Не только особые жертвы, связанные с ритуалом очищения, но и праздничные приношения надо было предлагать в тот день в святилище. Запрет относительно какой бы то ни было работы был абсолютным.
Наказание за нарушение устава о смирении себя и о воздержании от любой работы предусмотрено было суровое: истребление из народа, каковое рассматривалось как следствие прямого осуждения Божьего («Я истреблю ту душу из народа ее»).
Праздник кущей (23:33-43) был последним и самым значительным праздником года, продолжавшимся семь дней (с 15-го по 21-ое включительно число седьмого месяца). Это был не только сельскохозяйственный праздник благодарения по окончании осеннего сбора плодов, но и торжество в память о Божьей заботе об Израиле на протяжении 40 лет его пребывания в пустыне, когда евреи жили в палатках (шалашах); отсюда главное название этого праздника: в старом русском языке слово «кущи» соответствовало слову «палатка», «шалаш».
Как в первый, так и на восьмой день (завершающий день ежегодных празднований, следовавший за семью днями Праздника кущей), израильтянам велено было созывать священное собрание и не заниматься никакой профессиональной работой. Процесс жертвоприношений в эти дни был самым сложным в году и самым впечатляющим.
О важности этого праздника говорит заявление: это постановление вечное.
Законы об особых годах (гл. 25)
Субботний год (25:1-7). Как люди должны были шесть дней работать, а затем отдыхать в субботу, так и землю, на которой они жили, следовало обрабатывать шесть лет, а на седьмой год, или на субботний, оставлять в покое. Ни сеять, ни подрезать виноградные лозы, ни снимать урожай на седьмой год не разрешалось. То, что земля рожала стихийно, всякий (а не только владелец ее) мог употреблять в пищу, но традиционно снимать урожай было нельзя, как и продавать произведенное землей кому бы то ни было. Итак, одну седьмую времени землевладельцы и безземельные оказывались в равном положении, питаясь от плодов земли.
В субботний год прерывалась, таким образом, обычная сельскохозяйственная деятельность. О второй цели субботнего года (прощении всех долгов) говорится в тексте, дополняющем этот (Втор. 15:1-11). Кроме того, в это же время отпускались на волю рабы.
Юбилейный год (25:8-55)
Земля израильская была собственностью Бога, а Его народ был Его на ней «поселенцами». Отсюда следует, что народ не мог пользоваться правом собственности на землю в интересах обогащения одних при условии обнищания других.
В силу долговых обязательств владелец земли мог лишиться какой-то ее части, продав ее (фактически сдав в аренду), либо продав самого себя в рабство. Но по закону земля не могла быть отчуждаема от своего хозяина навечно. Было несколько способов вновь обрести ее во владение или выкупить. Такой же принцип применялся при освобождении еврея из рабства, чтобы он мог вернуться на свою землю.
Израилю были даны правила соблюдения юбилейного года (25:8-22).
За каждым седьмым субботним годом (т. е. за каждым 49-ым годом) должен был следовать юбилейный год (йубел, первоначально, вероятно, означал «баран» или «бараний рог», поскольку в рог трубили, возвещая начало года), хотя новый год начинался в первый день седьмого месяца, официально о начале его объявлялось трубным звуком на 10-ый день, т. е. в День очищения.
Израилю были даны правила соблюдения юбилейного года (25:8-22).
За каждым седьмым субботним годом (т. е. за каждым 49-ым годом) должен был следовать юбилейный год (йубел, первоначально, вероятно, означал «баран» или «бараний рог», поскольку в рог трубили, возвещая начало года), хотя новый год начинался в первый день седьмого месяца, официально о начале его объявлялось трубным звуком на 10-ый день, т. е. в День очищения.
Девизом юбилейного года было провозглашение свободы (освобождения) по всей земле с главной целью каждому вновь вернуться в свое «племя», в свою семью, и опять вступить во владение семейной собственностью.
Это означало, что все виды собственности (за исключением недвижимого имущества в городах, обнесенных стенами) должны были возвращаться их первоначальным владельцам, т. е. «поселенцам» Божиим. И всех рабов из евреев следовало освобождать, чтобы они могли вернуться к своим семьям.
Так же, как на протяжении предшествовавшего субботнего года земле предоставлялся полный отдых.
Продажа земли не была тем, к чему стремились, тем не менее, порой это бывало необходимо. В этом случае надо было поступать справедливо: цена земли рассчитывалась на основании количества лет, прошедших с юбилейного года, т. е. в расчет принималось то их число, в которые с этой земли будет сниматься урожай, пока в следующем юбилейном году она не будет возвращена прежнему ее владельцу. Другими словами, продаже подлежало то или иное число урожаев, что было своеобразной арендой земли, полностью оплаченной вперед.
Бог обещал Свое благословение земле, если «поселенцы» на ней будут подчиняться Его законам. Он обещал им освобождать их от страха перед нуждой и войной. Это особенно относилось к понятному страху, который мог испытывать израильтянин при мысли о том, что два года подряд не должен ни сеять, ни собирать. Но Бог обещал им обильные урожаи в шестой год, достаточные, чтобы безбедно прожить до сбора урожая в девятый год.