Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Утром Семён и Алина приехали на кладбище проведать отца. Ярко светило солнце, и вчерашние события уже не казались таким кошмаром. Они помянули папу, посовещались между собой и решили не предъявлять никому претензий. Судиться, раз за разом пересказывать и заново проживать день похорон, ни у кого из них не хватит сил. Пусть это, и правда, останется в памяти как последняя шутка отца.
Тем не менее, в маленьком городе слухи распространились быстро. Этот случай не остался незамеченным. Поговаривали, что в морге кого-то наказали. То ли премии лишили, то ли выговор объявили. Что это было: разгильдяйство, халатность, безответственность? А может, просто у виновных было такое же хобби, как у Сергея.
Ольга Биченкова
О себе данных не даю. Моя проза отчасти автобиографична, а отчасти плод вымысла. К моим стихам у меня с 16 лет выбран эпиграф из Ходасевича:
Люблю людей, люблю природу,
Но не люблю ходить гулять,
И твердо знаю, что народу
Моих творений не понять.
Засим все. С неизменным уважением к коллегам по цеху и читателям,
Лев Толстой, папа, желтая тарелочка и красные сливы
Мой отец старался воспитать нас в толстовском духе. Возможно, так он выражал свой протест против современной советской жизни. Каждый божий день он зачитывал нам по 7 глав «Евангелия от Льва» и какой-нибудь детский безобразный рассказ Льва Толстого. Мама плакала, но спорить с папашей было бесполезно. Как и Лев Николаевич, он был человеком упертым.
Однажды, в мае месяце или начале июня он принес штук 30 мелких, ужасно спелых, красных слив. «Это алыча», радостно закричала Марьяна. Мы видели ее по только что купленному цветному, еще плохо передававшему цвета телевизору в передаче про Грузию или Армению короче, я не помню деталей, но там фигурировало побережье Черного моря.
Одесса, Одесса, мой солнечный город
Черное море, Черное море, запели мы с Вовкой на два голоса. Мы уже были в поселке Лазурном в Имеретинской бухте, а маленькая моя полутезка еще нет.
Лев Толстой, папа, желтая тарелочка и красные сливы
Мой отец старался воспитать нас в толстовском духе. Возможно, так он выражал свой протест против современной советской жизни. Каждый божий день он зачитывал нам по 7 глав «Евангелия от Льва» и какой-нибудь детский безобразный рассказ Льва Толстого. Мама плакала, но спорить с папашей было бесполезно. Как и Лев Николаевич, он был человеком упертым.
Однажды, в мае месяце или начале июня он принес штук 30 мелких, ужасно спелых, красных слив. «Это алыча», радостно закричала Марьяна. Мы видели ее по только что купленному цветному, еще плохо передававшему цвета телевизору в передаче про Грузию или Армению короче, я не помню деталей, но там фигурировало побережье Черного моря.
Одесса, Одесса, мой солнечный город
Черное море, Черное море, запели мы с Вовкой на два голоса. Мы уже были в поселке Лазурном в Имеретинской бухте, а маленькая моя полутезка еще нет.
Я посмотрела на маму и увидела, что у нее очень странное выражение лица, тоскливое какое-то. Это предвещало скандал и пьянство отца.
Вот я выложу шесть слив на желтую тарелку. И никто не смей их трогать до моего прихода. Приду, всем раздам. До встречи.
Он напялил кепку как всегда набок и вышел, закуривая уже в дверях. Мама тихо что-то прошептала, потом сквозь зубы всхлипнула:
Маша, Вовочка, Мария, можно я покурю тоже?
Он что, до сих пор тебе запрещает?
А что он со сливами задумал?
Мама, он опять нажрется?
Вова, говорят «пьющий», а не то, что ты сказал, проронила тихо мама.
Жрущий водку алкаш, убежденно сказала я.
Я вас подготовлю к сегодняшней сцене. Пошли, львеныша читать будем.
И прочла нам знаменитый рассказ про шесть слив. Сливы и дети там описаны роскошно, живо, подробно. А мораль мерзкая. Ложь, конечно, грешна, но как можно купить кило слив и не дать ребенку съесть ни одной просто даром, без подсказок, столь ненавистных умным детям?..
Мы были потрясены.
Мама, я съем сливу сейчас. А то он замучит, прервал молчание Вовка.
А я съем тоже. Две.
Давайте все сливы съедим, весь килограмм!!! прозвенела Марьяна и первая засмеялась.
Машка, гони за мороженым. У меня как раз 66 копеек осталось, он денег не дает.
Мне хватило на три порции желтого фруктового мороженого и граненый стакан лимонада из автомата газировки за 3 копейки. У меня ладонь была потом липкая, а под средним пальцем был след от кругломедной трехкопеечной монеты.
И мы оставили сливы ровно пятую часть ему, а остальное съели с мороженым.
Придя с работы, отец избил мать и надавал всем пощечин. Порка досталась мне, так как мы должны были, по его мнению, оставить ему мороженое.
Владимир Голубев
Владимир Голубев работает в жанре детско-юношеской литературы, пишет сказы, сказочные повести, в которых фантастический сюжет сплетается с житейской правдой. Обучался на курсах в 20142015 гг., подготовлен к публикации роман «Взрослое лето», представляющий интерес как для юношества, так и для взрослых.
Проживает в Подмосковье, преподаватель, кандидат юридических наук, ветеран правоохранительных органов.
Гостинец для Деда Мороза
(новогодняя быль)
Я бросил взгляд на будильник и ахнул, стрелки перевалили за полночь, а я ещё и не ложился спать, а вставать мне рано. Щёлкнул выключателем на кухне и в темноте побрёл по квартире. Жена в детской возилась с близнецами, а в большой комнате уже сопел старший сын, не выпуская из рук книжку с картинками. Мне ничего не оставалось, как только незаметно прошмыгнуть в спальню и, накрывшись одеялом с головой, погрузиться в сон.