Перемещение акцентов из сферы публично-правового регулирования в частноправовую сферу касается прежде всего таких институтов гражданского общества, как договорное регулирование, саморегулирование и т. п., являющих собой некий компромисс, служащий наиболее приемлемым способом снятия противоречий между публичными и частными интересами.[60]
Несмотря на то что основным методом правового регулирования финансовой системы является публично-правовой (императивный) метод,[61] зачастую и ей не чужд диспозитивный метод правового воздействия, приобретающий в последнее время все больший охват (налоговые, бюджетные, банковские, страховые правоотношения и т. п.) и отражающий усиление внимания к законным интересам личности. Вместе с тем необходимо отметить, что зачастую используемый финансовым правом диспозитивный метод носит условный характер и в основном используется для удовлетворения публичного (общественного) интереса (например, общественный контроль, являющийся составным элементом финансового контроля, выражает интересы общества, налоговое стимулирование и др.). При этом в конечном итоге реализация этого принципа отражается на частных интересах личности.
Переориентирование финансового права на защиту прав и интересов физических (юридических) лиц в сфере регулирования финансовых отношений позволяет иначе взглянуть на отдельные институты финансового права[62] в связи с приобретением ими полностью иной отраслевой принадлежности. Расширяя предмет финансового права, объект и метод его правового регулирования, некоторые ученые, указывая в наличии его предмета одновременно на противоположные интересы частные и публичные, называют его «новое финансовое право».[63]
В ткань современного финансового права с завидной периодичностью проникают понятия, термины, принципы и методы отрасли частного права, основополагающей причиной заимствования которых является их имущественный характер, что и приводит к сочетаниям разноотраслевых методов правового регулирования. В качестве иллюстрации следует привести, например, особенность правового регулирования производных финансовых договоров (кредитные деривативы, своповые и форвардные договоры) посредством сочетания императивного метода с диспозитивным методом правового регулирования.
Влияя на многие области общественной жизни, налоги, являясь атрибутом государства, помимо того, что затрагивают основы конституционного строя государства, касаются и всей системы прав и свобод человека и гражданина.[64] Поскольку налоговое регулирование носит в основном фискальный характер, налогообложению присущ приоритет публичных интересов перед частными. Вместе с тем пренебрежение государством частными интересами может повлечь за собой полное отсутствие желания и игнорирование гражданином иметь хоть какие-либо отношения с государством и активное им использование офшорных схем для увода денег из страны. Именно поэтому современное налоговое право старается исходить не только из публичных интересов государства посредством реализации фискальных задач, но и из частных интересов физических и юридических лиц, участвующих в гражданском обороте (вопросы налогового стимулирования, неприкосновенность частной собственности, защиты прав и свобод человека). Возникающий дисбаланс между публичными и частными интересами в указанной сфере общественных отношений отражает неэффективность правовой системы, несовершенство социальной и налоговой политики.[65] Позиция о гармонизации норм налогового законодательства с нормами гражданского законодательства находит подтверждение в постановлениях Конституционного Суда РФ от 14 июля 2003 г. 12-П, от 23 декабря 2009 г. 20-П, определения Конституционного Суда РФ от 4 апреля 2006 г. 98-О, от 13 июня 2006 г. 319-О и др.
Налоговым законодательством предусмотрены и другие примеры, иллюстрирующие применение диспозитивных методов правового регулирования с оговоркой. Так, статьями 73, 74 НК РФ предусмотрена возможность заключения с налоговым органом договоров залога или поручительства в обеспечение исполнения налоговых обязательств налогоплательщика (ст. 336, 361 ГК РФ). Таким образом, согласно законодательной оговорке, к договорам поручительства и залога могут применяться требования гражданского законодательства Российской Федерации.
Налоговым законодательством предусмотрены и другие примеры, иллюстрирующие применение диспозитивных методов правового регулирования с оговоркой. Так, статьями 73, 74 НК РФ предусмотрена возможность заключения с налоговым органом договоров залога или поручительства в обеспечение исполнения налоговых обязательств налогоплательщика (ст. 336, 361 ГК РФ). Таким образом, согласно законодательной оговорке, к договорам поручительства и залога могут применяться требования гражданского законодательства Российской Федерации.
Обязательное страхование, также являясь институтом публичного права, реализующим публичные интересы государства по обеспечению конституционных прав граждан на социальное обеспечение (медицинское, пенсионное и др.), регулируется одновременно нормами частного и публичного права (финансовое,[66] конституционное, административное право, право социального обеспечения, гражданское право[67]), «что объективно отражает наличие частных и публичных интересов в сфере страхования».[68] В частности, в рамках положений Федерального закона от 25 апреля 2002 г. 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» государство выплачивает инвалидам компенсации страховых премий по договору обязательного страхования за счет средств федерального бюджета в размере 50 % от уплаченной ими страховой премии по договору обязательного страхования. Таким образом, гражданско-правовая сделка выступает юридическим фактом, порождающим бюджетные правоотношения.[69]