Всего за 14.99 руб. Купить полную версию
Седина еще не успела полностью посеребрить его темные волосы, но ее победа была уже близка. Ясные карие глаза сияли в ожидании того, с чем придется встретиться на смотровой площадке. Босху казалось, что он уже знает, как нужно расследовать убийство, и преисполнился готовности во что бы то ни стало пройти весь путь до конца. Появилось знакомое чувство неуязвимости, словно его защищала пуленепробиваемая броня.
Босх потянулся к правому бедру и вытащил из кобуры пистолет, легкий «кимбер-ультра». Быстро проверил магазин и затвор и вернул пистолет на место.
Теперь все в порядке. Босх толкнул дверь.
Лейтенант знал о предстоящем деле не много, но в одном он был прав. Место преступления находилось недалеко от дома Босха. Детектив выехал на Кауэнга-пасс, потом свернул на Бархэм, пересекая 101-ю автостраду. Оттуда рукой подать до Лейк-Голливуд-драйв и до района с фешенебельными домами, облепившими холмы вокруг озера с дамбой Малхолланд.
Пришлось прокатиться вдоль забора, окружавшего озеро, и резко притормозить. Дорогу перебежал койот. Глаза зверя ярко сверкнули в свете фар, затем он неторопливо пересек дорогу и исчез в густом кустарнике. Койот вовсе не стремился побыстрее убраться с дороги. Босх вспомнил, как когда-то работал патрульным и видел в глазах юнцов на улице точно такой же вызов.
За озером нужно было ехать на Тахо-драйв, в глубь холмов, а там уже начиналась восточная сторона Малхолланд-драйв. Именно здесь находилась неофициальная смотровая площадка, с которой открывался вид на город. Рядом красовались знаки «Стоянка запрещена» и «Площадка в темное время суток закрыта». Как правило, никто не обращал внимания на эти знаки ни днем, ни ночью.
Босх пристроился позади группы дежурного транспорта – фургончика экспертов, автомобиля коронеров и еще нескольких полицейских машин с опознавательными знаками на дверцах. Участок по внешнему периметру был огорожен желтой полицейской лентой, внутри стоял серебряный «порше-каррера» с открытым капотом. Вокруг машины тоже натянули желтую ленту, и Босх понял, что «порше», по всей видимости, принадлежал жертве.
Детектив заглушил мотор и вышел. Офицер, отвечающий за доступ к месту преступления, зарегистрировал его фамилию, номер жетона – 2997 – и разрешил пройти за ограждение. Босх подошел к трупу. Тело, освещенное с обеих сторон переносными лампами, лежало в центре смотровой площадки. Возле покойника суетились медэксперты и полицейские. Еще один специалист снимал сцену на видеокамеру.
– Гарри, иди сюда.
Босх обернулся и увидел детектива Джерри Эдгара, прислонившегося к капоту полицейской машины без гербов на дверцах. В руке детектив держал стаканчик с кофе и, казалось, просто кого-то поджидал. Раньше они были напарниками, еще когда Босх работал в голливудском отделе. В те времена Гарри назначили старшим в группе по расследованию убийств. Сейчас его место занял Джерри.
– Я как раз жду кого-нибудь из особого. Не думал, что приедешь ты, старина.
– Я, как видишь.
– Будешь работать один?
– Нет, мой коллега уже едет.
– Новый напарник? Я о тебе ничего не слышал после той заварушки в Эхо-парке в прошлом году.
– Ага. Так что тут у вас?
Босху не хотелось говорить об Эхо-парке с Эдгаром. Честно говоря, он не намеревался ни с кем обсуждать старую историю. Нужно сосредоточиться на новом деле. Все-таки первое задание с тех пор, как его перевели в особый отдел по расследованию убийств. Гарри знал, что за его действиями будут следить многие. И кое-кто надеется, что у него ничего не выйдет.
Эдгар отошел в сторону, чтобы Босх спокойно осмотрел багажник. Гарри достал очки и наклонился поближе. Освещения не хватало, но можно было разглядеть ряд свертков с вещественными доказательствами. В пакетах по отдельности лежали предметы, найденные в карманах убитого: бумажник, связка ключей и именной пропуск. Еще там были толстая пачка денежных купюр и смартфон марки «Блэкберри», по-прежнему включенный, поскольку его зеленый огонек мигал. Оставалось только обработать сообщения, которые владелец уже никогда не отправит и не получит.
– Коронер только что передал мне вещи, – сказал Эдгар. – Минут через десять они закончат с телом.
Босх подобрал пакет с пропуском и повернул так, чтобы на него падал свет. Карточка принадлежала женской клинике Святой Агаты. На ней была фотография мужчины с темными волосами и карими глазами. Подпись гласила, что это доктор Стэнли Кент. Человек на снимке улыбался в камеру. Босх заметил магнитную ленту – карточкой пользовались как ключом.
– С Киз общаешься? – спросил Эдгар.
Вопрос касался бывшей напарницы Босха, которую после дела с Эхо-парком перевели на административную работу в офис начальника полиции.
– Не часто. Но у нее все хорошо. – Босх приступил к осмотру других пакетов. – А теперь расскажи, что ты приберег для меня, Джерри? – предложил он.
– Охотно, – отозвался Эдгар. – Жмурика нашли около часа назад. Видишь, на улице висят знаки, чтобы здесь не парковались и не околачивались по вечерам. Ребята из Голливуда всегда направляют сюда патруль по нескольку раз за ночь: гонять тех, кто сует свой нос. Местные богачи берегут свой покой. Говорят, вон в том доме живет Мадонна. Или раньше жила.
Он махнул рукой в сторону огромного особняка метрах в ста от площадки. На фоне луны вырисовывался контур башни, возвышающейся над зданием. Фасад особняка был выкрашен в желтый цвет с ржавыми пятнами, словно тосканская церковь. Дом стоял на возвышении, и из окна открывался величественный, захватывающий вид города, раскинувшегося внизу.