Всего за 400 руб. Купить полную версию
Даже перелетные птицы обошли их вниманием. При домиках селян небольшие огороды с того вида растительностью, которая не требовала полива и большого времени для ухода.. Все светлое время суток забирал колхоз. Крымские зимы с их нудными, мелкими, не идущими, а сеющими дождями, делавшими грунтовые дороги скользкими, в ямах и рытвинах, отрезали села от центров культуры. В редкие морозные дни земля, чуть присыпанная снегом, тоже не манила к себе. Саней в селах не было. Зимних праздников, таких, как Рождество, Крещение, не было. Домов культуры не было. Демонстрировать кинофильмы было негде, да и некому. Приезд в деревню кинопередвижки событие неординарное, вызывало невероятный ажиотаж, особенно у юного населения. Бабам было не до кино, работы всегда невпроворот: то корова, то свиньи, и постирать нужно, да и есть приготовить?.. Иное дело главы семейств. Собирались мужики у правления колхоза, курили самокрутки из махорки, лениво разговаривали, ждали «февральских окон» (погожих солнечных дней), чтобы заняться севом яровых. Летом, прожаренная солнцем степь до светло-коричневого цвета, оживлялась, хоть и дышала жарой. Колхозники жары не замечали, памятуя, что лето зиму кормит!
Три городских района города были неравноценны, с большими территориальными разрывами, по сути представляющие самостоятельные административные образования.. Начну описание с самого малонаселенного, Орджоникидзевского. Он тогда практически только создавался. Здесь находилась ГРЭС (электростанция), одна из самых крупных в Крыму, снабжавшая город Керчь и Феодосию электроэнергией. Была здесь аглофабрика, готовившая концентрат железной руды для Мариупольского метзавода. Для вывоза его здесь был построен порт. И, наконец, в этом районе располагался судостроительный завод, выпускавший торпедные катера. На месте его потом, в семидесятые годы будет создан завод «Залив», на котором будут строить супертанкеры. Для рабочих был построен городок, из десятка полтора, трех, пятиэтажных зданий. Назывался он: Камыш-Бурун.
Территория невелика, и, как все в приморских городах, тяготело к морю. Справа от дороги, идущей из центральной части города, кроме степных просторов, ничего не просматривалось. Даже деревня Александровка, расположенная под боком Камыш-Буруна, за горами вскрышной породы, была не видна. Южнее поселка располагалось Чурбашское озеро, куда сливались отходы обогатительной фабрики. Что в них содержалось, кто знает? Только вот растительности по берегам его не было, да и живности в водах никакой. А ведь когда-то, во времена боспорских царей, здесь был залив, кишащий кефалью. На плоской возвышенности, южнее аглофабрики, город тогда находился Тиритака. Утопая в зелени деревьев и виноградников, славился он многими десятками рыбозасолочных ванн. На противоположном берегу залива, прямо напротив Тиритаки, еще один греческий город был Нимфей. Тоже рыболовством занимался. Соленая рыба отсюда вывозилась в Афины. Городов тех не стало, а деревня Чурбаш заменить их не смогла. Хоть и по соседству с Камыш-Буруном, а от цивилизации на целый век отстала. По вечерам в ней загорались керосиновые лампы, роняя тусклый свет из окон. Но и они быстро гасли, в деревнях принято было с зарей подниматься, с зарей и на ночлег идти. И темень разливалась вокруг, все, скрадывая и поглощая. О том, что люди живут, возвещали по ночам петухи, да собаки.
К северу от Камыш-Буруна, тоже, испытывая тягу к морю, находился Старый Карантин. Название он получил такое потому, что здесь в дореволюционное время, проходили карантин солдаты, прибывавшие на службу в Керченскую крепость. Крепость та сохранилась до наших времен. Построена была героем защиты Севастополя в годы Крымской войны генералом Тотлебеном. Она невидима ни с берега, ни с суши, хотя гарнизон ее достигал в иные времена до 5000 человек. Для горожан она во все времена оставалась «военной тайной». Не стану эту тайну нарушать и я. Старый Карантин был при советской власти обычным сельским колхозом. Жители его не задумывались, в чьем подчинении их поселок находится, так как и городское, и районное начальство, тяготясь сельской жизнью, предпочитало город. Строения здесь были сельского типа, за исключением двух очень больших зданий, по меркам того времени. Расположены они были на Северо-западной оконечности Старого Карантина. Самым значительным предприятием поселка была сельская мельница, скромное небольшое одноэтажное здание, вокруг которого всегда находились подводы с зерном, приезжающие сюда со всей округи. Самой значимой фигурой здесь был мельник, хотя с виду это был щуплый мужичок, в хлопчатобумажном костюмчике, с накинутым поверх белым халатом, с многочисленными желтыми пятнами. Обращались к нему с преувеличенным уважением должность того заслуживала!
К северу от Камыш-Буруна, тоже, испытывая тягу к морю, находился Старый Карантин. Название он получил такое потому, что здесь в дореволюционное время, проходили карантин солдаты, прибывавшие на службу в Керченскую крепость. Крепость та сохранилась до наших времен. Построена была героем защиты Севастополя в годы Крымской войны генералом Тотлебеном. Она невидима ни с берега, ни с суши, хотя гарнизон ее достигал в иные времена до 5000 человек. Для горожан она во все времена оставалась «военной тайной». Не стану эту тайну нарушать и я. Старый Карантин был при советской власти обычным сельским колхозом. Жители его не задумывались, в чьем подчинении их поселок находится, так как и городское, и районное начальство, тяготясь сельской жизнью, предпочитало город. Строения здесь были сельского типа, за исключением двух очень больших зданий, по меркам того времени. Расположены они были на Северо-западной оконечности Старого Карантина. Самым значительным предприятием поселка была сельская мельница, скромное небольшое одноэтажное здание, вокруг которого всегда находились подводы с зерном, приезжающие сюда со всей округи. Самой значимой фигурой здесь был мельник, хотя с виду это был щуплый мужичок, в хлопчатобумажном костюмчике, с накинутым поверх белым халатом, с многочисленными желтыми пятнами. Обращались к нему с преувеличенным уважением должность того заслуживала!