Выбор всегда есть усмехнулся я и если вы считаете, что взяли нас за горло ошибаетесь.
Мы знаем, что вы способны убить нас прямо здесь пожал плечами Константин но и вы знаете, что после этого вас постараются уничтожить. Больше с вами никто вести переговоров не будет с неадекватными существами не договариваются. Их уничтожают. И сколько бы людей вы не убили, в конце концов, вас уберут. Вы же совсем не глупый человек и понимаете это, не правда ли?
Я не стал отвечать. А что отвечать, когда всё и так ясно и разложено по полочкам. Что есть, то есть.
К поместью Гриньковых мы подъехали довольно быстро минут через сорок. Оно было тихим и мрачным по всем признакам в доме никто не жил. У КПП нас встретил незнакомый охранник, похоже что из числе людей Организации. Он открыл шлагбаум и мы покатили по щебёнистой дорожке к дому.
Я взглянул на Василису, и увидел, как она сжала кулачки, так, что пальцы впились в ладони.
Не могу ничего с собой поделать мне кажется там сейчас ходят родители, брат сидит у себя в комнате и слушает музыку не могу поверить, что всё так случилось.
А всегда плохое случается неожиданно. И никто не может в это поверить философски заметил Сергей если бы мы знали, что случится
Его слова оправдались буквально через пять минут, когда мы вышли из машины и шли к входу в дом.
Не успели мы сделать и десятка шагов, как со всех сторон, будто стая стервятников, появились десятки людей они летели по воздуху, совершенно бесшумно, и складывалось впечатление, будто они ожидали нашего приезда и готовились к нему. Нападавшие открыли ураганный огонь на поражение из коротких автоматов ('Ель-300', 9 мм, семьдесят патронов в магазине) и буквально смели нашу охрану у Константина очередью снесло полголовы, как будто отсекло гигантским топором. Остальных изрешетили, как дуршлаг только клочья полетели. Охрана пыталась отстреливаться, засела за бронированные автомобили, но их оттуда выкурили выстрелами из гранатомётов и файрболлами, залетающими прямо под днище авто, туда, где прятались охранники. На моих глазах два человека, охваченные пламенем, сжигающим их заживо, побежали куда-то в сад видимо от боли у них перемкнуло в мозгу и они решили найти спасение в гуще еловых насаждений.
Ни одна пуля не попала в меня, или в моих спутников в нас полетели липкие сети, знакомые мне по Сочи. Нападавшие выстрелили их из 'гранатомётов' с набалдашниками, и летающие 'косынки' тут же впились в наши тела, опутав туго, как мумию бинтами. Я не мог пошевелиться, не мог даже выговорить заклинание чёртова сеть залепила мне рот, и я чувствовал, как в мою кровь входит парализующий состав из сети там, где она коснулась моей кожи. Всё произошло за секунды, буквально за пару секунд пока мы ошеломлённо думали, что нам делать, а я командовал всем идти на взлёт нас уже сбили, привязали к машине, и как мы не пытались подняться в воздух не смогли. Одежда трещала, рвалась, но поднять нас вместе с автомобилем не могла.
Угасающим сознанием я осознал ужас положения и едва не зарыдал от разочарования всё так хорошо шло! Ну какого чёрта всё закончилось так хреново?! Несправедливо! Последней мыслью было ругательство в адрес Сергея накаркал!
В голове гудело, изображение двоилось, но всё-таки я сфокусировал взгляд и посмотрел на тех людей, что сидели передо мной. А их было человек пять такие же безликие, 'усреднённые' люди, как те, с которыми я общался в последнее время люди Организации. Они внимательно разглядывали меня, как будто я был чем-то странным и экзотическим, вроде гигантского питона или крокодила. Мол 'Видите у него вздутие на брюхе? Эта змея недавно хорошенько попиталась, сожрав служительницу вместе со шваброй. А не вытошнит ли его половой тряпкой? Нет, он всё переваривает. Сегодня его не кормить!'
Рассмотрев этих людей, я перевёл взгляд вглубь комнаты моё внимание привлёк стол, на котором стояло множество, огромное количество баночек, скляночек, пузырьков и кувшинчиков, в которых я без труда узнал магические причиндалы, необходимые для совершения обрядов. Потом почувствовал боль в руке, там, где находился локтевой сгиб.
Первое, что пришло в голову у меня брали кровь. Скосив глаза (голова была крепко пристёгнута к высокой спинке кресла), я увидел на локтевом сгибе повязку с красным пятнышком, и понял мои подозрения оправдались. И ещё хуже у стола суетился человек, в руках которого находилась прозрачная колба с тёмно-красной жидкостью, густой и оставляющей на стекле розовый след. И это была не краска, и даже не вишнёвый сироп, а скорее всего кровь самого могущественного мага на Земле. Болвана, который не сумел уйти из ловушки.
Первое, что пришло в голову у меня брали кровь. Скосив глаза (голова была крепко пристёгнута к высокой спинке кресла), я увидел на локтевом сгибе повязку с красным пятнышком, и понял мои подозрения оправдались. И ещё хуже у стола суетился человек, в руках которого находилась прозрачная колба с тёмно-красной жидкостью, густой и оставляющей на стекле розовый след. И это была не краска, и даже не вишнёвый сироп, а скорее всего кровь самого могущественного мага на Земле. Болвана, который не сумел уйти из ловушки.