Всего за 99 руб. Купить полную версию
Ну, поведя бровью, спросила она, что же вы хотели у меня узнать?
Если вы не возражаете, я закурю, сказал я. Кстати, можете присоединяться
Крикунова сморщила носик и с кислой миной произнесла:
Терпеть не могу дыма!
Не знаю почему, но это на меня подействовало, и я убрал «Соверен» в карман, решив не закуривать.
Лариса, насколько я знаю, вы довольно близко были знакомы с покойным Нижегородцевым
Близко? откинувшись в кресло и придав глазам удивленное выражение, переспросила Лариса. Хм, кто это вам сказал?
И, не дожидаясь моего ответа, произнесла:
Ну, конечно, кто же еще, кроме Скворцова
Вы можете обрисовать круг его общения?
Нет, круг не могу, уверенно ответила Лариса. Мы с ним встречались в весьма тесном кругу, если, конечно, можно назвать кругом сообщество двух живых особей, мужского и женского пола.
Карие глаза Крикуновой наполнились насмешливым выражением и, как мне показалось, даже издевкой.
Значит, вы состояли с ним в любовной связи?
Ну, секс и любовь понятия разные, кокетливо покрутила пальчиком Лариса. Когда занимаешься сексом, духовное начало отходит на второй план. Мой первый муж даже говорил, что он совсем не думал о любви, когда мы с ним этим занимались Он просто хотел меня как самец самку. Мне кажется, люди как бы возвращаются к своим корням, туда, откуда они, собственно, произошли. А произошли они, как известно
Крикунова не закончила фразы, засмеялась и выразительно на меня посмотрела.
Вы, надо полагать, руководствуетесь принципами своего первого мужа?
Да. Несколько лет назад я пришла к выводу, что секс это самое главное в жизни. Причем чем он разнообразнее, тем лучше. Но ведь нельзя любить всех, с кем спишь
А спать нужно со всеми подряд?
Нет, что вы! Мне показалось, что Крикунова даже возмутилась. Я, например, не люблю грязных и вонючих мужчин!
Лариса весьма выразительно поморщилась, произнося по слогам последние слова, а я чисто инстинктивно подумал о том, насколько моя рубашка сегодня свежа и давно ли я принимал душ.
Кроме секса, вас что-нибудь связывало? ответив ей понимающей улыбкой, спросил я.
Моя собеседница вдруг погрустнела, устремила взгляд куда-то вдаль, нахмурилась и тихо произнесла:
Дело в том, что у меня болеет ребенок.
Что с ним?
До конца не очень ясно. У него болезненно-желтый цвет лица, врачи подозревают гепатит. Аркадий пробовал воздействовать на него своими методами, но не очень успешно
Я сочувственно покачал головой.
Неужели так все плохо? спросил я.
Не знаю Я ездила в Самару, провела там неделю, разговаривала с тамошними врачами. Обещали помочь.
Лицо Ларисы стало озабоченным и серьезным.
Извините, сказала она после полуминутного молчания. Задавайте свои вопросы.
Лариса, меня интересуют те люди, которые в силу тех или иных причин могли испытывать к Нижегородцеву неприязнь, произнес я.
Лариса задумалась. Она неожиданно подняла ноги на диван, расставила их, после чего придавила свою юбку в пространстве между ними. Эта женщина все больше и больше заинтересовывала меня. Я вспомнил вопрос покойного Нижегородцева: «Когда вы последний раз были с женщиной?» и подумал, что, наверное, пора последовать совету покойного.
Что такие люди есть, это несомненно Но никаких конкретных имен я назвать не могу, прервала мои эротические фантазии Крикунова.
То есть при вас Нижегородцев ни с кем не общался?
Конечно, рассмеялась Лариса. Только со мной.
И с друзьями его вы не знакомы?
Аркадий предпочитал друзьям новых женщин. Их у него было много.
В основном его пациентки?
Скорее всего, да. Я не интересовалась особо на этот счет. Грубо говоря, меня не интересует, с кем еще спят мои любовники. И требую от них такого же отношения к моим слабостям. Человек по сущности своей полигамен, и любые ограничения в этой области не являются конструктивными.
Мне вдруг стало ясно, что я напрасно теряю время с этой женщиной. Ничего интересного, кроме рассуждений об идеологии отношений между мужчиной и женщиной, она мне все равно не сможет сообщить. Оставалась, однако, рекомендация Приятеля, которую я должен попытаться выполнить. И я посмотрел на часы и сделал очень озабоченный вид.
Черт! Без двадцати три! сокрушенно произнес я.
Что такое? несколько испуганно спросила Крикунова.
Совсем забыл, сосед уезжает в Москву, поезд через сорок минут, а мне нужно ему кое-что передать. Вы не подождете меня здесь? Я быстро, в пять минут уложусь.
А что, вы еще не задали все свои вопросы?
Да, надо еще кое-что прояснить. Извините, ради бога
Нет, ничего, пожала плечами Лариса и оглядела окрестности дивана, где сидела, ища, видимо, чем себя занять в мое отсутствие.
И ее взгляд упал на проигрыватель компакт-дисков, стоявший на тумбочке и сами диски.
О, у вас есть Патриция Каас! Обожаю ее! воскликнула она. Если можно, включите мне и идите!
Я мухой включил «сидюк», засунул диск и подал Ларисе наушники.
Спасибо! одарила она меня очаровательной улыбкой.
Я вышел в прихожую, громко хлопнул дверью и закрыл ее. После этого я как можно быстрее залез в карман серого пальто Крикуновой и стал отчаянно шарить. «Господи, какая удача, что она сидит в наушниках и ничего не слышит!» подумалось мне. Связку ключей я нашел быстро, вынул заранее приготовленный пластилин и последовательно сделал четыре слепка со всех ключей. Затем я засунул связку назад, осторожно открыл дверь ванной и засунул пластилин в шкаф. Проделав все это, я еще раз проветрил свою прихожую открытием и закрытием входной двери и, придав себе вид запыхавшегося от волнения и скакания по лестнице человека, предстал перед Крикуновой.