Терентiй Травнiкъ - Тетрадь на письменном столе

Утром, выйдя из дома,
Я, по обыкновению,
открыл почтовый ящик.
Мне под ноги упал конверт
Без обратного адреса.

Подняв его, я некоторое время
Изучал смазанный штамп,
Потом вскрыл письмо.

На белом листе в центре
Был нарисован треугольник,
А под ним надпись:
«Без права отступать».

Чуть ниже было
Изображено дерево:
Три ветви его тянулись вверх,
Но одна, та, что справа,
Была направлена вниз.

Внизу я прочитал:
«Смотри под ноги,
когда любуешься Луной».

В чернильнице моей
с отбитой крышкой,
Откуда буквы вынимаю я,
Ночное небо кобальтостью дышит
И старой медью звездочки горят.

Когда я долго не пишу, она пылится,
И в первострочье рвется смысла нить,
Потом прокляксится, и проскрипится,
И снова даст возможность говорить.

И медное перо, напившись влаги,
Скрипя смычком по стертому листу,
О тайнах поэтической отваги
Нашептывает сердцу моему

Страницы, словно птицы,
В тетрадных дневниках 
Листаются, летая,
Нахохлившись сидят.

И рвутся, вырываясь
Наружу, в неба синь,
И мечутся в испуге
Под почерком моим.

Поют, когда стихами
Я с ними говорю,
Галдят, собравшись в стаю,
Врезаяся в зарю.

Бывает, кляксой ворон
Мне крыльями взмахнет,
И клином журавлиным
Рука писать начнет.

Тогда я растворяюсь
В страничной белизне
Иль черной точкой маюсь
В бумажной простыне.

С восходом солнца я пишу стихи,
Встаю для них ни свет и ни заря,
Чтоб только видеть этот дивный миг
Токующего словом слухаря

И вместе с надвигающимся светом,
Проделав в поле стержнем борозду,
Наперекор поверьям и приметам
Я начинаю жать колосьев желтизну.

И солнце золотит их позолоту
И с треском зерна в буквы превратясь,
На перемолье потеряв свободу,
Идут ко мне, лучами подсветясь.

Без мук мука и без опары тесто,
И вот уже в печи словесный хлеб,
И сытость слов в нем есть,
и гарь подтекста,
И форма рыхлости, и содержанья честь

Две маленькие звездочки
Висели в вышине,
Две маленькие звездочки
Шептались обо мне.
Когда ж истории мои
Их душу задевали,
Они на черной синеве
Загадочно мерцали

«Тетрадь на письменном столе» 
Какое чудное начало,
То ли строка стихотворенья,
То ли картина от Шагала

Тетрадь на письменном столе
А это лишь всего кусочек
От хлеба испеченных строчек,
Вчера доставшегося мне.

Тетрадь на письменном столе
С забытой где-то в складках ручкой,
Как будто с спрятанной с получки
Заначкой на особый день.

На письменном столе тетрадь
Листает ветер постранично,
Раскрыв, как веер мандаринов,
И думая, с чего начать

В заваленных застрехах вечных будней
Я рылся в поисках вчерашней новизны
И, как самозабвенный в этом трудник,
Пытался закреплять свои труды.

Записывая что-то на бумаге,
Засечки делал и заметки, их столбя.
И, как дотошный сельский врачеватель,
Рецепты отпускал, пером водя,

Как сохранить во времени бегущем
Бутоны юности и зрелости сады
И пусть небезупречно, но созвучно
Настроить на дыханье красоты.

Я творчески проголодался,
Грызу, что корочку, строку
И, ими перестав кидаться,
Теперь я буквы берегу.

Вчера я посадил две буквы,
Пытаюсь вырастить в горшке.
Эх, и соскучился по звукам,
По звукам речи, их воде.

Я творчески проголодался,
Сметану красок всю извел,
Лаваш холстов, пусть он порвался 
В употребление пошел.

Я кисти, кисти-макароны,
Уж месяц как сварил и съел,
А к ними соус, уголь черный,
Сангину, сепию и мел.

Я творчески проголодался
И ноты, как зерно, склевал,
А с ним и знаки альтераций.
Вчера последний доедал

Хотел дойти до инструментов,
Но призадумался пока,
Ищу удобного момента,
Чтобы не дрогнула рука.

Я творчески проголодался
И, мюсли мыслей заварил,
Отведал с медом  наслаждался!
Весьголод этим утолил.

Теперь я творчески не сыт,
Но и не голоден, как прежде,
И возвожу свой новый быт
Из красок, нот, стихов  надежды!

Раскрасив нотами свой мир,
Мелодии мазками создавая,
Свое я тело изводил,
Его к творенью принуждая.

Оно бессонными ночами
Служило поискам моим,
Не жалуясь, не пререкаясь,
Вдыхало папиросный дым.

Спало на старой раскладушке,
Рюкзак носило за спиной,
Стояло под холодным душем
И в кедах шлендало зимой.

И для него отрадней были
Богемный быт, цыганский рай,
Кусок хозяйственного мыла
И подостывший спитый чай,

Ломоть поджаренного хлеба,
Чеснок, горчица на столе,
А на десерт, конечно, слепок,
Драже с названьем «Монпансье».

Из обезжиренного теста,
Забыв про стыд и срам на свете,
В безбрачии души. Все к месту
Рождались творческие дети.

Я соткан из останков древних,
Из лоскутов отживших парусов,
Из стружки горькой, стружки верной
С рубанка Мастера Основ.
Я тот, в ком дерево и глина
воплотились