Всего за 490 руб. Купить полную версию
Кроме того, применительно к юридической ответственности возникают два вида правоотношений материальные и процессуальные, которые, в свою очередь, делятся на цепочки возникающих и развивающихся правоотношений. Развитие правоотношений по поводу юридической ответственности не всегда заканчивается назначением и исполнением наказания. Однако это не означает, что правоотношения не развивались и тем более не зарождались. Основное же несогласие с предложенной гипотезой заключается в том, что право всегда тесно связано с правоотношениями субъектов. Поэтому просто ссылки на правоотношения недостаточно, требуются характеристики, выделяющие правоотношения по поводу юридической ответственности из общей массы правоотношений. К сожалению, в предлагаемых определениях такого понимания юридической ответственности соответствующие характеристики не приводятся.
По-иному раскрывают содержание данной категории В.Л. Кулапов и И.Н. Сенякин, понимающие под ней «предусмотренную санкцией правовой нормы обязанность правонарушителя претерпеть определенные лишения личного, материального или организационного характера за совершенное правонарушение» [62].
По-разному определяют авторы юридическую ответственность и в современной юридической энциклопедической литературе. Так, в Юридической энциклопедии под редакцией М.Ю. Тихомирова данное понятие формулируется как «государственное принуждение к исполнению требований права, правоотношение, каждая их сторон которого обязана отвечать за свои поступки перед другой стороной, государством и обществом»[63].
В Юридическом энциклопедическом словаре под редакцией М.Н. Марченко юридическая ответственность определяется как «одна из форм или разновидностей общесоциальной ответственности». Далее авторы подробно анализируют ее содержание, констатируя: «Общесоциальная юридическая ответственность включает в себя политическую, национальную, историческую, партийную и многие другие разновидности ответственности»[64]. В отечественной и зарубежной юридической литературе нет общего представления, а тем более единого определения юридической ответственности. В одних случаях она определяется как мера государственного принуждения, основанная на юридическом и общественном осуждении поведения правонарушителя и выражающаяся в установлении для него определенных отрицательных последствий в форме ограничения личного и имущественного порядка. В других случаях «регламентированное нормами права общественное отношение между государством в лице его специальных органов и правонарушителем, на которого возлагается обязанность претерпевать соответствующие лишения и неблагоприятные последствия за совершенное правонарушение. В третьем же случае юридическая ответственность рассматривается как применение к лицам, совершившим правонарушения, предусмотренных законом мер принуждения в установленном для этого процессуальном порядке».
Несколько иное содержательное значение юридической ответственности давалось в советской энциклопедической литературе. Так, в Юридическом энциклопедическом словаре под редакцией А.Е. Сухарева она трактовалась как «государственное принуждение к исполнению требований права, правоотношение, каждая из сторон которого обязана отвечать за свои поступки перед другой стороной, государством и обществом». Помимо этого авторы включали в данное понятие идеологическую составляющую, отмечая: «Юридическая ответственность вид социальной ответственности, всегда связанный с возможностью применения принудительной силы государства и выраженный в санкциях правовых норм. В СССР юридическая ответственность является демократическим фактором осуществления социального контроля, охраны и развития социалистических общественных отношений»[65].
В теории государства и права юридическая ответственность также нередко трактуется как особая форма правоотношения между государством и правонарушителем[66].
Такая позиция довольно сомнительна, поскольку в основе всякого правоотношения лежит общая воля его участников. На наш взгляд, когда мы ведем речь о правонарушении и юридической ответственности, вполне очевидно, что связь государства и правонарушителя не покоится на их общей воле, поскольку государство навязывает правонарушителю свою волю, привлекая его к юридической ответственности. Вот почему в собственном смысле слова здесь и нет правоотношения, а есть особая правовая связь между государством и правонарушителем, основанная на государственной воле общества[67].
На основании вышеизложенных позиций можно констатировать, что большая часть этих авторов раскрывает содержание понятия «юридическая ответственность» при помощи категории «обязанность». Таким образом, исключив сопутствующие уточняющие признаки данной категории, представляется возможным сделать следующий вывод: «юридическая ответственность это обязанность». К сожалению, это семантическое содержание всего лишь логически может предполагать, а не воспроизводить и раскрывать полностью данное многоаспектное явление, в том числе такие принципиально важные его составляющие, как содержание функций, объекты и субъекты воздействия, назначение и пределы этой обязанности. Не решены данные актуальные вопросы в имеющихся дефинициях, которые определяют понятие юридической ответственности, но фактически не включают необходимого анализа всех его составляющих. Из представленных мнений представляется возможным выделить ее основополагающий признак, являющийся базовым при определении юридической ответственности это обязанность. Помимо главного для анализируемого понятия признака исследователи включают в содержание юридической ответственности целый ряд других ключевых качеств, различающихся между собой.