Терентiй Травнiкъ - Беру от неба тишину

Часы я каждый раз их сердце 
Пружину нежно завожу,
И бьют и тикают, за дверцей 
Часы настенные  живут.

Я видел, и не раз, как Ангел-
Хранитель  ангел-часовщик
Ночами правил в сердце анкер,
Часов, давая им служить.

Душа при этом ждёт и грезит,
Перебирая чётки снов,
Пока прохруст сорвётся с чресел,
Как шестерёночный засов.

Меха качаются, и хрипы,
И стоны слышимы подчас.
И на губах  солоновато,
И нервное круженье глаз 

Под пеленой прикрытых век.
И безобидно санитарна
Всегда дежурящая смерть,
Но, по привычному, вульгарна,
Когда на дни считают век.

А вот и снег
Ну что ж, писать о снеге 
Мне не впервой, хоть он и первый снег.
Я закрываю дневники о лете.

На сотни долгих, долгих зимних лет
Тетрадь бела, невинна как невеста,
И за окном бело по-зимнему, как встарь.
Отныне с пледом  в кресле моё место,
Отныне  улица, позёмка и фонарь 

Вот первая строка, почти по Блоку.
Итак, сегодня  снегопадный стиль:
Был лист  осенним,
был лист  одиноким,
Теперь всё  снег, лист в безопасности.

Беру его, пишу, скрипя по снегу,
Веду тропинку-строчку по листу
Соединился цвет,
став вновь единым светом,
Зима рисует бе-ло-ра-ду-гу

Беде не говорите «да»,
Она коварна  ждёт согласья.
Она, что ржавчина для счастья,
Она прилипчива  да, да

Она желает повторений.
Два слога, эхом  только «да».
И вот предстала тенью,
Той, что гуляет по пятам.

Беде не говорите «да»,
Не повторяйте это слово,
Иначе боль  вернётся снова,
Ещё к тому ж и не одна.

Беда на «да»  всегда готова 
Всплыть чёрной горечью со дна.

А за окном зима без снега,
Коль знать, где взять, давно бы сбегал,
Давно бы выпросил его.
Чтоб было всем  белым-бело.

Чтоб снеговик стоял у дома,
И чтоб скрипело под ногой
Зимой и снежная корона 
Искрилась дальнею звездой.

Совсем нет снега, только ёлки 
Стоят на старых площадях,
И превратились санки в «сонки»
И крепко на балконе спят.

Снегурка  оттепелью стала,
А дед, совсем ослаб, видать,
И на печи, в избушке старой,
Он новый год решил встречать.

И серый волк с Ягою вредной
Бесцельно бродят по дворам,
Где так недавно было детно,
И верещала детвора.

Зима, зима! Давай по-русски,
Завьюжь и заметель пургой,
Стань, по-рождественскому, вкусной-
Превкусной ма-туш-кой Зимой.

Жить одному и быть одному 
Совсем не одно и то же.
Когда я в пути по полгода 
Я тоже  всегда один.

Но знаю, что есть на свете,
Места, где не тянет ноша,
Где я обязательно нужен,
Да, что там!.. Где я  любим!

То зная, иду же дальше,
Дарюсь нехоженым тропам,
По жарким пескам и гатям,
По дягельным мхам, камням.

Я вовсе не самообманщик,
Бродить  не моя работа.
Кому-то  чудной романтик,
Себе  судьбы капитан.

И вот, вдали от чьих-то глаз,
На жалкой почве рассуждений,
Непринуждённой парой фраз
Нас посещает час прозрений.

И, в небом отведённый миг,
Души истерзанной наброски,
Как в волшебстве  легко и просто,
Слагаются в единый лик.

И в чём бы ни было творенье
Чудесных сил воплощено,
Там, безусловно, только гений,
Мог многое собрать в одно.

И цвет, и свет, и мрак, и тени,
И муз неведомый напев,
Как кроткий агнец в час прозрений,
К тебе приходят, человек.

Быть может, станется и взглянешь,
Ты в небо с земляных глубин
Где сложатся в единый амен
И тварь,
и раб,
и Господин.

Стал мокрым снег  дар непогожий,
И словно пену для бритья,
Скребком счищает осторожно
Со щёк московская земля.

И как услужливый цирюльник,
С восточным блеском чёрных глаз,
Таджикский дворник караульный
Мне дарит утро каждый раз.

«Ге, с добрим утрам, дня харёший» 
С улыбкой вымолвит вослед.
Спецовка новая  не в пору,
Но, мандариня, её цвет 

Напоминает, вот уж скоро,
Нам год придется провожать.
Не с новым, а с прошедшим годом!
Хочу я в этот раз сказать.
Год  прожит  не хочу с печалью:
Год прожит, значит жизнь  была!
С прошедшим годом  поднимаю,
С прошедшим! Дамы, господа

Она ждала его всю жизнь.
Лишь замуж изредка ходила.
Вот так, обыденно-красиво,
Она ждала его всю жизнь.

И разве грех  простое дело,
Что в ожиданиях успела,
Абы кого любя, родить?
Она ждала его всю жизнь.

С детьми сидела, позже  внуки
Её водили за собой.
Спасали хлопоты от скуки,
От разногласия с судьбой.

Она ждала его всю жизнь.
Кого?  Потом уж и не знала,
На сердце выпало носить
Призывника иль генерала.

Он  не пришёл. Остался где-то
Лежать парнишкой средь полей.
Быть может, я и стал поэтом,
Чтоб хоть в стихах побыл он с ней

Это  жизнь, я часто слышу,
Там, где смерть стучится в дом.
Это  жизнь  потеря близких,
Это  жизнь, когда, как сон,

Как во сне  проходят чувства,
Как в огне  сгорают дни.
В жерлах плавятся искусства 
Вместе с ними короли.

Это жизнь, а ты  стареешь,
Это жизнь  когда болит,
Все, что жизнью не успеешь 
Тенью на сердце лежит.