Эньфу Чен (Чэн) - Китайский новаторский марксизм. Избранные произведения стр 13.

Во-первых, хотя замена ручных инструментов машинами в капиталистическом обществе была революционным прогрессом, капиталистическое использование машин усилило старое разделение труда в цеховых ремеслах, сделав наемного рабочего придатком к машине и превратив подчинение наемного рабочего капиталу из формального в практическое. Таким образом, использование машины является, с субъективной точки зрения капиталиста, лишь средством и условием для извлечения прибавочной стоимости. Тогда как в коммунистическом обществе машина, как средство производства, находящееся в общем владении рабочих, является средством увеличения производства материальных благ, экономии общественного труда, снижения интенсивности труда рабочих, сокращения их рабочего времени, увеличения досуга и повышения уровня духовной и культурной жизни. В капиталистическом обществе капиталисты используют машины только тогда, когда их стоимость меньше стоимости труда, который они заменяют. «Они могут быть использованы рабочими только в том случае, если они должны добавлять прибавочную стоимость и прибавочный продукт для своих работодателей. Именно эти средства производства используют своих работников», а не «работники как субъекты, которые используют средства производства как объекты». И «в коммунистическом обществе сфера действия машины будет совершенно иной, чем в буржуазном обществе»53. «Рабочие являются собственниками условий производства, то есть условия производства принадлежат социализированным рабочим, которые производят как социализированные рабочие и подчиняют себе свое собственное производство как социализированное производство»54. Внедрение машин, т.е. устранение капиталистических ограничений на их внедрение, если производственный процесс может быть физически вредным для рабочих или слишком трудоемким, даже если внедрение машин обходится дороже, чем использование людей.

Во-вторых, труд в равной степени присваивается и используется капиталистами как условие производства, поэтому потребительная стоимость труда приобретает иной характер, чем стоимость обычных товаров. Потребительная стоимость труда является источником не только стоимости, но и прибавочной стоимости. Их труд не принадлежит им, он принадлежит капиталистам. Только в коммунистическом обществе рабочие больше не являются наемными работниками, больше не являются объектами капиталиста, они не только хозяева средств производства, но и хозяева самих себя, «рабочие как субъекты используют средства производства как объекты для производства богатства для себя», «способные производить для себя, они быстро и без особых усилий довести капитал до уровня (говоря словами вульгарных экономистов) своих собственных потребностей»55. Только когда рабочие становятся субъектами производства, чтобы использовать средства производства, труд рабочих может быть мобилизован в наибольшей степени, а труд становится первой необходимостью. Тогда дисциплина, навязанная капиталистами, становится излишней в том состоянии общества, в котором рабочие работают на свое благо (коммунистическое общество). «Дисциплина, навязанная капиталистами подневольному рабочему, эта дисциплина излишня в социальном государстве, в котором рабочий работает на свое благо, точно так же, как она уже почти полностью излишня там, где практикуется сдельная оплата труда»56.

И снова, при старом разделении труда в капиталистическом обществе, рабочие были отчуждены от условий производства, отчуждены от плодов своего труда, отчуждены от самих себя, что создавало зависимость от вещей, рабское подчинение старому разделению труда и труд как средство зарабатывания на жизнь. Только в коммунистическом обществе можно устранить «фиксированное и принудительное разделение труда», основанное на частной собственности старое разделение труда и установить «добровольное и полностью развитое разделение труда»  новое разделение труда. Разделение труда, которое Маркс хочет устранить, это не само разделение труда, а частная собственность и классовый антагонизм разделения труда; это не «разделение труда» в измерении производительных сил, а «разделение труда» в измерении капиталистических производственных отношений. Маркс использовал термин «устранение разделения труда» в «Немецкой идеологии», но в своих более поздних работах он чаще использовал термин «устранение старого разделения труда», а Энгельс прямо предложил «устранение старого разделения труда» в «Принципах коммунизма», т.е. прямо предложил «ликвидировать старое разделение труда». В «Критике Готской программы» Маркс рассматривал устранение разделения труда как первый признак продвинутой стадии коммунизма. Буржуазные экономисты, однако, считали, что если условия труда не будут принадлежать капиталистам, если условия труда как объективные условия не будут потреблять рабочих, то разделение труда исчезнет. «Если условия труда принадлежат объединенным работникам, если эти работники относятся к условиям труда так же, как они относятся к естественным условиям труда, то есть как они относятся к своим собственным продуктам и материальным элементам своей собственной деятельности. Тогда разделение труда не будет казаться одинаково возможным (хотя исторически маловероятно, что разделение труда появилось бы с самого начала в той форме, в которой оно могло проявиться только в результате развития капиталистического производства)»57. Очевидно, что это смешение разделения труда в измерении производительных сил с разделением труда в измерении производственных отношений, с целью оправдания частной собственности и ее эксплуатации.