Всего за 120 руб. Купить полную версию
Может, это новые спонсоры? сказала Катюха.
Во-первых, не спонсоры, а благодетели, а, во-вторых, почему ночью?
Конечно, Батяня была права. Раньше никем из воспитанников интерната не было замечено, чтобы деловые встречи проходили по ночам, и если бы кто-нибудь из детей увидел или услышал что-нибудь подозрительное, об этом сразу бы стало известно старшакам, а Батяня и Катюха учились в выпускном классе и непременно были бы осведомлены.
Что всё это значит? И откуда музыка? Что-то тут происходит неладное, констатировала Батяня. Это было и так понятно.
Что теперь будем делать? спросила Лиля. Может, назад полезем?
Давайте ещё разок заглянем в окна. Смотрите очень внимательно за всем, что происходит. Может, кто-нибудь знакомых увидит.
По-моему, там одни мужики сидят, говорит Катюха.
И все какие-то одинаковые. Может, это инопланетяне? робко предположила Лиля.
Школозавры какие-то, добавила Катюха.
С чьей-то лёгкой руки «школозаврами» в интернате называли всё, что было непонятно, странно. Иногда учителя и воспитатели так называли детей, но почему-то это было не так обидно, как «уроды», «идиоты», «дебилы» или «инвалиды». «Школозавра» это что-то типа «абракадабры», так объяснил детям учитель русского языка Нифигенич. Он даже к Лиле иногда так обращался: «Привет, Школозавра!» и по-доброму это звучало, даже весело.
Давайте, девчонки, по местам! как обычно, голосом, не терпящим возражений, скомандовала Батяня.
Катюха и Лиля бесшумно пошли к своим окнам. Слышно было лишь, как шуршит под ногами опавшая листва, да весёлая музыка доносится из окон. Батяня по очереди заглядывала в каждое окно, стараясь ухватить как можно больше информации с разных точек зал обозревался, не смотря на жалюзи и железные решетки на окнах, практически полностью. Музыка и даже смех по-прежнему звучали, и стало окончательно понятно, что это был какой-то обман! Лиля, чтобы получше разглядеть сидящих за столом, подтянулись, ухватилась руками за витую железную решётку и почти повисла на ней, лишь слегка упираясь носками кроссовок в стену. Вдруг руки её, не выдержав напряжения, буквально на какой-то миг расслабились, и Лиля грохнулась на землю.
Атас! скомандовала Батяня, и девчонки, стараясь не шуметь, но все-таки издавая топот и сопение, постоянно оглядываясь назад, побежали к своему балкону. По счастью, за ними никто не гнался. Простыня, раскрутившись, белела и колыхалась, как привидение.
Старшие стали подсаживать Лилю, она ухватилась руками за простыню и вдруг вскрикнула от боли в правой руке. Болело где-то в области локтя, да так, что казалось, глаза вылазят на лоб.
Руку, наверное, сломала, вот дура! в сердцах заметила Катюха.
Атас! скомандовала Батяня, и девчонки, стараясь не шуметь, но все-таки издавая топот и сопение, постоянно оглядываясь назад, побежали к своему балкону. По счастью, за ними никто не гнался. Простыня, раскрутившись, белела и колыхалась, как привидение.
Старшие стали подсаживать Лилю, она ухватилась руками за простыню и вдруг вскрикнула от боли в правой руке. Болело где-то в области локтя, да так, что казалось, глаза вылазят на лоб.
Руку, наверное, сломала, вот дура! в сердцах заметила Катюха.
Лезь первая, сказала ей Батяня. Я за тобой, потом будем Лильку тянуть.
Она подсадила Катюху, та ухватилась за спасительный трап и полезла на балкон ловкая, как змейка. Батяня в это время, сняв с себя ветровку, продела её под Лилькины руки в области подмышек, потом завязала рукава ветровки морским узлом. Катюха была уже на балконе.
Отвязывай простыню и спускай сюда негромко сказала ей Батяня.
Когда нижний край простыни опустился почти до земли, она продела его в кольцо, образованное связанными рукавами ветровки и тоже затянула его узлом. Лиля была готова к транспортировке. Батяня, подтащив под балкон скамейку с ближайшего участка и поставив её вертикально, каким-то чудом забралась на неё и ухватилась за железные прутья балкона. Подтянувшись, она перебросила ноги, как заправский акробат где только научилась всему этому? и оказалась рядом с Катюхой на балконе.
Главное, не ори!
Эти слова были адресованы Лиле. Та, не успев ничего ответить, оказалась в воздухе. Батяня с Катюхой тянули за верхний край простыни, Лиля медленно поднималась вверх. Хорошо, что она была небольшого роста и не очень тяжёлая, но всё равно, её спасательницам пришлось нелегко. У Лили сильно давило в подмышках от допотопного снаряжения, но она молчала, стиснув зубы. Когда она поравнялась с балконом и левой рукой ухватилась за перила, девчонки отбросили простыню и затащили пострадавшую на балкон. Дальше всё шло по намеченному плану. Правда, Лиля не могла уснуть до утра из-за болей в руке, а Батяня с Катюхой, соорудив ей что-то типа шины из найденного на балконе обломка лыжи, почти сразу уснули на диване, укрывшись своими простынями и ветровками.
Глава 9. Часть 1. Последствия ночного приключения
Добрый вечер, дорогие читатели! С Вами снова я, Лиля Туба! Рука моя ещё в гипсе, врачи говорят, недели на три, но пальцы шевелятся. Можно в телефоне порыться и хоть немного попечатать. Печатаю указательным пальцем, рука уже почти не болит, но здесь, в изоляторе, за нами особый надзор если увидят телефон, сразу заберут. Хорошо, что «Один человек» согласился помогать мне с романом. Я читала, как он продолжение 8 главы написал, мне понравилось. Он всё с моих слов записывал, по-моему, нормально получилось! Правда, он не написал, как мы в комнаты свои вернулись, постели в порядок привели, вещи на место убрали. За меня всё девчонки делали рука сильно болела и раздулась, как подушка. Я сказала ночной, что во сне с кровати упала, та меня сразу в изолятор отправила. Там решили, что это перелом и гипсовым бинтом замотали. Сначала замочили бинт в тазике с тёплой водой, а потом вокруг руки намотали, так, что рука оказалась совершенно неподвижной вся, кроме пальцев. «Один человек» сегодня меня в изоляторе навещал. Батяня тоже приходила мы с ней на тайном языке переговорили, пока медсестра за обедом ходила. Я в палате лежу одна, в соседней палате лежит Филиппок, он второклассник, но я с ним дружу. У него приступ был, так его сюда воспитка на руках притащила испугалась! Его корёжило всего, ноги подламывались, он ходить не мог. А всё это из-за таблеток, которые некоторым детям на ночь дают, чтобы они спокойней были. Тут такое часто случается. Старшие дети научились таблетки прятать кто во рту, кто между пальцами руки, когда медсестра таблетки в ладошку сыплет. Самая опасная таблетка голубенькая такая с буковкой «s» посередине. Всё, заканчиваются писать, медсестра по коридору идёт, я её по каблукам узнаю. Продолжение главы снова будет писать «Один человек» я ему успела рассказать всё, что случилось после того, как мы вернулись в интернат, и то, о чём мы с девчонками говорили про совещание в конференц-зале.