Петр Петрович Котельников - Меч от Дамокла. Исторический роман. Том I стр 5.

А что же с Государыней?..

Екатерине и на этот раз удалось обуздать бешеный нрав мужа. Но, конечно же, в их отношениях появилась глубокая трещина. Пётр даже собирался судить жену за супружескую измену, однако князь А. И. Репнин и некоторые другие вельможи уговорили его этого не делать. Судьба царской династии в этом случае могла оказаться под угрозой

Суд, как и ожидалось, обвинил Монса только во взяточничестве и, следуя царской воле, приговорил к смертной казни. Матрёну Балк велено было бить кнутом и сослать в Тобольск. Столетова, верного слугу Монса  также бить кнутом и отправить на каторгу на десять лет. Балакирева  бить батогами; каторги ему определили три года.

Жестким наказаниям подверглись лишь ближайшие сподвижники измены жены  те, кто носил записочки, охранял покой любовников.

Все ждали многочисленных казней, сопровождавших дела темные и серьезные, но видели пока царя веселым и спокойным, во всяком случае  внешне.

Рано утром 16 ноября на Троицкой площади в Петербурге голова Виллима Монса скатилась с плеч. Долго ещё, выставленная на шесте, она пугала петербургских жителей.

Екатерина понимала, что муж не оставит без последствий ее связь с Монсом.

Она изо всех сил старалась делать вид, что равнодушна к судьбе Монса. Когда того вели к плахе, она с дочерями разучивала новые танцы

После казни Петр 1 посадил царицу в сани и повез ее к голове любовника. Екатерина и тут выдержала испытание  она спокойно улыбалась.

7 декабря граф Петр Андреевич Толстой в собственном доме на Петербургской стороне, недалеко от крепости, давал торжественный обед. На нем была императрица с дочерями, придворными дамами и кавалерами, был, разумеется, и герой празднества  герцог со своей свитой. Не было только государя, потому что он еще накануне обедал у Толстого. Пиром заправлял весельчак и дорогой собутыльник Павел Иванович Ягужинский; следовательно, немудрено, что страстно влюбленный герцог опьянел. «По глазам императрицы,  отметил Берхгольц,  видно было, с каким удовольствием она смотрела на дружбу и любовь обоих высоких обрученных».

Удовольствие не могло не омрачиться другим зрелищем: на обратном пути из дома Толстого Екатерина, Анна, Елизавета, Карл, а за ними и вся свита, проезжали мимо колеса, с которого виднелся труп, опушенный снегом; с заостренного кола угрюмо смотрела на пышный поезд голова Виллима Ивановича Монса.

Непутевый или жертва?

Мог ли наследник российского трона Алексей Петрович жениться по любви? Не мог. К тому же, не из древних знатных родов русских невесту ему выбрал отец, а за границей. На Руси когда-то смотрины устраивали, девушек красивых, статных, да пригожих приглашали. А тут остановил свой взгляд батюшка-государь на сестре супруги Австрийского императора Шарлотте Христине Софье Брауншвейг-Вольфенбюттельской (язык сломишь, прости Господи, фамилию выговаривая). Спьяну что ли царь Петр смотрел, но только никаких изъянов в немецкой принцессе не усмотрел. Царевичу Алексею же с первого раза не приглянулась невеста  «Ни рожи, ни кожи»  как говорят на Руси. И то, правда, была та принцесса росту небольшого, худющая, с плоской грудью, лицо все в оспинах. Просил сын отца познакомить его с другими европейскими принцессами  ну, не сошелся же свет клином на этой тощей немецкой гусыне Отец настоял на своем, заставляя не единожды встречаться с Шарлоттою, чтобы привыкал сынок к будущей женушке , И был заключен контракт о бракосочетании. На содержание двора супруги царевича царь положил пятьдесят тысяч рублей ежегодно. А по осени, как это было на Руси заведено, но на землю австрийскую перенесено, в том же 1711 году во граде Торгау и свадьба состоялась. Не нужно было жениху и приезжать откуда-то  он тут по велению отца одолевал науки разные.

Удовольствие не могло не омрачиться другим зрелищем: на обратном пути из дома Толстого Екатерина, Анна, Елизавета, Карл, а за ними и вся свита, проезжали мимо колеса, с которого виднелся труп, опушенный снегом; с заостренного кола угрюмо смотрела на пышный поезд голова Виллима Ивановича Монса.

Непутевый или жертва?