Всего за 400 руб. Купить полную версию
Говорите! велел командующий эскадрой.
Не ручаюсь, но вполне вероятно, что интересующая нас пиратская посудина называется «Черный э-э орлан». В любом случае, черная хищная птица на флаге символ негодяев, и в названии их проклятого корабля определенно есть слово «черный».
Черный? Черная птица? повторил адмирал де Сепульведа, задумчиво наморщив лоб. Да-да, припоминаю. Перед отплытием обязательно уточню. Ставлю задачу: прервать полет чернокрылого хищника, ощипать перья и насадить на вертел. Изжарим пиратскую дичь из пушек! Уверен: лже «Орлан» будет уничтожен так же, как его знаменитый предшественник. Однако не стоит забывать и о «подвигах» прочих подобных ему мерзавцев: Поющего Неаполитанца и других. Наша цель раз и навсегда покончить с ними!
Во славу Испании и короля! не сговариваясь, откликнулись офицеры.
Аминь! заключил адмирал.
Глава 2. Шторм
Эскадра адмирала де Сепульведа с благословения отцов церкви Валенсии вышла в море в последних числах сентября 1675 года. Погода стояла отличная, и плавание начиналось весьма удачно.
Дни текли незаметно. Эскадра милю за милей прочесывала воды Средиземного моря, согласно заранее намеченного курса, но пока ни один мало-мальски подозрительный корабль не попал в поле зрения испанских моряков. Плавание затягивалось и начинало вызывать раздражение. Почти месяц прошел в бесплодных поисках. Запасы пресной воды и провианта подходили к концу. На галеоне «Гвадиана» началась холера. Моряки стали проявлять недовольство и требовать возвращения.
Аминь! заключил адмирал.
Глава 2. Шторм
Эскадра адмирала де Сепульведа с благословения отцов церкви Валенсии вышла в море в последних числах сентября 1675 года. Погода стояла отличная, и плавание начиналось весьма удачно.
Дни текли незаметно. Эскадра милю за милей прочесывала воды Средиземного моря, согласно заранее намеченного курса, но пока ни один мало-мальски подозрительный корабль не попал в поле зрения испанских моряков. Плавание затягивалось и начинало вызывать раздражение. Почти месяц прошел в бесплодных поисках. Запасы пресной воды и провианта подходили к концу. На галеоне «Гвадиана» началась холера. Моряки стали проявлять недовольство и требовать возвращения.
В связи со сложившейся ситуацией адмирал дон Мигель де Сепульведа приказал кораблям эскадры лечь в дрейф и пригласил капитанов на экстренный военный совет. В настоящий момент эскадра находилась к юго-востоку от мыса Бон, что на тунисском побережье. Именно здесь чаще всего, согласно сводкам адмиралтейства, видели посудину известного пирата по прозвищу Поющий Неаполитанец, о чьей извращенной жестокости ходили мрачные слухи.
Когда все капитаны прибыли на флагман «Сан-Себастьян», вахтенный матрос проводил их в большую кормовую каюту адмирала.
Я ожидал вас, господа, сказал тот и, указав рукой на обитые бархатом привинченные к палубе резные стулья у намертво закрепленного инкрустированного серебром стола, добавил: Прошу садиться. Итак, начал дон Мигель, ситуация следующая: эскадра находится в море более месяца, но преследуемая цель не достигнута. Запасы провизии на исходе. Их хватит максимум на четыре-пять дней. Среди моих матросов все чаще слышны разговоры о возвращении. Как мне доложил капитан Риос, на «Гвадиане» вспыхнула холера.
Капитан «Гвадианы» встал и с позволения командующего эскадрой продолжил:
Да, господа, болезнь уже унесла четверых моих матросов. Еще двадцать в муках и страданиях готовятся разделить их участь. Заразился и судовой врач. Положение критическое. Я предлагаю развернуть наши корабли и взять курс к родным берегам.
Среди остальных капитанов раздался глухой ропот. Педро Риос сел на место.
Кто еще желает высказаться? спросил адмирал.
Командир галеона «Священный путь» Хосе де Барросо поднялся из-за стола.
Не понимаю, надменно произнес он, почему мы должны возвращаться только из-за того, что на «Гвадиане» холера? Эта экспедиция предпринята от имени его величества короля с повеления королевы-матери и благословения святой церкви. Считаю необходимым продолжить крейсерство. Рано или поздно пираты окажутся в наших руках. Мы на верном пути.
У нас кончаются припасы, сказал капитан «Санта-Каталины» Родриго Сальварес, и состояние команд нервозное. В такой обстановке трудно продолжать плавание.
Я согласен с капитаном Сальваресом, глухо произнес адмирал.
Дон Хосе де Барросо высокомерно взглянул на своего родственника.
Я вижу, дорогой дядюшка, вы готовы пойти на поводу у этого безродного выскочки Сальвареса и у неудачника Риоса, который боится помереть от холеры. Какая жалость, что вы окружили себя не моряками, а бабами! забыв всякие правила приличия и игнорируя военный этикет, заявил он.
Адмирал побагровел от подобной дерзости.
Замолчи! Что ты себе позволяешь? гневно воскликнул он.
А что я себе позволяю? Называть вещи своими именами? Как хотите, можете возвращаться, можете хоть на дно моря провалиться все, а я продолжу плавание. Уверен, удача мне улыбнется. Сразиться с морскими разбойниками и уничтожить их вот наша цель, и я её добьюсь любой ценой! Хосе де Барросо решительно направился к выходу.