Всего за 362 руб. Купить полную версию
широкая трактовка понятия «публичная услуга», которая охватывает и властно-распорядительные действия, и контрольные полномочия органов государственной власти;
внутренние организационные действия публичных субъектов по поиску оптимального способа удовлетворения общественно значимых потребностей и организации предоставления населению жизненно необходимых благ (продуктов, работ и услуг);
публичный характер имеют те услуги, предоставление которых организует публичный субъект, хотя сам их чаще всего и не оказывает, но за предоставление которых несет в конечном итоге ответственность; предоставление такого рода услуг коммерческими организациями осуществляется на основе публичного договора; цены и тарифы на эти услуги регулируются публичным субъектом;
термин «публичные услуги» понимается гораздо шире «государственных услуг», которые могут оказывать и государственные, и негосударственные структуры, их объединяют заинтересованность общества в их выполнении, общественный интерес, социальная значимость17.
Категория «публичные услуги» понимается и как деятельность, отличная от реализации властных, прежде всего, контрольно-надзорных полномочий, и как практически вся деятельность государственного органа. Услуги это конкретные действия, повседневная деятельность государственных органов и служащих в отношении физических или юридических лиц, в ходе которой гражданин или юридическое лицо получают определенные блага. И в этом случае среди полномочий государственных органов необходимо обособить те виды деятельности, которые предполагают получение гражданином благ, выгодных лично ему, а не абстрактному обществу в целом18.
Категория «публичные услуги» понимается и как деятельность, отличная от реализации властных, прежде всего, контрольно-надзорных полномочий, и как практически вся деятельность государственного органа. Услуги это конкретные действия, повседневная деятельность государственных органов и служащих в отношении физических или юридических лиц, в ходе которой гражданин или юридическое лицо получают определенные блага. И в этом случае среди полномочий государственных органов необходимо обособить те виды деятельности, которые предполагают получение гражданином благ, выгодных лично ему, а не абстрактному обществу в целом18.
На наш взгляд, такое многообразие трактовок понятия публичные услуги связано не с изменением сущности и функционирования публичных властных структур (государственных и муниципальных), а скорее с желанием современных государств изменить внешние параметры социально-правового взаимодействия с личностью, обществом; укрепить в массовом сознании населения социальную направленность деятельности государственных органов и органов местного самоуправления; подчеркнуть зависимость действий и решений последних от потребностей и интересов людей, их групп и объединений.
Однако сама по себе деятельность органов публичной власти, а также учреждений и организаций, которым делегированы полномочия по предоставлению публичных услуг, в содержательном плане остается неизменной как в понятийном поле «сервисного государства», так и вне его это правоприменительная деятельность, в нашем случае деятельность по рассмотрению обращения гражданина и принятия по нему индивидуального решения.
Нет оснований не согласиться с позицией, что «взаимная ответственная зависимость между публичными органами власти и населением сегодня моделируется и развивается на основе внедрения сетевых и электронных технологий для качественной реализации публично-правовых услуг населению. Однако следует учитывать, что данные технологии не дают никакого нового знания о деятельности государственного аппарата. Они лишь формируют политическую иллюзию доступности информации о юридико-политической деятельности государства, которое традиционно функционирует в закрытом режиме. В то же время можно утверждать, что эти технологии увеличивают возможности политической активности населения и осуществления властно-правовой коммуникации, позволяющей контролировать и управлять (в ходе интерактивного мониторинга, электронных запросов, наказов и т. п.) общественным мнением. В рамках подобного интерактивного властно-правового взаимодействия общества и государства важным является формирование позитивного образа юридической деятельности органов власти, а не осуществление самой этой деятельности. Другими словами, интерактивные властно-правовые отношения предполагают обязательное наличие у интерпретатора позитивного (или негативного) образа сообщающего, а наличие адекватного знания или деятельности при этом является вовсе не обязательным. На сегодняшний день данные технологии в основном направлены на активизацию взаимодействия в форме публичных симуляций (т. е. виртуального аналога реального взаимодействия)»19.
Такая неизменность содержания деятельности публичных властных структур подтверждается и тем, что, например, в странах Западной Европы под публично-государственными услугами понимается, прежде всего, правоохранительная деятельность судов, органов полиции, учреждений по исполнению наказаний, а государство рассматривается как поставщик услуг20. Так, во Франции понятие публичной службы охватывает все виды деятельности, осуществляемой в интересах государства. Это государственные службы обеспечения суверенитета, социальные и культурные службы, службы экономического характера21. Такой подход воспринят и в отечественной практике22.