Всего за 51.9 руб. Купить полную версию
В начале июня, числа 1012, мы задержали вторую группу диверсантов 4 человека, вооруженных пистолетами, ракетами и подрывным имуществом. Их задача была: прорваться через зону погранзастав и, разбившись попарно, выйти одна пара в город Лида и вторая в город Молодечно, где подорвать выходные стрелки полотна железной дороги. Сигналом для их действий должен быть первый артиллерийский обстрел городов и налет немецкой авиации. Ракетами показать цели военные объекты.
В начале июня, числа 1012, мы задержали вторую группу диверсантов 4 человека, вооруженных пистолетами, ракетами и подрывным имуществом. Их задача была: прорваться через зону погранзастав и, разбившись попарно, выйти одна пара в город Лида и вторая в город Молодечно, где подорвать выходные стрелки полотна железной дороги. Сигналом для их действий должен быть первый артиллерийский обстрел городов и налет немецкой авиации. Ракетами показать цели военные объекты.
В ночь на 19 июня началась перегруппировка фашистских войск и их сосредоточение вблизи линии государственной границы: в Августовском лесу и против Граево, со стороны Пруссии.
Отмечено нами было занятие самолетами немцев оперативных площадок вблизи границы и установление артиллерийских батарей для стрельбы прямой наводкой по городкам наших застав.
Разумеется, все эти данные нами докладывались по команде, а днем 21 июня обобщенные сведения, характеризующие подготовку немецких войск к нападению, я лично доложил командующему 3-й армией генерал-лейтенанту Кузнецову, прибывшему в Августов в штаб стрелкового полка, который располагался в Августове.
События, связанные непосредственно с вторжением фашистских войск через государственную границу на участке моего отряда, начались в 2 часа 22 июня. На участке 7-й и 11-й погранзастав появились небольшие (до взвода) группы противники в зоне расположения наших пограничных нарядов, которые вступили с ними в бой.
С подходом резерва застав, противник был отброшен обратно за границу. Их отход был настолько поспешным, что они не пытались унести с собой убитых и раненных.
В 3 часа 40 минут большие массы авиации противника вторглись на нашу территорию в направлении Гродно, Августов, Граево, Белосток. Часть самолетов начала свой удар по военным городкам погранзастав.
Я в это время находился на стыке своего отряда с моим левым соседом в 10 км севернее Граево на встрече с начальником погранвойск НКВД СССР генерал-лейтенантом Соколовым, прибывшим с участка моего левого соседа 87-го погранотряда. Он прибыл в сопровождении начальника Белостокского пограничного округа генерал-лейтенанта Богданова и начальника 87-го погранотряда.
За счет своего резерва некоторые линейные погранзаставы, создав узлы сопротивления, обороняли мосты на шоссе Августов Белосток в 12 км юго-западнее Августова и шоссе Сопоцкин Домбрув.
К исходу 22 июня я получил по радио указание моего командования об отходе на Волковыск, куда мы прибыли 25 июня.
В это время в лесу, примерно в 3 км северо-западнее Волковыска, расположился штаб 10-й армии. Бои шли за Белосток. Гродно уже был оставлен нашими войсками, а по шоссе Пружаны Слоним в беспорядке отходили части 4-й армии. Наметился «котел» для войск 10-й армии, которую обтекали войска противника ударами на Гродно и Брест.
Через штаб 10-й армии я получил распоряжение моего командования отходить на Барановичи.
Не помню точно числа, по-видимому, это было 27 июня, я со своей группой численностью в 600 человек подошел к городу Слоним, который был уже захвачен противником. Обходным маневром, где-то в 20 км северо-восточнее Слонима, сбив заслоны противника, мне удалось форсировать реку Щара и продвигаться в направлении Барановичей, дорогами в стороне от шоссе.
Ну, а как было дальше с моим отходом по тылам противника и переходом линии фронта в районе города Рогачева 18 июля, я Вам рассказывал, и описывать это сейчас нет необходимости.
Линию фронта мы перешли 18 июля вместе с командующим 10-й армией генерал-майором Голубевым, оставшимся без своих войск. Когда и как противник обтекал 10-ю армию, выходил к Минску и Борисову, мне не было известно, так как всякую связь с моим командованием я потерял с отходом из Волковыска. Моя единственная радиостанция, установленная в штабной машине, погибла под Слонимом, как и весь мой автотранспорт от бомбежки авиации противника.
Могу только сказать, что механизированные части из состава 10-й армии я видел на марше где-то в районе Кузницы, когда этот корпус шел по направлению к Гродно для удара по флангу группировки противника, захватившего Гродно. Это было числа 23 июня, и на моих глазах эта большая колонна мехкорпуса подверглась нападению больших сил фашистской авиации. Был ли это 11-й мехкорпус, я не знаю, но то, что он входил в состав 10-й армии это точно.
Из воспоминаний бывшего начальника 2 отделения штаба 86 пограничного отряда Д. С. Аврамчука о военных действиях отряда в начальный период войны
[1980-е гг.]
21 июня 1941 года утром заступил дежурным по отряду. Все шло нормально, тревожных сигналов с границы не было. В 2 часа дня в отряд прибыли начальник Главного Управления погранвойск НКВД СССР генерал-лейтенант Соколов и начальник погранвойск Белорусского округа генерал-лейтенант Богданов24. Я доложил Соколову, что за время моего дежурства происшествий не произошло, а начальник отряда и начальник штаба на обеде и попросил разрешения их вызвать. Соколов сказал: «Не надо вызывать, пусть отдыхают, после обеда придут в штаб отряда без вызова».