Всего за 51.9 руб. Купить полную версию
На следующее утро я отправился прогуляться по городу. В Чикаго роль метро выполняет надземная железная дорога. Прежде чем доехать на поезде до центра города, проезжаешь на высоте второго этажа через районы, застроенные в начале века. Большинство зданий уже обветшало, а то и просто превратилось в руины.
Трущобы посреди города типичны для Америки. В центре (в отличие от Европы) живет одна беднота богатые перебираются в пригороды.
Недалеко от даунтауна обязательно есть негритянское гетто, в Чикаго их даже несколько. Самое известное Саут-сайд. Официально в Америке расизма нет. Формально закон не запрещает неграм покупать или снимать дома и квартиры в кварталах, где живут белые. Но если домовладелец вздумает заключить подобный контракт с негром, то цены на жилье во всем квартале падают. Поэтому в приличных районах предпочитают с неграми дела не иметь.
Наверное, каждый слышал про знаменитых чикагских гангстеров и бутлегеров времен «сухого закона». Сейчас город известен на всю Америку тем, что здесь довольно легко найти работу. Наверное, поэтому он и привлекает эмигрантов, в том числе и из России. Здесь, как в Нью-Йорке или Сан-Франциско, я часто встречал на улицах людей, оживленно обсуждавших свои дела по-русски.
Большинство домов в Чикаго построено из серого камня, а тут еще и погода выдалась пасмурная В общем, в тот день город показался мне каким-то унылым и безрадостным.
Слева Мичиган, справа Луизиана
На следующий день я собрался ехать дальше. Роберт отвез меня в Южную Голландию, пригород Чикаго. Итак, последний этап пути: до Нью-Йорка, по 90-му хайвею.
За проезд по нему водители должны платить. На весь путь от Чикаго до Нью-Йорка потратишь около шестидесяти долларов. Зато на бесплатном хайвэе в два раза больше времени.
Попасть на шоссе, окруженное двухметровым забором из колючей проволоки, можно только через турникеты (toll-point). Но, когда на повороте меня высадили, я, надеясь быстро поймать попутку, встал прямо на обочине. Мимо проносились, не снижая скорости, трейлеры.
Остановился, и то часа через полтора автомобиль хайвэй патруля. Полицейский предложил сесть в машину и показать документы. Я достал паспорт.
Ты знаешь, что здесь автостопить нельзя? строго спросил офицер, после того как выяснил, что я из России. Я постарался изобразить самое искреннее удивление:
Правда? Т.е. really?
Он стал мне популярно объяснять, что на интерстейт хайвэях и фривеях пешеходам находиться запрещено. Я сделал вид, что впервые об этом слышу.
Правда? Т.е. really?
Он стал мне популярно объяснять, что на интерстейт хайвэях и фривеях пешеходам находиться запрещено. Я сделал вид, что впервые об этом слышу.
А как ты сюда попал?
Ехал на попутке и меня высадили здесь.
Видимо, полицейский удовлетворился моим объяснением, потому что, ни слова не сказав о штрафе, предложил подвезти к въезду на хайвей, где голосовать разрешено.
Пришлось мне голосовать перед турникетом, через который на хайвей въезжают машины, идущие как в Нью-Йорк, так и в обратную сторону в Чикаго (потоки транспорта разделяются уже за турникетом). Здесь стоял знак ограничения скорости, поэтому машины проезжали мимо очень медленно. Впервые у меня появилась возможность хорошенько разглядеть, как реагируют на хитч-хайкера автомобилисты.
Простояв довольно долго, я отметил в их поведении определенную закономерность. Сначала водитель бросал взгляд в мою сторону и быстро читал надпись: «Нью-Йорк» на табличке. Дальнейшее зависело от того, по пути мне с ним или нет. Практически все, кто ехал в сторону Чикаго, выражали жестами бурное сожаление, что нам не по пути. Если же водитель отводил глаза и начинал активно рыться у себя в «бардачке» или с интересом разглядывать окрестности (где, кстати, ничего примечательного не наблюдалось), то увы! это был явный признак того, что он едет в сторону Нью-Йорка.
День выдался пасмурный, а психологи давно установили, что в такую погоду люди помогают менее охотно, чем в ясную и солнечную. Неужели мне торчать тут, пока погода не улучшится?.. Но нет правил без исключений один водитель все-таки остановился: солидный мужчина в темном костюме и белой рубашке с галстуком. Видимо, чиновник все заднее сиденье занято папками с бумагами. Я обрадовался, что наконец-то поеду дальше в сторону Нью-Йорка, но, выехав на хайвей, мы повернули в сторону Чикаго.
Мне в Нью-Йорк, всполошился я и показал рукой в обратном направлении.
О, пардон, виноват. Я не местный и плохо сориентировался. Он, похоже, действительно хотел мне помочь и теперь не знал, как же исправить свою ошибку:
Что же делать? Высадить тебя на хайвее нельзя. Отвезти назад и рад бы, да не могу тут обратных разворотов нет. Придется ехать до следующего выезда.
Да, много раз судьба меняла мой маршрут, но в обратном направлении я ехал впервые. К такому повороту я отнесся философски, а вот водитель все продолжал мучиться и при расставании достал из бумажника пятидолларовую банкноту:
Пусть это будет компенсацией за мою ошибку.
Девяностый интерстейт хайвей проходит по границе между двумя штатами. С одной стороны Мичиган, с другой Индиана. Вечер застал меня на пересечении с 33-м стейт хайвеем. В поисках места для ночлега, я прогулялся по Мичигану, метров пятьсот, не больше, но там мне не понравилось. Вернулся назад и зашагал в Индиану. Пройдя по хайвэю не больше километра, свернул в лес.