Всего за 249 руб. Купить полную версию
По своему объективному содержанию спорт прежде всего соревновательная деятельность. Все основное, что производит данный социальный институт, он производит через соревнование и непосредственно в процессе, соревнования. Если данный вид общественного производства лишить соревновательного начала, то не останется и какой-либо осмысленной, целостной социальной деятельности, в то время как такие (внешне аналогичные спорту) виды официальных соревнований, как производственное социалистическое соревнование или конкурсные соревнования в сфере художественного творчества, лишившись соревновательного момента, просто переходят в производственную или, соответственно, в исполнительскую деятельность, т. е. остаются полноценными социальными институтами. Можно сказать: спорт самая соревновательная деятельность из всех официально существующих соревнований. Уникальность положения человека в спорте связана именно с этим обстоятельством.
() Работа по уточнению представления о спорте как соревновательной деятельности ставит перед нами в первую очередь вопрос о сути человеческой соревновательности как таковой. Нетрудно показать, что соревнование (сопоставление и оценка результатов сопоставления) есть непременный момент любого человеческого действия: и внешнего и внутреннего. По сути дела соревнование, сопоставление это обязательная сторона любого акта человеческого самосознания, которое генетически, исходно есть процесс деятельно-практического определения человеком себя через другого и другого через себя, специфическая встреча индивида с самим собою. () Необычайность положения человека в спорте в том и состоит, что процесс деятельно-практического определения себя через другого, другого через себя здесь акцентирован, обнажен, сведен к определенной несложной формуле внешнего действия и одновременно задан в качестве центрального, в то время как в других институциализированных деятельностях (наука, искусство, труд в сфере материального производства и т. д.) этот процесс обычно скрыт и со своей объективной, и со своей субъективной стороны (например, в научной деятельности процесс взаимодействия я и другого не задан явно, внешним образом, и далеко не всегда самоочевиден для субъекта данной деятельности на уровне интроспекции, хотя наука, как и любой феномен культуры, диалогична по своей природе).
() В свете сказанного выше на данном этапе рассуждений можно дать такое, уточненное, определение понятия «спорт»: это особый вид социальной деятельности, в рамках которого моделируется (воспроизводится) в форме преимущественно деятельно-практического сопоставления человеческих способностей один из кардинальных моментов человеческого самоопределения как такового определение человеком себя через другого и другого через себя.
Итак, человек в спорте, соревнуясь, деятельно-практически сопоставляясь с другим человеком, постоянно самоопределяется. Спортсмен всегда с большой степенью точности осведомлен о том, какое место его «профессиональная способность» занимает в иерархии аналогичных способностей всех других лиц, специализирующихся в данном виде спорта, его способность имеет в пространстве этой иерархии вполне однозначные координаты; или можно сказать также, что на вопрос «кто ты есть?» у спортсмена всегда имеется очень точный ответ. Более того, сам вопрос такого рода не создает спортсмену сколько-нибудь дополнительных трудностей к тем, которые возникают у него в процессе спортивной борьбы, не требует от него каких-либо специальных познавательных усилий (в известном смысле за него это делает сама деятельность), что в целом опять-таки не характерно для человека, специализирующегося в любой другой деятельности (более того, вопрос о месте данного конкретного человека в некоей «табели о рангах» вообще может оказаться в некоторых видах деятельности в известном отношении некорректным).
Итак, в спорте человек определен очень четко и однозначно. Это вместе с тем лишь одна сторона дела. Другая состоит в том, что сама указанная однозначность (однозначность самоопределения, четкость самосознания) при ближайшем рассмотрении обеспечивается в спорте фактически тем, что в качестве непосредственно фиксируемого, оцениваемого результата здесь выступают такого рода характеристики, как время прохождения дистанции, длина броска или прыжка, вес поднятого снаряда, количество забитых мячей или заброшенных шайб, и т. п., а это в свою очередь создает предпосылки для того, чтобы в качестве первично данных на уровне самовосприятия и в качестве непосредственно осознаваемых для спортсмена выступили способности «чисто физические» способности к перемещению тела в пространстве: быстрота, выносливость, сила, ловкость и т. п. Таким образом, у спортсмена оборотной стороной высокой точности самооценки является тенденция к существенному сужению социокультурного контекста, в котором фактически эти самоопределение и самооценка имеют место.
В связи со сказанным обратим внимание на результаты исследования, полученные в свое время известным советским психологом спорта А. Ц. Пуни. Анализируя развитие у спортсменов навыков самоконтроля и самообладания, он делает вывод, что «спорт в целом стимулирует самосознание и самоконтроль, но это часто одностороннее самосознание: оно направлено на уяснение сильных и слабых сторон в технике, физической и тактической подготовке спортсмена. Что касается достоинств и недостатков развития волевых качеств, моральной воспитанности, интеллектуального развития, общения, поведения, то лишь 11 % (из 760 опрошенных) спортсменов обнаружили активность в их познании» [Пуни, 1962, с. 31]. ()