Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
Имеются и другие свидетельства того, что в древние времена иудеям и в голову не приходило перелагать ответственность за казнь Иисуса с себя на римлян. Между тем, сегодня большинство еврейских авторов утверждает совсем иное. Они пытаются доказать, что Иисуса судил только и исключительно Понтий Пилат.
Что касается христианских богословов, то их точка зрения сводится к следующему. Признавая, что окончательный приговор Иисусу вынес римский наместник, они полагают, что идейными вдохновителями и главными действующими лицами учиненной расправы были все-таки руководители иерусалимского синедриона. Об этом прямо сказано в Евангелиях. Даже у Иоанна, который вообще не описывает суд синедриона в доме первосвященника и лишь отмечает, что от Каиафы Иисуса повели в преторию76, Иисус прямо говорит Пилату, что «более греха на том, кто предал Меня тебе» (Ин. 19:11).
Попробуем разобраться в этом непростом вопросе. И вначале обрисуем несколькими штрихами портреты тех судей, которые, по мнению христианской церкви, не являлись инициаторами судебного процесса, не питали к Иисусу вражды и до суда, вероятно, относились к его проведению с безразличием.
Прежде всего, это Понтий Пилат, пятый римский прокуратор (префект) Иудеи и Самарии.
Римские провинции делились в то время на сенатские и императорские. Частью последней и была Иудея, входившая (согласно общепринятому мнению) в состав Сирийской провинции. Т. Моммзен же полагал, что Иудея в первые десятилетия н.э. являлась римской провинцией второго ранга, а ее управителя именовал префектом77. Провинциальные префекты (в отличие от столичных) обладали на вверенных им территориях более широкими полномочиями, являясь там, по сути, полновластными наместниками. Поэтому Пилат, вероятно, обладал в Иудее всей полнотой судебной власти был наделен простым империем или властью меча (правом жизни и смерти) для наказания преступников78, и в делах судебных не требовалось утверждения его приговоров сирийским легатом.
Известно, что Пилат был выходцем из сословия всадников79. Мнения о нем сохранились весьма противоречивые. Но он и был, судя по всему, фигурой, совмещавшей в себе прямо противоположные качества.
Иосиф Флавий и Филон Александрийский связывают правление Пилата с применением массового насилия и бессудных казней, рисуют его жестоким, жадным и коррумпированным римским чиновником, который презирал иудеев и не раз оскорблял их религиозные обычаи и верования. С другой стороны, как замечает А. П. Лопухин, христианские историки «представляют правителя человеком деликатным и даже мягким, так что обвинительное изображение его у Филона и Флавия кажется похожим на грубую мстительную карикатуру». А далее Лопухин приводит характеристику Пилата, которую дал ему епископ Элликот: «совершенный и полный тип светского римлянина позднейшего времени: строгий, но не безжалостный; хитрый и знающий свет, быстрый и деятельный, высокомерно справедливый и, однако же, как верно заметили древние христианские писатели, человек себе на уме и потому трусливый; способный понимать справедливое, но без нравственной силы следовать ему».
Добавим к этому, что относительно длительный срок правления Пилата, по-видимому, должен свидетельствовать о его политической дальновидности и компетентности в делах управления захваченными Римом территориями. Его деятельность была подчинена выполнению главной задачи обеспечению управляемости и общественного спокойствия в Иудее.
Столь резкое контрастирование реальных действий Пилата с его образом, описанным в Евангелиях, некоторые авторы объясняют довольно упрощенно. Они полагают, что евангелисты умышленно исказили этот образ в расчете на благосклонность римлян к христианским общинам.
В контексте евангельских источников представляется более объективной характеристика, которую дал Пилату Д. Мережковский: «Пилат не святой, но и не злодей: он в высшей степени, средний человек своего времени. Се человек! можно бы сказать о нем самом. Почти милосерд, почти жесток; почти благороден, почти подл; почти мудр, почти безумен; почти невинен, почти преступен; все почти, и ничего совсем».
У Мережковского Пилат является как бы срезом всего человечества: «Руки будут умывать от крови Господней все почти справедливые, почти милосердные судьи, средние люди, но не умоют: суд Пилата суд мира сего над Христом, во веки веков».
Эта характеристика римского префекта в определенной степени объясняет, почему Пилат не хотел но осудил. Как и Иуда не хотел, но предал.
Следующий судья Ирод Антипа. Он был сыном Ирода Великого, именовался тетрархом или четверовластником (Лк. 3:1), поскольку, как ставленник римлян, управлял четвертой частью Иудейского царства Галилеей и Переей. В истории образ Антипы запечатлен довольно отчетливо. Выделяют такие его черты как сладострастие, беспечность и болезненное честолюбие. Он бросил свою супругу и отнял у брата его жену Иродиаду, за что был публично осужден Иоанном Крестителем (Мк. 6:1820). После этого Иродиада, «злобясь на него», настояла, чтобы Ирод заключил Иоанна в тюрьму. И хотя Ирод считал его «мужем праведным и святым», он все же не смог отказать Иродиаде, вынудившей правителя казнить Иоанна.