская!
Богиня улыбнулась ослепительной, доброй улыбкой, осветившей огромные синие глаза.
– Шарлотта, – сказал Джереми, – познакомься с одной из самых моих любимых кузин, Мегги Шербрук. Мегги, это Шарлотта Бирсфорд, моя невеста.
Невеста. Мир померк в глазах Мегги. Она как-то слышала выражение «coup de foudre», удар молнии, означающее любовь с первого взгляда. Но это была совсем другая молния, удар которой пронзил сердце и разорвал его на миллион осколков.
– Как поживаете? – вежливо спросила новая, другая Мегги, потому что прежняя молча умирала под копытами Элинор. И обе Мегги мечтали о том, чтобы небеса разверзлись, чтобы каждое свинцовое облако исходило ливнем, пока не поглотит все окружающее и она не утонет… Нет, пока не захлебнется мерзкая молодая леди по имени Шарлотта!
– Прекрасно, мисс Шербрук, благодарю вас, – ответила молодая леди и, усмехнувшись, легонько постучала концом стека по рукаву Джереми. – Я всегда говорила Джереми, что он происходит из достойной семьи. Его дядю Дугласа знает весь свет. Говорят также, что ваш отец – викарий и одновременно барон Бартуик из Килдрамми. Это так, мисс Шербрук?
– Да, – выдавила Мегги, мгновенно возненавидев Шарлотту Бирсфорд всеми силами своей души, от макушки до самых подошв ее элегантных светло-серых сапожек, идеально подходивших к цвету амазонки и проклятой модной шляпки.
– Мне еще сказали, что другой ваш дядя, мистер Райдер Шербрук, шурин Джереми, с недавнего времени заседает в палате общин. Весьма необычно для младшего сына, не находите?
– Совсем нет, – бросила Мегги.
Воцарилось такое ледяное молчание, что несколько озадаченный Джереми поспешил вмешаться:
– Мой шурин ненавидит любые издевательства над детьми. И неустанно работает над законом, запрещающим детский труд.
– О, мне не терпится познакомиться с ним! – оживилась Шарлотта. – Мы с тобой не говорили на эту тему, но должна сказать, что испытываю те же чувства, что и твой зять. Просто плакать хочется при мысли о бедняжках, вынужденных с рассвета до заката стоять у ткацких станков.
Она кивнула Джереми, но почему-то обратилась к Мегги:
– На следующей неделе Джереми везет меня в Чедуик-Хаус, чтобы представить своей сестре и шурину. И еще в Брендон-Хаус, чтобы познакомить с любимчиками.
Больше всего на свете Мегги желала, чтобы Шарлотта закрыла свой прелестный розовый ротик, тем более что все ее слова были пронизаны искренностью и добротой.
Будь она проклята, эта женщина!
Невеста Джереми.
– Мегги, – спросил Джереми, ставя коня сбоку от нее и делая знак Шарлотте встать по другую сторону, – может, поедем? А сегодня вечером вспомним твое вольное и необузданное детство. – Немного помолчав, он погладил ее по руке. – Я очень хотел представить тебе Шарлотту.
– Как заботливо с вашей стороны, – вымолвила Мегги, другая, застывшая Мегги, не та, что лежала мертвая, в осколках, на холодной земле. Когда несколько минут спустя начался дождь, она всего лишь улыбнулась, сначала Джереми, потом – Шарлотте, и добавила: – К сожалению, погода не располагает к прогулкам.
– До вечера! – крикнул вслед Джереми. Мегги не оглянулась. К тому времени, когда она добралась до дома Шербруков, ее чудесная амазонка промокла, шляпка больше никуда не годилась.
– Миледи! – ахнул Дарби при виде девушки. Алекс, вышедшей из библиотеки, было достаточно бросить взгляд на огромную лужу, в которой стояла Мегги, чтобы понять: случилось что-то очень плохое. И это очень плохое связано не с кем иным, как с Джереми Стэнтон-Гревиллом.
* * *
Мегги до конца дней больше не хотела видеть ни Джереми, ни Шарлотту. Нет, скорее, Шарлотту.
Она любила его так долго. И не важно, что не думала о нем несколько последних лет. Просто рожденные когда-то чувства все эти годы дремали в ожидании, пока она станет взрослой, готовые расцвести, когда ей придет пора искать себе мужа. И вот он пришел. Словно сама судьба привела его к ней.
Только он ее не дождался.
В этот момент Мегги решила, что никогда не взглянет на мужчину с чем-то, хотя бы отдаленно напоминающим симпатию. Зато она станет лучшим тренером кошек! Посвятит жизнь кошкам, родителям и братьям. Да-да, именно! Все постепенно успокоится, и, возможно, когда леди Донти уйдет на покой, она займет ее место, взойдет на возвышение трека Макколти и крикнет:
– Выпустить кошек!
Она с особенным старанием оделась к ужину и, стоя перед зеркалом, готовая спуститься вниз, твердо знала, что невозможно выглядеть лучше.
Мегги растянула губы в чем-то напоминавшем улыбку.
– Светло-розовый ужасно вам идет, мисс Шербрук, – заметила подошедшая Тимма, горничная тети Алекс.
– Спасибо, Тимма.
– А ваши прелестные волосы! Не зря я трудилась над прической!
Тимма прищелкнула пальцами.
Мегги снова пыталась улыбнуться, но не смогла.
– Спасибо, Тимма, – повторила она.
Дарби стоял у подножия лестницы, словно встречая ее. Оказалось, так оно и есть. Мегги позволила ему увести себя в гостиную. Там уже сидели Джереми и Шарлотта. Оказалось, что дядя Дуглас без ведома Мегги пригласил их к ужину. Едва она переступила порог, Джереми немедленно вскочил.
– Ничего не скажешь, Мегги, сразу видно, что тебе уже не тринадцать лет, – прошептал он, целуя ее руку, и, наскоро обняв, отступил. – Настоящая красавица!
– Спасибо, Джереми.
Но она видела, что его взгляд задержался на ее лице не более одного-двух мгновений, прежде чем устремиться в сторону Шарлотты. Вот она действительно напоминала сказочную принцессу в своем темно-синем шелковом платье с вырезом, не таким низким, как у тети Алекс, но все же обнажавшим упругую, очень белую плоть, при виде которой любой мужчина проглотил бы язык.
– Добрый вечер, мисс Бирсфорд, – кивнула Мегги Шарлотте. Та звонко рассмеялась.
– О, зачем же такие церемонии? Скоро мы породнимся. Я для вас просто Шарлотта.
К сожалению, Мегги не могла сказать: «Нет, жалкая нахалка с непристойно огромными грудями, я тебе не родня! С каким бы наслаждением я пустила бы стрелу в твое черное сердце!»
Поэтому она учтиво улыбнулась.
– Нет, мы не породнимся. Джереми мне не кузен по крови.