Терентiй Травнiкъ - Ромашкин снег стр 2.

Что может быть нежнее поцелуя?
Полуоткрытых губ
душисто-сладкий мед
Когда истома лаской многоструйной
Из сердца соком переспелым льет.

Что может быть нежней прикосновений
Расслабленных ветвей горячих рук,
Когда волной по телу от волненья
Мурашки, будто искорки, бегут.

Что может быть нежнее придыханья,
Когда на ушко шепот говорит,
И чувствуешь, как сердце обвивает
Пьяняще-терпкий виноград любви

Что может быть нежнее этой нежности,
Рожденной там, в сердечной глубине,
Такой непостижимою в безбрежности,
Такой неповторимой в новизне.

Все симптомы любви налицо:
Покрасненье, смущенье, стыдливость,
Безмятежность, на пальце кольцо
И, конечно же, нежность и милость.

Все симптомы любви на лице:
Взгляд горящий и слезы от счастья,
И у щек абрикосовый цвет,
Безморщинистость кожи, прозрачность.

Все симптомы любви за спиной:
Распрямленность, летучесть, порханье,
Вопреки медицине скупой,
Из лопатки крыла прорастанье.

Все симптомы любви на ногах:
Быстробежность, стремление, легкость.
Все симптомы любви на руках:
Утонченность и беззаботность.

Все симптомы любви на душе:
Незлобивость, смиренье, терпенье,
Милосердье, непревозношенье
И, конечно же, рай в шалаше.

Все симптомы любви у любви,
Приснопамятной, присновоспетой,
На все дни, до скончания века
Зажигающей в сердце огни.

Если был бы я художник,
Я бы в раме на холсте
Подарил обычный дождик,
Написав его тебе.

Если был бы музыкантом,
То сыграл тебе на флейте
Все, о чем мечтает ветер,
Поразив тебя талантом.

Если был бы я поэтом,
Небо рифмой занебесил,
Краски нот вкрапил бы в смесь я,
Да еще снабдил сюжетом.

Как судьбы твоей хранитель,
Время сжав своей рукой,
Я принес тебе будильник
Без пружины заводной.

Чтобы сердце нашей жизни
Не нуждалось в подзаводе,
Чтобы ключик не терялся
В этой временной свободе.

Не отрывай меня листом календаря,
Вчерашним днем,
устало промелькнувшим.
Похоже, мы забыли улыбнуться
Друг другу, друг от друга уходя.

И не срывай меня, как старые обои,
Со стен обычной жизни непростой.
А помнишь, как рисунок подгонялся
Твоей еще неопытной рукой?

Не разрывай меня на клочья,
словно платье
Решила ты на тряпки распустить.
Быть может, нам удастся горе сгладить,
Когда попробуем его вдвоем прожить.

А если нет, то лучше уж с билета
Ты оторви меня полоскою «контроль»,
Иль яблоком сорви с прогнутой ветки
И откуси, я потерплю. Позволь

Мне оторваться нужною страницей
Из старого романа о любви,
Последней, многочитанной страницей,
Где все же встретились
когда-нибудь они

Не отрывай меня листом календаря,
Вчерашним днем,
устало промелькнувшим.
Похоже, мы забыли улыбнуться
Друг другу, друг от друга уходя.

И не срывай меня, как старые обои,
Со стен обычной жизни непростой.
А помнишь, как рисунок подгонялся
Твоей еще неопытной рукой?

Не разрывай меня на клочья,
словно платье
Решила ты на тряпки распустить.
Быть может, нам удастся горе сгладить,
Когда попробуем его вдвоем прожить.

А если нет, то лучше уж с билета
Ты оторви меня полоскою «контроль»,
Иль яблоком сорви с прогнутой ветки
И откуси, я потерплю. Позволь

Мне оторваться нужною страницей
Из старого романа о любви,
Последней, многочитанной страницей,
Где все же встретились
когда-нибудь они

Я подарю тебе букет стихов,
Ромашковых и васильковых,
Веселых, грустных, бестолковых,
Без всяких правил и основ.

Я подарю тебе букет стихов,
Садовых, полевых, чащобных,
Хотелось бы, чтоб бесподобных,
А если нет, то хоть без швов.

Я подарю тебе букет стихов,
Осенних, летних, круглогодных,
Небесных, горных, многоводных, 
Я подарю тебе букет стихов.

И в корешок переплетенный
Букет останется с тобой,
Как будто заново рожденный
Твой мир, навечно молодой.

Сегодня я на дерево забрался
И, с изумленьем сверху вниз глядя,
Воскликнул вдруг, дыханье прерывая:
«Смотрите! Все же женщина Земля!»

Далекие холмы круглились в дымке,
Овальность пруда, бархат камыша,
Недалеко стыдливая тропинка,
Смущаясь, к речке с косогора шла.

От ветра поле бедрами качало,
Струился по волнам пьянящий сок,
А чуть подальше нежностью усталой
Раскинулся тенистый уголок

И разнотравьем пахла ее кожа,
Она вздыхала, терпкостью маня,
И с ветреностью нежной, осторожно
Касалась поцелуями меня.

Милая, ты не грусти,
Все уже позади,
Все еще впереди,
Только ты не грусти

Милая, ты только будь,
Все плохое забудь,
И меня ты забудь,
Только, милая, будь

Милая, ты не одна,
Я с тобою до дна,
Я с тобою до неба,
Милая, ты не одна

Ты жизнь свою связала с ожиданьем
Того, что связано незримостью со мной:
С минутной встречей,
горьким расставаньем
И вечным ощущеньем быть одной.

Ты жизнь свою с упреками связала,
Подозревала, ясности прося,
Но вскоре жизнь от этого устала
И предоставила свободу для тебя.

Ушла в себя, а, может, и к кому-то
Там стала ласки безоглядки расточать.
И со своей надежною подругой
Ты перестала неудачи обсуждать.